Сдайся мне - Валерия Иванова

Дверь я не закрыла, знала, что придет. Такой он меня и застал, скорчившейся на полу от агонии, задыхающейся. Посадил к себе на колени, обнял. А меня тряхнуло, я в его объятиях! В легкие забился его запах. Как же я скучала. Я всхлипнула и вцепилась в его плечи и рыдаю. Это он! Каждый миллиметр тела помнит своего хозяина.

Родной мой, хороший… Что же ты натворил, Адам, что ты с нами сделал.

Адам наклонился и прижался лбом к моему лбу. Я закрыла глаза, впитывая его прикосновения, воскрешая в памяти. Тело помнит, все помнит. Он потерся колючей щекой о мою, меня мурашить начало, по венам такая неконтролируемая, сумасшедшая любовь понеслась, словно мне опять восемнадцать. А я ведь гасила ее в себе, думала, что она исчезла, ни хрена. Внутри так тепло стало! Я начала отогреваться, мрак и холод отступили. Мне мало таких касаний, сердце разрывается от жажды большего. Я сильнее цепляюсь за него.

— Я дышать без тебя не могла.

— Дыши. Дыши мной, принцесса, я здесь.

Здесь…

Я отодвигаюсь от него, смотрю в лицо. Поднимаю пальцы и трогаю. Вожу по таким знакомым чертам. Я до сих пор не верю… Не могу. Страшно. Он тоже меня трогает. Чувствую, как его трясет всего.

— Как ты мог… Как…

— Все в прошлом, Лейла, я вернулся, я обещал.

Я не верю.

Ни единому слову.

Он и до этого обещал, что никогда не бросит.

Два года я была без него. Родила дочь. А теперь он говорит, что вернулся. Где же ты раньше был? Почему не вернулся? Хоть бы весточку послал, хоть что-то… А теперь думает, что все будет, как прежде?

— Когда узнала, что ты умер, то моя душа разлетелась на части. Я кровью харкала от боли… Я… Ты умер… — я снова вспоминаю тот ужас, который пережила. Ту боль. Я же заперла ее в себе, ради Мелисы, о ней думала, а сейчас все уродливое вылезает наружу.

Я даю себе еще несколько секунд. Только несколько секунд, чтобы насладиться им. Его близостью, запахом. Запомнить.

А потом убираю руки от бывшего мужа и встаю на ноги. Отхожу от него подальше. Адам встает следом. Он стал еще больше, раздался в плечах, а аура все такая же подавляющая. Как же сильно я его любила однажды.

— Я сам через ад прошел, чтобы вернуться к тебе и к Мелисе.

— Не смей! — кричу я.

Меня просто огнем обдает, стоит упомянуть имя ребенка. Она только моя.

— Не говори о ней! Ты не имеешь права!

— Она моя дочь, — смотрит в глаза, я вижу, что он злится.

Пошел на хрен!

— Твоя? — я невесело смеюсь. — Она была твоей, пока ты от меня не отказался, не отдал, как вещь.

— Так было нужно, — вот и все объяснение с его стороны.

— Кому нужно? — кричу я. — Мне? Ты меня оставил! Хоть и обещал этого не делать. Твои обещания ничего не значат.

— Я хочу познакомиться с Мелисой.

— Нет.

— Лейла.

— Я сказала — НЕТ! — меня начало накрывать эмоциями.

Воспоминаниями.

Болью.

Отчаянием.

Страхом.

— Никто не хотел ее, никто! Моего ребенка, ее… От нее предлагали избавиться! Каждый, сука, день. Мне говорили, что так будет легче, что я молодая, рожу еще, — я говорила и не могла остановиться, меня прорвало, слезы катились градом из глаз. — Беременность такая тяжелая была, и никто не поддерживал… Я была одна, Адам. Совсем одна, без тебя, без поддержки. Я дралась за СВОЕГО ребенка. Я готова была горло перегрызть каждому…

Я закрываю лицо руками и трясу головой, отгоняя воспоминания.

Никто не знает, как мне тяжело было.

Снова чувствую его руки на себе. Целует скулы, глаза, нос.

— Сильная моя. Теперь я буду за вас драться. Никто не посмеет даже посмотреть косо.

— Уйди, — отталкиваю его от себя. — Уйди, Адам! Я не могу… Не хочу…

Смотрит, злится, но отходит.

Раньше бы взял за волосы и заставил себя слушать. И я бы слушала. В рот бы ему заглядывала и млела. Но не сейчас. Я изменилась, я другая. Я больше не его.

— Не воюй с собой, принцесса. Проиграешь. Сдайся мне, — с этими словами он выходит из квартиры.

Глава 52

Лейла

Как только за Адамом закрылась дверь, я упала на колени и пыталась сделать вдох. Такое чувство, что из меня выкачали весь воздух, забрали эмоции. Я так сильно разозлилась на него. Вся обида, что копилась за это время, выплеснулась наружу. Я просто топила его в своих страхах и разочарованиях. Только о себе думала, с ним так всегда было. Рядом с Ибрагимовым ощущала себя маленькой девочкой. А потом его не стало, пришлось резко, болезненно взрослеть. А потом я задумалась, ведь не просто так он подстроил свою смерть. Так надо было… Меня сковал такой ужас, что он ушел навсегда…

Я, словно в бреду, подорвалась с пола, всхлипнула и начала дергать входную дверь, ломая ногти. Она не поддавалась, я начала кричать в истерике, дергать с силой ручку. Душа разрывалась от страха. А вдруг он ушел? Вдруг в этот раз не вернется…

Дверь наконец-то поддалась, и я буквально вывалилась за порог. Сердце пропустило болезненный удар, потому что коридор был пуст. Нет, нет, нет, только не это. А потом опускаю взгляд и вижу, что никуда не ушел. Сидит на полу, прислонившись к стене. Он просил сдаться, и я опять сдаюсь. Смотрим друг на друга, а потом крышу сносит у обоих.

Не знаю, как в квартире оказались. Адреналин по венам. Нас трясет от желания прикоснуться, обладать, вспомнить. Дергает за волосы и впивается в мой рот поцелуем. Оба стонем. Я с рыданием притягиваю его ближе к себе, а он обнимает до хруста. Его язык у меня во рту, и внутри все взрывается от эйфории, когда узнаю его вкус. Втягиваю его запах, не могу надышаться. Как я скучала. Родной мой, хороший. Меня колотило от сумасшествия, разрывало на части от счастья, от осознания, что это Адам. Я дико хотела его, немедленно. Хотела, чтобы он взял меня сейчас, наполнил собой. Чтобы пустота внутри исчезла. Только он может ее заполнить. Это не про секс… Это нечто более