Победитель, или В плену любви - Элизабет Чедвик (Англия)

— Да, большинство палаток уже свернулось. — Осгар огляделся вокруг. — И эта тоже, в срочном порядке. Элис оставила вам немного хлеба и кашу, но лучше всего поспешить с этим.

— Где ле Буше?

— Следует с авангардом. Он уже не увидит ваш отъезд, если это вас беспокоит.

Через минуту Александр начал чувствовать себя более оптимистично. Он выбрался наружу; утро было холодным, с намеком осени. Александр взял у Элис миску каши. Она была подслащена медом, и несколько ранних ягод ежевики, добавленных в нее, делали блюдо вкуснее, чем обычно. Он решил, что Элис, должно быть, ужасно огорчилась за него.

— Куда вы направляетесь? — спросил Осгар, пока Александр поглощал кашу и выскабливал миску.

— В Англию, попытаюсь разыскать Манди. Есть надежда, что она отправилась к своему деду в Стаффорд.

Осгар цокнул зубами.

— У вас нет ни денег, ни лошади, — сказал он. — А это длинное, долгое путешествие на тот берег моря.

Александр улыбнулся и отставил миску в сторону.

— Я был дураком вчера вечером, но не полностью. Еще достаточно серебра вшито в подкладке моего плаща, чтобы добраться на тот берег и заплатить за вьючную лошадь. А если они закончатся, я могу наняться как пехотинец или писец… И затем, — он добавил, пряча улыбку, — я вернусь за Харви.

Осгар потупился и пробормотал, качая головой:

— Да, неважнецкие дела… Я помолюсь за вас обоих… хоть не молился лет пять.

Александр сглотнул.

— Я расплачусь с вами, Осгар, клянусь костями святого Мартина, так и будет.

И Осгар сказал, пожав руку Александру:

— Я не сомневаюсь в этом, юноша.

На том и расстались. Теперь еще обязательно следовало поблагодарить отца Амброза за все, что он сделал, и Александр отправился на поиски священника.

Их встреча была короткой: молодой священник был занят исполнением поручений старших господ графского дома, но он нашел время, чтобы принять благодарность Александра с большой скромностью и пожелать ему божьего благословения и улучшения состояния по сравнению с последними днями.

— И еще одно, — добавил он, вытаскивая два свитка пергамента, которые были надежно спрятаны в его рукаве, — Удо ле Буше не было никакой радости от этого вашего коня. Три раза он его сбрасывал — и тот катился кубарем, получая оскорбления вдобавок к ушибам. Сомневаюсь, что они когда-либо станут партнерами на поле боя. — Он криво усмехался, пока говорил, но Александр не поддержал его. Пока другие удивлялись причудам Самсона, он знал, что ле Буше способен убить лошадь, чтобы дать выход своему гневу.

В мрачном настроении он распрощался с отцом Амброзом и, потирая болевшее плечо, направился через лагерь к дороге, французские знамена развевались со стен Водрея — король Филипп и Ричард Львиное Сердце противоборствовали, пытаясь преодолеть свои разногласия без передачи земель.

Александр вернулся в свою палатку и забрал оставленную Осгаром сумку, взяв ее здоровой рукой. Там было полбуханки хлеба, кусок окорока и кожаная фляжка сидра. Достаточно, чтобы продержаться до вечера.

Предостерегающий крик и грохот копыт заставили Александра быстро обернуться и с удивлением обнаружить отвязанного черного жеребца, мчавшегося прочь от замка; грива и хвост развевались подобно знаменам, поводья болтались на шее, седло было пустым. Гнавшийся следом солдат не имел никаких шансов догнать его.

Александр сжал губы и издал ровный низкий свист. Конь притормозил на полдороге, повернулся на задних ногах и побежал рысью к своему прежнему хозяину с глубоким ржанием приветствия.

Александр поймал узду и стал поглаживать мягкую черную морду и шелковистые щеки Самсона. Затем он посмотрел через плечо на солдата. Это был один из прислужников ле Буше, и он утратил дыхание, выкрикивая на бегу что-то о собачьем мясе. Другой солдат упал и возился подобно навозному жуку.

Не тратя время на размышления, Александр ухватился за густую гриву и впрыгнул в седло. Он дернул своими пятками, и Самсон сорвался с места, как будто земля горела под ним.

Всадник и его конь пролетели через лагерь и дорогу, устремляясь к манящему зелеными и светло-коричневыми оттенками позднего лета лесу, и через несколько мгновений потеряли из виду лагерь у Водрея.