Прогулка под луной - Алина Знаменская

Вскоре у матери появился новый муж.

Денис окончательно замкнулся, твердо решив: «Уеду при первой возможности». Возможность представилась после восьмого класса. Денис поступил в мореходку и уехал из дому. Он с головой окунулся в учебу, благо от природы не был склонен ко всякого рода безобразиям.

На каникулах домой почти не наведывался — уходил в плавания на учебном корабле или устраивался юнгой на любое судно. Мореходку окончил с отличием и легко поступил в Высшее училище гражданского флота. Когда Денис был на последнем курсе, к ним в училище с концертом приехали студенты консерватории.

Из всех ребят он запомнил только ее, Наташу. Она исполняла арию из оперы и была порывиста, эмоциональна и красива.

После концерта объявили вечер танцев, курсанты наперебой приглашали студенток. Денис следил глазами за яркой Наташей и ощущал в своей душе странное беспокойство.

Нет, конечно, у него уже имелся некоторый опыт в отношениях с женщинами, но опыт этот был сугубо физического свойства и не затрагивал души. Девочки, от которых Денис не ждал любви и сам не утруждал себя хоть каким-то подобием чувства. Наташа же показалась ему слишком красивой, слишком талантливой и потому — недоступной. И поэтому, когда она, оценивающе окинув зал, прошествовала к нему, Денису Звереву, он был ошеломлен. Двух танцев с Наташей хватило ему, чтобы влюбиться по уши.

Она сама пригласила его! Она позволила проводить ее до общежития! Она оставила свой телефон!

В его жизни появился свет, который щедро сиял, грозил ненароком подпалить крылышки. Но он рвался навстречу этому свету. Собственные достоинства казались мелкими и незаметными на фоне ее яркой и нежной красоты. Ее немного нервный, взбалмошный характер не пугал его, нет, напротив, он был польщен, что эти капризы направлены на него. Он с радостью позволял крутить собой так и сяк, лишь бы она любила его, лишь бы он был ей нужен!

Денис женился сразу после выпускного вечера. Распределили его в родной город. Довольно быстро он получил квартиру. Впереди была прекрасная карьера, ведь он хорошо зарекомендовал себя, будучи еще курсантом.

Наташа устроилась в оперный театр.

Как ему не хотелось тогда уходить в плавание! Он возвращался с кучей подарков, изнемогающий от длительной разлуки.

Эйфория продолжалась года три…

Он ходил на Наташины премьеры всегда с огромным букетом. Ей нравилось, когда Зверев в белом парадном кителе поднимался к ней во время поклона. Кстати, на ее поклонников, которые, конечно же, имелись, он смотрел снисходительно, как на прилагающуюся к Наташе обязательную деталь. Когда же в театре у жены случился конфликт, Зверев не вникал. Он целиком разделял ее негодование, ибо был наслышан о пресловутых закулисных интригах.

Конфликт же разразился на почве романа Наташи с художественным руководителем, жена которого работала в том же театре и восторгов своего супруга по поводу новой звезды не разделяла.

Из театра Наташа вынуждена была уйти, а устроиться с такой специальностью больше было некуда. Можно, конечно, пойти в школу, преподавать пение, если у вас крепкие нервы и полное отсутствие тщеславия.

Но Наташе это не подходило.

Она засела дома и в месяцы отсутствия Зверева готова была лезть на стену от столь непривычного образа жизни.

Ребенок не принес ей ожидаемого успокоения. Оторванность от богемы томила ее и лишала смысла жизнь.

Зверев, как нарочно, ничего не замечал. Он упивался ролью отца. Все свободное время проводил с дочкой, старался взять на себя как можно больше хлопот о ребенке, ведь он отсутствует по нескольку месяцев, а на бабушек рассчитывать не приходится — общение со своей матерью он ограничил редкими телефонными разговорами. Его добродушие, услужливость, обходительность поначалу слегка раздражали Наташу, потом стали откровенно бесить.

К тому времени, когда маленькой Альке исполнилось два года, Наташа уже просто не могла находиться рядом со Зверевым. Ее раздражало в нем все. Больше всего убивало то, что он как будто ничего не замечал. Ее отчуждение, бурные истерики, придирки он сносил с молчаливой покорностью раба.

Ее роман с молодым бизнесменом был настолько откровенен, что она только и ждала, когда Денис заметит и потребует объяснений. Но он молчал. Он обожал дочь.

Зверев не знал, какой в идеале должна быть мать, но каким должен быть отец, он знал хорошо. Он это помнил.

И поэтому не жалел времени на общение с Алькой. Смирившись с тем, что у Наташи любовник, он надеялся сохранить семью для дочери. Он знал, что любовники — дело проходящее, а ребенку нужен дом. И этот дом он, Денис Зверев, собирался сберечь для Альки. Но его теория и на этот раз оказалась ошибочной. Вернувшись однажды из рейса, он нашел свой дом пустым и, как ему показалось, мертвым. На столе в кухне лежала записка, в которой, как водится, был совет не искать их и побыстрее забыть. Это было как нож в спину.

Он бросился по следу, как раненый зверь, переворошил город, поднял на уши всех знакомых, своих и Наташиных, и тогда разбуженный муравейник выплеснул ему в лицо все, что знал о его жене. Эти ненужные запоздалые сведения уже не могли отравить ему жизнь — она и без того была отравлена.

Он искал их упорно, долго, через разные организации. Но ему даже в голову не приходило, что Наташа даст девочке фамилию нового мужа, причем не того, к которому ушла от Дениса, а следующего. И уж никогда не думал, что найдет их в Москве, где у Наташи никогда и знакомых-то не было.

Нужно ли говорить, что после всего этого Денис ни на грош не верил женщинам и не стремился связать себя узами новой семьи. То, что вдруг начало происходить вокруг него и Маши, он воспринял с внутренней паникой и тоской.

Паниковал он оттого, что не мог справиться с вдруг возникшим влечением к Маше. Тоскливо было потому, что он наперед знал: ничего не будет. Он просто не позволит себе вляпаться по самое некуда второй раз. Хватит.

Поэтому в то время, когда Маша спала безмятежно и даже видела во сне его, Дениса Зверева, он лежал без сна и продумывал, что скажет ей завтра и чем смягчит свои жесткие слова.