Тихий центр - Тамара Лисицкая

— Таня! — Таня встала, взглядом прося прощения у Светланы Марковны. А можно было не просить. Она все равно отвернулась и делала вид, что уже много часов спит и ничем не интересуется.

Таня вышла на кухню.

— Что случилось? Где Вадим?

— Вадима тут штырит не по-детски. Короче, надо приехать.

— Мне?

— Ну, а кому? Мы уже все тут, не помогает…

— Конечно, сейчас!

Тане понадобились секунды, чтобы обуться, крикнуть:

— Светлана Марковна, я скоро вернусь! Очень надо!

И выбежать.

Потом, правда, вернулась и взяла Чапу. В состоянии аффекта. Видимо, таким образом собиралась компенсировать нереализованные выгулы.

Игорь яростно мучил гитару. Поскольку делал это в наушниках, не включаясь в комбик, слышны были только удары пальцами по грифу. Быстро-быстро. Так-так-так-так-тк-тк-тк-тк-тк-тк-тк. Оля стояла и любовалась, и обалдевала. Она и по косяку двери не могла так лихо стучать, а Игорь не просто стучал. Он играл!

Оля слушала стук, потом начала присматриваться к деталям, к широкой, чистой спине Игоря без единого пятнышка. У Вадима спина была рябая, рыхлая, с кустиками серых волос. Отвратительная, тошнотворная спина. У Игоря не спина, а картинка.

— Мой мужчина, — сказала Оля. — Мой. Мужчина. Сексуальный. Мой. Красивый. Гениальный. Мой.

Мужчина не слышал.

Оля присела рядышком, улыбнулась. Даже не смотрит, так занят. Тень от ресниц — на всю щеку. Красиииивый.

— Эй! — сказала Оля, хищно покачивая ножкой. — Эээй! Игорь мимоходом улыбнулся — привет-привет, рад видеть. И продолжил бегать пальцами по грифу.

— Дай послушать, что ты там такое играешь! — Оля весело стащила с него наушники, чуть зацепила волосы, Игорь занервничал. — Ну? Не жмись!

— Да больно же!

— Ой, бедненький!

Игорь попытался отобрать наушники, Оля не отдавала. А пусть поиграет! А то сидит все время. Скоро горб вырастет!

— Что вырастет?

— Горб! Будешь горбатый!

— И что? Горбатый я тебе буду не нужен?

— Посмотрим! — Оля поморгала ресничками, надела наушники. — Ну, зажигай, маэстро! Дай джазу!

Игорь помолчал, подумал, потом покорно сыграл. Оля слышала звук, какой бывает, если быстро провести железкой по батарее. В общем, не совсем музыка.

— Что-то я не понимаю, — расстроилась она. — Это ты так играешь?

— Да.

— Так а в чем фишка?

— В том, что быстро играю.

— Да? А зачем?

— Затем, что у нас так никто не играет. У меня скорость, как у Марти Фридмана.

— А кто это?

— Гитарист один, очень техничный.

— А ну, давай еще раз! — Оля снова честно прослушала гамму. — Блин, да ни фига это не музыка!

— Конечно, это не вся музыка! Это гитарное соло!

— А музыка когда будет?

— А музыку надо записать!

— А, понятно… а есть записанные?

— Есть, — Игорь сам удивился тому, что вот уже несколько дней живет с этим человеком в одной квартире, вытворяет черт знает что, а музыку послушать так и не дал.

— А тебе интересно?

— А то!

Игорь поискал сомнение в Олином голосе. Нет. Все чисто. — Хорошо, пойдем.

Он отвел Олю на красный диван, торжественно усадил, пятнадцать секунд смотрел ей в глаза — точно хочешь? Не передумала? Потом удалился, вернулся с потасканным бумбоксом.

— Это за последние несколько лет. Ну, слушай…

Оля приготовилась.

Дальше была, в общем-то, довольно скучная часть дня.

Музыка, действительно, была похожа на музыку. Только вот именно такую музыку Оля не любила. Ей она не казалась интересной — все эти туманные дядьки с гитарами, престарелые ковбои, джаз-блюз. Танцевать под это могли только больные. Оле нравилось другое, и она имела право любить это другое, но сейчас напротив сидит Игорь, и надо найти слова, чтобы не огорчить его.

— Ну, чего… Прикольно…

— Подожди! Сейчас хорошая темка будет! «Утро осы» называется!

Оля хотела пошутить, пожужжать, поцеловаться, но

Игорь так напрягся, так вытянулся ухом в сторону динамика! Пришлось слушать. На третьей «темке» Оля начала откровенно скучать.

— Тебе не нравится?

— Нравится! Я бы в жизни так не смогла!

— Так от тебя и не требуется!

— Ну, так от тебя тоже!

— Кстати, да! — тут Игорь засмеялся. — От меня тоже не требуется! Никто от меня не требует нового альбома, нового концерта! Я сам себе чего-то тут вожусь-вожусь! А никому это не надо!

— Ну, ничего, не расстраивайся! Еще чуть-чуть поиграешь, а потом займешься чем-нибудь серьезным!

Игорь странно посмотрел на Олю. Оля улыбалась, ободряюще кивала:

— Ничего! Все дурью маются, пока молодые! А потом становятся нормальными людьми! Ничего! Мы еще потом посмеемся, вспоминая твое гитарное прошлое!

— Ты что, думаешь, я могу заняться чем-то серьезным?

— Конечно! Ты умный, молодой мужик! Ты обязательно сможешь заняться чем-то серьезным!

— Чем, например? — Игорь закурил. — Выбиванием долгов? Крышеванием? Мерчендайзингом?

— Ну, зачем же… Организуешь фирму, станешь предпринимателем! У Вадима тоже не сразу получилось!..

Оля осеклась. Игорь, улыбаясь, кивнул — вот оно! Сказала, наконец, всю правду! Отлично!

— Ой, я про Вадима не хотела!

— Я понимаю! — Игорь встал, взял магнитофон. — Я все понимаю, Оля. Мне кажется, ты должна еще раз подумать, хочешь ли ты со мной жить…

И ушел. Дурачок. Конечно, Оля хочет с ним жить! Да, им предстоит пройти вместе долгий трудный путь! Но вместе, вдвоем, они это сделают! С такой женщиной, как Оля, Игорь быстро добьется вершин, заматереет, станет хорошо одеваться, научится водить машину! Игорь в костюме — это же чудо! Увидеть и упасть! А Юлька с ее нервной системой точно упадет, когда увидит Игоря! Только надо будет полечить ему волосы — очень посеклись кончики, выглядит неопрятно. Но Оля сможет! Она сделает из Игоря человека, и Игорь ей потом еще спасибо скажет!

— Я подумала! — Оля примчалась на кухню. — Подумала! Я хочу с тобой жить! Мы сможем! Ты сможешь! А я буду тебе помогать!

Только что Игорь был во мраке, только что ему хотелось курить и ругаться, и показывать на самого себя пальцем, потому что дурак. Но пришел синеглазый ангел, улыбнулся и сказал:

— Ты сможешь… А я буду тебе помогать…