Тихий центр - Тамара Лисицкая

Ну и пусть.

Таня немножко прибралась, протерла. Почему-то была сама себе смешна. Ну так, по-доброму смешна. Таня с метлой. Вечная Золушка.

С другой стороны, есть в уборке какая-то магия. Что-то очень древнее-колдовское. Прибираться в своем доме для любимых людей — это маленькое ежедневное жертвоприношение. Женщина убивает свое время ради благополучия и уюта своего дома.

Но это — не свой дом.

А свой… Свой тоже не с лучшими мыслями прибирался. Не было счастья в том, чтобы окружать Игоря каким-то теплом. Сначала было счастье, а потом… Потом не стало.

Таня заглянула в холодильник. Какие-то ярко упакованные продукты, что-то надорванное по линии, надрезанное. Вадим — аккуратист.

Нигде нет Олиных вещей. Если не считать портрета во всю стену и косметических запасов в ванной.

Это хорошо.

В первый раз в эту квартиру Таня вошла лет двадцать назад. Или даже раньше? С мамой. Ирину Павловну только-только бросил муж, и она активно одалживала деньги у соседей, надолго зависая в каждой квартире, чокаясь там, смеясь и ругая кобелей. До папиного ухода они по гостям не ходили — просто здоровались как все вежливые люди. Таня хорошо знала родителей мальчика Вадима. И тетю Лилю. И ее смешного сына Алешеньку. И красивую-прекрасивую тетю Свету из театра… Тетя Света дружила только с родителями Вадима. Остальных соседей она старалась избегать. А детей и вовсе не любила — во всяком случае, Ирина Павловна неоднократно именно так интерпретировала холодную отстраненность и одиночество тети Светы, Светланы Марковны. Когда Таня первый раз пришла в квартиру Вадима с мамой, тетя Света там тоже была. Они с мамой Вадима пили чай, на столе стояли какие-то цветы. Вкусно пахло. Таня и не помнила, чтобы у них дома когда-то так пахло. Все силы Ирина Павловна тратила на ссоры с мужем

— Танечка! — сказала тогда, наклонившись, мама Вадима. — Хочешь пирога? Я сама пекла! С вишней! Хочешь?

Ирина Павловна тогда отказалась — из гордой скромности. Больно сжала Танину руку — терпи! Предложила лучше одолжить им денег…

Потом взрослые еще о чем-то говорили, тетя Света брезгливо отворачивалась от гостей, мама Вадима куда-то выходила, Ирина Павловна что-то все бормотала, поохивая.

— Танечка, иди пока поиграй с Вадимом! Ты знакома с Вадимом?

Да. Таня уже познакомилась с Вадимом. Она тогда хотела пойти поиграть, но Ирина Павловна и здесь ее остановила — не смей!

А потом они ушли к себе. В свою грустную квартиру, в которой пахло мамиными нервными сигаретами.

На прощание мама Вадима сунула Тане в руку кусок пирога.

Это было очень кстати.

Таня встала у окна, посмотрела на темную улицу. Вот отсюда Вадим наблюдал за ней в той, прошлой жизни. Много лет. Таня знала это окно. Знала время, когда появлялся Вадим. Ей было очень радостно идти и ощущать взгляд Вадима.

Господи, сколько всего в жизни было! Сколько уже времени прошло! А каков итог? Как она может доказать себе, что жила не зря?

Никак.

Скрипнул ключ в замке, и Таня от страха заметалась по чужой кухне.

— Юлька! Юлька!

— Откуда ты звонишь? Связь пропадает!

— Я в туалете!

— Отлично! Самое место!

— Я привела Игоря, хотела его как-то с людьми знакомить, чтоб он начинал развиваться, не знаю! А все кругом только и ждут, чтобы подколоть!

— Я тебя предупреждала!

— Да, блин, хватит меня предупреждать! Похвалите меня кто-нибудь! Скажите, что я сделала смелый шаг!

— Ты сделала смелый, но глупый шаг!

— Ну почему глупый? Мне что, до старости надо было притворяться, что мне приятно спать с Вадимом?

— Не надо притворяться, на фига?

— Как вы меня все достали!

— Просто можно было совершенно спокойно совмещать и Вадима, и Игоря!

— Нельзя!

— Ну, раз нельзя… Так чего ты там сидишь одна?

— Потому, что я не могу понять, какого хрена все такие злые? Шагу нельзя ступить, а тебя уже обсуждают, уже завидуют!

— А ты что хотела?

— А я хотела, чтобы все было красиво!

— Ты прям какой-то ребенок, Олька!

— Да, я ребенок! Да, ребенок!

— Надеюсь, хоть твой Игорь не ребенок. А то будут у вас отношения… Детский сад…

Игорь пошел куда-то на свет. Там явно коридор. Там можно будет покурить и поискать Олю. Игорь в ноль не понимал, что он тут делает, ему даже было стыдно, если увидит кто. Но огорчать Олю не хотелось. Вот, пошел. Теперь бродит один, и даже зажигалки нет — оставил в кармашке джинсов. А джинсы-то выбросили.

— Курите?

Игорь обернулся.

Алена. Дама-путешественница.

— Курю. Только зажигалки нет.

— У меня есть.

Алена неторопливо открыла крохотную сумочку. Ногти у Алены были мама дорогая. Дрезденская галерея! На каждом — по отдельному полотну! Для того чтобы носить такие ногти, надо было пройти специальный курс выживания.

— Держите! — ногти ухватили зажигалку, протянули Игорю. — Я с вами за компанию!

Очень ловко извлекла сигареты, подцепила одну. Игорь поднес огонек. И в Алениных глазах блеснули искорки, которые когда-то давно так смутили Игоря в Оле. А теперь вот снова. Они что, эти белокурые бестии из мира моды, все такие жароопасные?

— И где ваша молодая жена?

— Какая?

— Ну, среднего возраста!

— Э-э-э… Дело в том, что… Я не очень понимаю, о ком вы.

— А о ком я могу, как вы думаете? — Алена взяла Игоря за локоть и повела в сторону, к диванчикам. — Есть варианты?

— Ну, да…

— Ой, как любопытно! И какие?

— Вам зачем?

— Просто беседуем! Не о погоде же говорить!

Игорь обернулся — Оля, где ты? Хелп! Меня уводят! Но Оли не было. Зато, когда Игорь вернул голову в исходное положение, Алена уже заняла довольно горизонтальную позицию. Не лежала, конечно, но уж точно и не сидела. И прелести разные поперли из декольте… Во всяком случае, смотреть было неловко.

— Мой муж говорит, что я — как чеширский кот! Где стою, там и лягу! — улыбнулась Алена. — Ну, присаживаетесь, присаживайтесь! Не стесняйтесь!

Игорь присел на краешек.

— Не знал такого факта… О чеширском коте…

— Так что вы там говорили о вариантах?

— Ну, даже не знаю…

— У вас кроме Оли кто-то еще есть?

— Жена.

— Ой, как интересно! — Алена привстала, отчего прелести совсем запросились в руки. — И вы с ними обеими, да?