Незнакомцы на Монтегю-стрит - Карен Уайт

– Это он, Мелли. Игрушечная фигурка мальчика.

Я кивнула, не то с облегчением, не то просто признавая тот факт, что это было не то лицо, которое я видела в окне, и повернулась к Ивонне, чтобы ей все объяснить:

– Амелия Тренхольм, мать Джека, подарила Ноле кукольный домик, и, похоже, тот был сделан для Джулии Маниго, которая получила его в подарок в день рождения, когда ей исполнилось десять лет. Это точная копия дома на Монтегю-стрит, и в нем были игрушечные фигурки, похожие на членов семьи и даже на собаку.

Ивонна нахмурила брови:

– Кукольный домик? Это звучит странно.

Она притянула папку ближе к себе и, полистав, вытащила несколько страниц и придвинула их ко мне.

– Джулия Маниго была заядлой наездницей. Она соревновалась с мальчиками ее возраста, причем в соревнованиях, устраиваемых только для мальчиков, и обычно побеждала. А еще она была метким стрелком и даже в детстве сопровождала своего дядю и кузенов на охоте.

Я пробежала глазами страницы, глядя на многочисленные фотографии юной Джулии – верхом, или с охотничьим ружьем, или с подстреленной птицей, или сразу и то, и другое, и третье. Я подняла глаза и встретилась взглядом с Ивонной.

– Она была сорванцом.

– Это да. Там даже есть статья о том, как ей не разрешили дебютировать на балу св. Цецилии, потому что ее видели на публике в брюках. Судя по всему, юная Джулия выросла на плантации своего дяди вместе с его пятью сыновьями. Ее мать была, как раньше выражались, «чувствительной». Сегодня это означало бы, что ей нужно немного валиума, чтобы справиться с жизнью. Джулия вернулась в Чарльстон, лишь когда ей исполнилось десять лет.

– Тогда почему отец подарил ей кукольный домик, если это явно не то, в чем заключались ее интересы?

Нола встряла в наш разговор с тяжелым вздохом, призванным показать нам – я ничуть в этом не сомневалась – нашу очевидную недогадливость.

– Чтобы помочь ей быть больше похожей на девушку. Ведь у него уже был сын, верно? Поэтому он хотел, чтобы его дочь была настоящей девочкой и, как и положено девочке, играла в куклы. – Нола ненадолго подняла глаза, затем вновь забегала пальцами по экрану своего айфона.

Она покачала головой:

– Джек говорит, он даже рад, что я не такая кисейная барышня, как эта фифа Ребекка. Мол, будь у него возможность пойти в магазин и выбрать себе дочку, он все равно выбрал бы меня. – Она фыркнула: – Ну-ну.

Я быстро посмотрела на Нолу. Интересно, поняла ли она, что только что сказала? Что Джек, несмотря ни на что, рад, что она у него есть. И пусть она сама еще не смирилась с тем, что у нее есть отец и что он хочет, чтобы она присутствовала в его жизни, он уже давно пришел к такому выводу.

Я вновь переключила внимание на бумаги передо мной и сглотнула тугой комок в горле.

– Что вы узнали об Уильяме? Я случайно наткнулась на мавзолей семьи Маниго на кладбище Круглой церкви, и его имени нет на мемориальной доске – только его родители да еще место для Джулии. Джек сказал, что бумажный след Уильяма полностью исчез в 1938 году.

Ивонна кивнула.

– Но до 1938 года сведения есть. Например, известно, что он изучал инженерное дело в Клемсоне, но о получении им диплома архивы молчат. Похоже, он бросил учебу на четвертом курсе, но о том, чем он занимался потом, нет никаких сведений.

– Джулия сказала, что он и ее отец повздорили и Уильям ушел из дома. И с тех пор она не получала от него вестей.

– Ни слова? Никогда?

Я покачала головой.

– Я допускаю, что можно полностью разругаться с семьей и хлопнуть дверью, но то, что его больше никогда не видели, а он сам не оставил никаких подсказок относительно того, куда он мог уйти, все это крайне подозрительно.

– Моя мама переехала в Калифорнию и с тех пор не черкнула родителям даже строчки, – подала голос Нола, даже не удосужившись оторвать взгляд от своего телефона.

– Да, – согласилась Ивонна. – Подобные вещи случаются постоянно. Но отсутствие банковских счетов, ипотеки, завещания или могилы! Согласитесь, что это подозрительно. По крайней мере, у твоей матери была ты, и ты была той ниточкой, которая связывала ее с прошлым.

Нола лишь вздохнула и продолжила строчить эсэмэски.

– Я не думаю, что Гарольд Маниго был хорошим человеком, – сказала я. – Я не удивлюсь, если узнаю, что он как-то связан с исчезновением Уильяма.

Ивонна вопросительно посмотрела на меня, как будто ожидала моего объяснения, каким образом я пришла к такому выводу о Гарольде. Я прочистила горло:

– Должно быть, Джулия сказала нечто такое, что произвело на меня такое впечатление.

– Гм, – только и сказала она и, вытащив другую папку, начала перелистывать страницы. – Есть еще кое-что, что, как мне казалось, будет вам интересно. Помните, я упомянула, что Гарольд Маниго сколотил часть своего состояния на инвестициях в недвижимость? В какой-то момент ему принадлежала почти тысяча акров земли в округе Джорджтаун, включая старый дом его семьи и то, что осталось от плантации. Очевидно, он получил все это от брата в обмен на погашение его довольно солидных долгов. Как вы можете себе представить, земля сейчас очень дорога, и застройщики зарятся на нее уже много лет. И совсем скоро, похоже, они получат свой шанс.

– А земля все это время была в собственности семьи? – уточнила я.

– Да. Элитный, а значит, лакомый кусок на берегу реки. Похоже, мисс Джулии предложение застройщика понравилось, и они планируют начать очистку территории, как только получат все разрешения. В последнее время по этому поводу было много шума в газетах. Защитники природы и «зеленые» возмущены. Вы наверняка читали об этом.

Я виновато улыбнулась. Мне было неловко признаться, что единственный раздел в газетах, который я читала, – это реклама недвижимости.

– Должно быть, я пропустила, – промямлила я.

– Да, компания «Кобб Хоумбидерс» планирует многоцелевую застройку участка. Жилой комплекс по типу «все включено» с магазинами, развлечениями и жилыми кварталами. Идея состоит в том, чтобы люди везде передвигались пешком, а не на машине. Вроде того как начинались все американские города, если вы спросите меня. – Ивонна помахала руками перед лицом, как будто разгоняла воздух. – В любом случае, сделка, как говорится, уже на носу, но многочисленные экологические группы неустанно подают иск за иском. В это дело вмешалось Общество охраны памятников, потому что дом надсмотрщика все еще в его собственности. Главный дом был разрушен в результате пожара еще в тридцатые годы, но, похоже, историки и краеведы считают, что этот домик тоже представляет исторический интерес. Несмотря на это, застройщик, похоже, уверен в том, что выиграет все иски, тем более что они уже вовсю добиваются выдачи разрешений на строительство.

– Интересно, почему Джулия решила продать эту землю сейчас, спустя столько времени?