В сладостном бреду - Айрис Джоансен

Она сняла платье и двинулась через комнату. Селин растянулась, заняв всю кровать.

— Подвинься, — прошептала Tea, чуть подталкивая ее.

Селин открыла сонные глаза.

— Ты закончила?

Tea кивнула, залезая под покрывало.

— Осталось только подшить.

— Я сделаю это для тебя.

— Нет, я должна сама все закончить. — Ее веки, неимоверно тяжелые, уже не открывались. — Но только… завтра.

Селин протянула руку и заботливо укрыла сестру покрывалом.

— Я рада, что ты сможешь отдохнуть, — пробормотала она.

— Ты отвезешь их сразу? — спросил Кадар, наблюдая за подъемным мостом.

Вэр кивнул.

— Нет смысла ждать. Чем дольше она проживет здесь, тем большему риску подвергнется. Никто не скажет, когда Великий Магистр пойдет на новое убийство.

— Мне твоя затея не по душе, — сказал Кадар. — Это не доброе дело.

Неужели Кадар не понимает, как нелегко ему решиться на это.

— Тогда подскажи, что делать, чтобы сохранить ей жизнь. Бог свидетель, я не знаю.

— Она возненавидит тебя.

Вэр кивнул и сжал бока лошади, направив ее через мост.

Селин пошла рядом с ними по двору, тоненькая, маленькая, но настроенная весьма воинственно, как солдаты, что ехали следом.

— Я рада вас видеть. Почему вы не приехали раньше?

— Где твоя сестра?

— Спит вот уже четвертый день. Она встает только поесть и снова ложится спать.

Вэр нахмурился.

— Она больна?

Селин покачала головой.

— Просто до смерти устала. Она хотела закончить для вас знамя до нашего отъезда. — Селин повернулась к Кадару. — Ваши соколы чувствуют себя хорошо. Мне кажется, они любят меня больше, чем вас.

Кадар усмехнулся.

— Я бы не удивился. Они, возможно, почувствовали в тебе родственную душу. Ты ведь такая же строптивая и яростная, как Альенора, в то время как я человек кроткий и мягкий.

Селин насмешливо фыркнула.

— Такой же кроткий, как нападающая кобра.

— Кобра может тоже быть тихой, пока кто-нибудь не забудется настолько, что станет тревожить ее. — Он спешился. — И это совсем не вежливо с твоей стороны, сравнивать меня со змеей. Я сам считаю себя львом. Или, возможно, леопардом.

— Мы завтра выезжаем, — сказал Вэр, обращаясь к Селин. — Разбуди свою сестру и скажи ей, чтобы готовилась к путешествию.

Лицо Селин засветилось от радости.

— В Дамаск? Так скоро?

Вэр уклонился от прямого ответа.

— Скажи, пусть собирается.

Селин светло улыбнулась, и, развернувшись, побежала через двор.

Вэр повернулся к Кадару.

— Поедешь со мной или останешься здесь?

— Ты думаешь уберечь меня от стыда? — Кадар пожал плечами. — Мне всегда нравились поездки. Кроме того, стыд все равно будет преследовать меня, даже если я спрячусь от ее гнева. Ты не собираешься говорить ей, куда мы направляемся?

— Это сделает путь для нее более трудным.

Кадар хмыкнул.

— И для нас тоже.

Вэр не стал этого отрицать.

— Она станет счастливее, когда привыкнет к…

— Прибереги для нее свои доводы… и для себя тоже. — Кадар направился прочь. — Я скажу Абдулу, что мы отправляемся завтра. Полагаю, на этот раз мы возьмем его с собой?

Вэр кивнул.

— Нам могут понадобиться дополнительные силы для обходных маневров.

— Думаешь, Ваден следил за нами?

— Уверен в этом.

— Тогда он может последовать за нами снова. Как ты надеешься спрятать их втайне от него?

— Как только она окажется в безопасности, уже не будет иметь значения, узнает Ваден о том, где она или нет. То место более надежное, чем Дандрагон.

— Ты как-то сказал мне, что Ваден найдет способ проникнуть в любую крепость и что именно поэтому ты постоянно освещаешь Дандрагон факелами.

— Тогда я, значит, должен убедить его не трогать ее до тех пор, пока он не убьет меня. — Он сардонически улыбнулся. — И я уверен, что ты сразу же полетишь освобождать ее, подобно твоим соколам, если это случится.

— Если она когда-нибудь мне снова будет доверять.

— Тебе она сможет поверить.

А вот он навсегда лишится ее уважения и доверия.

— Не исключено, что ты проживешь дольше всех нас. Этот Ваден, возможно, вовсе не такой уж грозный, как ты говоришь.

— Да? Бьюсь об заклад, он может потягаться с твоим Старцем с гор.

— Надеюсь, что у тебя не будет возможности сравнивать. Старец не отличался радушием, когда ты пересек границы его владений. Я едва успел опередить его, утащив тебя. Он приказал своим ассаси-нам перерезать тебе глотку. — Кадар вздохнул. — Если бы я только мог предвидеть тогда, в какую проблему ты для меня превратишься.

— Ты всегда можешь вернуться к нему. Нет, правда, я думаю, что это прекрасная идея.

— Окружить меня стаей ассасинов вместо стены из солдат? — Кадар покачал головой. — Неужели ты никогда не оставишь этой мысли?

— Нет. — Он никогда не бросит попытки спасти их. Неважно, какой ценой, но они должны выжить. — Скажи Абдулу, пусть готовится к походу на рассвете.

— Просыпайся! Мы едем в Дамаск, Tea! — Селин бросилась на кровать и принялась подпрыгивать на ней. — Ты уже достаточно выспалась.

Tea открыла заспанные глаза.

— Дамаск?

— Лорд Вэр вернулся. Мы едем туда завтра утром. Нам следует собраться.

Ее взгляд метнулся к сложенному на столе знамени.

— Мы не можем ехать, я еще не закончила…

— Ты можешь доделать все позже и послать ему из Дамаска. — Лицо Селин светилось от радости. — Дамаск, Tea. Все начинается… Начинается наша новая жизнь!

Tea чувствовала себя так, словно ее окутали ватой. Она потрясла головой, пытаясь разогнать туман в мыслях и перед глазами.

— Что с тобой? Разве ты не рада?

— Конечно, я рада. Я просто еще не проснулась окончательно. — Она обняла сестру и села на кровати. Она чувствовала себя ужасно слабой. То ощущение пустоты, возникшее в ней сразу после окочания работы, не покинуло ее и сейчас. — Я сама не пойму, почему я все еще чувствую себя слабой, как после болезни.

Селин шмыгнула носом.