Ребенок не по плану - Елена Белильщикова

День спецоперации.

Даниил…

Берега Корсики поражали своей пустотой. Подплывая к месту встречи на небольшом катере, одолженном у отца Влада, я так и не понял, где гостевой причал. И встал на мертвый якорь к хлипкому деревянному ограждению. Я со второго захода привязал швартов, да так, что на отходе отвязать его не представлялось возможным и оставалось только перепилить конец тупым ножом, оставив на память каменный узелок на буйке.

Выбор Гюрзы пал на Бонифаччо. Я нервно обернулся, хотя знал, что спецотряд заранее выдвинулся из бухты, чтобы незаметно окружить место встречи и застать Гюрзу врасплох. Я старался не думать о том, что если хоть один из бравых парней выдаст себя, то Гюрза сразу же поймет, что это я привел хвост. Она расправится со мной без промедления. А потом найдет мою семью. Вот это было уже по-настоящему страшно…

Я решил отвлечься и вспоминал, пока шел к скалам, как недавно в баре для местных познакомился с одним парнем из прибрежной охраны острова. Его мать жила в Санкт-Петербурге, а отец как раз родился и прожил всю свою жизнь на острове.

Однажды вечером этот парень, весело улыбаясь, объявил мне на ломаном русском:

«Сегодня взорвем ресторан один! У чужака!»

«Как так взорвете?» — Удивился я.

«Ну так — граната и!..»

«Так погибнут люди?» — Я до сих пор не верил, что парень говорит серьезно.

«Зачем погибнут… мы же всех предупредим! Никто не пострадает!»

Сопротивление на Корсике проявлялось в самой его мягкой форме. С задачей отпугнуть большой бизнес, но не причинить вреда — повстанцы справляются. Наверное, поэтому настолько неприветливым мне показался остров вначале, по приезду. Я слушал в самолете байки переводчицы про смелых и несгибаемых жителей острова, которые не видят в своих действиях ничего плохого. Страна для коренных жителей — разве это плохо?

И сегодня, сейчас мне хотелось признаться в любви этим гордым людям — именно благодаря им остров сохранил свое лицо. Не было бы их — его берега превратились бы в сплошную Анталию или Италию — где все мало-мальски симпатичные берега застроены виллами и отельными комплексами, за заборами которых в искусственном одиночестве развлекаются сильные мира сего.

Здесь же километровые пляжи тянулись пустынными отмелями и не было видно ни одного домика. Отелями служили дома местных жителей переделанные под апартаменты. Я помнил, как отец Влада объяснял мне, что туристам на Корсике ничего не грозит, если конечно кто-то из богачей не решит прикупить себе виллу. Чужих здесь не любят.

Я улыбнулся, понимая, что уже не "чужой". Может из-за отца Влада. Вот так неожиданно я сжился с этим странным островом с непростым характером. Корсика стала мне родной… Даже для местных — наша молодая семья с Дианой не вызвала какого-то неприятия у соседей.

Такое странное чувство — стать "своим" на острове. Я остановился и закрыл на секунду глаза — иногда на него находило чувство, что все это — страшный сон, который только тронь, и он закончится, лопнет как мыльный пузырь. Осталось пережить — в буквальном смысле — несколько часов. И все будет позади. Мы с Дианой станем по-настоящему свободны от Гюрзы и моего прошлого.

А впереди у нас — прекрасное будущее. Я мечтал только об одном, просыпаться и видеть рядом с собой, на подушке, спящую жену и дочь. Наверное, это и есть счастье?

Мобильный завибрировал. Жена. Я сбросил звонок. Мы с Дианой после того вечера не виделись, не перемолвились и словом… и я пока хотел сосредоточиться только на операции.

Гюрза опаздывала? Да вроде нет, есть еще пара минут в запасе. Я отправился вперед, в скрытый, на первый взгляд, от посторонних взглядов, "каменный мешок" между скалами.