Судьба - дама настырная - Ива Ривер

— Что-то он не похож на того, кто выживет, — с сомнением сказал Сашка.

— Веселовский, думай, что говоришь! — возмутилась я. — Ещё как выживет! Знаешь, какой он настырный?! И, вообще, извините, господа, из этих никто не отдаётся.

— Я не понял… — покрутил своей большой головой Сашка. — А это что, типа, рекламные?

— Вроде того, — засмеялась я. — Да вы, вон, Магистра попросите, он вам сколько угодно натащит!

— Ага, если кому за котами — это ко мне, — ухмыльнулся тот, чувствуя себя не иначе как вершителем судеб.

«Надо будет ещё и Бронштейнов к нам на экскурсию сводить», — решила я, наблюдая, как Галка с Сашкой, зарывшись в нашу стаю, спорят, кого и сколько им приютить.

— Эй, Веселовские! Так-то можете считать, что они и так наши общие. Думаете, кому придётся о них заботиться, когда я буду уезжать? Так что можете уже начинать тренироваться.

Наконец приехал Олежка, и мы отправились наверх.

Ближе к десерту разговор завертелся вокруг Димкиного заточения.

— Слушай, Рит, может, всё-таки выдернуть его оттуда, пока не поздно? Боюсь, у парня от депрессии окончательно крыша съедет, — заметил Олег.

— Да она у него давно съехала! А сейчас просто алкоголическая ломка, — разозлилась я, больше, впрочем, оттого, что на меня опять ложится бремя ответственности за чью-то судьбу.

Ну почему опять на меня? Мне о своей-то подумать некогда, а тут — верши что ни день чужие! Есть следователь, родственники какие-никакие, в конце концов. Вот Сашка есть, близкий друг, между прочим! Да и сам Олег мог бы этот вопрос решить, меня не спрашивая. Почему я-то должна? Да его сейчас выпусти, он в такой запой пустится! Или в бега чего доброго ударится. А посидит… может, что-то и переосмыслит на трезвую голову. Или вообще научится без бутылки обходиться. Не пил же он раньше…

— Повременим пока, — нехотя сказала я. — А вообще, решай сам, ты же его адвокат, не я. Поговори со следователем, вы там рядом — вам лучше видно. А депрессия у любого была бы в таких обстоятельствах. Может, в силу особенностей характера у Димки она и тяжелее протекает, чем у других, не спорю… Он ведь всегда был уверен, что неуязвим. Из любых ситуаций выкручивался, и вдруг такое. Короче, не привык парень к поражениям. Да что там не привык — мысли не допускал, что может оказаться в проигрыше! Поэтому и воспринимает происшедшее как конец света. Кстати, наше расставание по той же причине так сильно на него подействовало. Как же его такого, во всех отношениях замечательного, бросили?!

— Я тоже так считаю, — поддержал меня Сашка. — Димка всегда упёртый был. Качество, безусловно, завидное, если его в мирных целях использовать. Но беда в том, что у Митьки приоритеты неверно расставлены. К тому же, уверенность в себе — это хорошо, а вот самоуверенность — уже не очень. А вообще-то парень он неплохой… — Сашка с грустью посмотрел на нас и вздохнул.

— Слушайте, давайте прекратим? — предложила я. — А то прям панегирик какой-то! Скоро его выпустят, ты, Саш, возьмёшь над ним шефство, объяснишь, что к чему, найдёшь ему приличную девушку, и всё у него наладится! Скажите лучше, решили вы, наконец, где жить будете или нет? — этот вопрос волновал меня сейчас, пожалуй, даже больше, чем Димкино заключение. Уверенность Олега в том, что оно временное, как-то незаметно развеяла мои последние сомнения, и я вообще об этом думать перестала. А вот Галкино стойкое нежелание перебираться к нам нервировало уже конкретно.