Шалун в ее постели - Сабрина Джеффрис

Нет, не нужно об этом думать. Он же сказал, что помотает вовсе не потому, что спал с ней. И она ему верила.

Тихонько вздохнув, она стала вспоминать чудесные ласки Джаррета. Ах, как же ей хотелось снова почувствовать, как сливаются тела, как бьется его сердце у ее груди…

Уже засыпая, она вдруг вспомнила о том, что он называл ее «милая».

Утро прошло в ужасной спешке, так как встали они довольно поздно. И Аннабел, собираясь, пыталась придумать, как увидеться с Джарретом наедине. К десяти часам, когда все собрались в конторе пивоварни, она чувствовала себя совершенно разбитой.

Джаррет тоже выглядел усталым. Чтобы объяснить свою усталость, он сослался на ночную карточную игру. Аннабел же старалась на него не смотреть — боялась, что может чем-то выдать себя. И ей было ужасно неловко находиться в той комнате, где они обнимались и целовались. Еще труднее было смотреть на дверь той комнатки, где они провели ночь. Ведь при этом она тотчас вспоминала о том, что такой ночи уже никогда больше не будет…

— Как я уже сказал мисс Лейк за ужином, — начал Джаррет, — я бы хотел прежде всего просмотреть бухгалтерские книги «Лейк эль». Мне нужно убедиться, что вы сумеете выполнить все условия вашего договора.

Хью в испуге взглянул на сестру.

— Анни, но ты ничего не говорила о желании лорда Джаррета просмотреть наши бухгалтерские записи.

Аннабел изобразила удивление.

— Разве?.. Готова поклясться, что говорила. Прошу прощения, эта ночь прошла словно в тумане. Я почти не спала, все готовилась к встрече…

— Видите ли, милорд, — Хью бросил взгляд на Джаррета, — моя глупая сестричка приходила сюда ночью работать, готовила для вас документы. Ночью одна, представляете? Я сказал ей, что это небезопасно, но она не стала меня слушать.

Аннабел с улыбкой кивнула:

— Да, не стала слушать, так как должна была подготовиться. Знаете, милорд, мой брат, оказывается, ждал меня, когда я вернулась. И устроил мне взбучку. Он очень за меня беспокоится.

— Да, понимаю, — с невозмутимым видом ответил Джаррет. — Что ж, вашего брата можно понять.

— Если честно, милорд, то мне не очень-то хочется показывать вам нашу бухгалтерию, — заявил Хью. — Ведь вы — наш конкурент….

— Который собирается стать партнером, — заметил Джаррет. — Но мне нужна дополнительная информация — только в этом случае я смогу принять окончательное решение о нашем сотрудничестве.

— Полагаю, что мы вполне могли бы показать его светлости наши бухгалтерские книги, — подал голос мистер Уолтерс, до этого молчавший. — Ведь нам нечего скрывать. А сотрудничество с пивоварней Пламтри было бы чрезвычайно выгодным для нас.

Хью со вздохом кивнул:

— Да, конечно. Что ж, тогда нужно принести эти проклятые книги. — Он покосился на Аннабел. — Ты должна была сказать мне об этом заранее. Я бы взял их с собой. А теперь придется возвращаться домой, потому что бухгалтерские книги хранятся в сейфе.

— Может, мистера Уолтерса с собой захватишь? — спросила Аннабел. — Он поможет тебе принести книги.

— Мне поможет кто-нибудь из слуг, — проворчал Хью, покосившись на Джаррета.

— Но они оба на рынке. Отправились вместе с Сисси. После нашего длительного отсутствия нам понадобилось сделать много покупок. — Аннабел решила, что именно это время будет наилучшим для покупок.

Хью снова взглянул на гостя, потом на сестру.

— Тебе, Анни, тоже лучше пойти со мной, — заявил он.

— О Господи, Хью! Не глупи, пожалуйста. Пока вы с мистером Уолтерсом будете ходить за книгами, мы с его светлостью могли бы обсудить кое-какие детали нашего сотрудничества. Полагаю, так всем было бы удобнее.

После некоторого колебания Хью кивнул:

— Ладно, обсуждайте. — Он встал. — Идемте со мной, Уолтерс. Нам надо побыстрее принести книги.

Как только они ушли, Аннабел пересела поближе к Джаррету.

— К сожалению, у нас совсем мало времени, — сказала она почти шепотом.

Он пристально взглянул на нее.

— Значит, твой брат видел, как ты под утро вернулась?

Она со вздохом кивнула:

— Видел, к сожалению. И он заставил меня обещать, что я не буду ходить сюда одна ночью.

— Что ж, понятно… — Джаррет нахмурился и откинулся на спинку стула.

— Мой брат, конечно же, далеко не безгрешен, — продолжала Аннабел, — но они с Сисси очень хорошо ко мне относятся, и я не могу допустить, чтобы они за меня краснели, думая, что я…

— Спишь со мной?

Она кивнула.

— Ведь если Хью хоть что-то заподозрит, непременно вызовет тебя на дуэль. А это ни тебе, ни ему не нужно.

— Значит, мы с тобой не можем…

— Не можем, к сожалению… — Аннабел снова вздохнула. — Но может быть, оно и к Лучшему. Ведь все у нас закончится, когда ты уедешь…

— Необязательно, — возразил он.

Она уставилась на него в изумлении.

— Джаррет, что ты имеешь в виду?

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты могла бы поехать со мной в Лондон. И я бы нашел тебе какую-нибудь должность у нас на пивоварне.

— На пивоварне — или в твоей постели?

— И то, и другое, если пожелаешь.

— Ты хочешь сделать меня своей любовницей?

— Нет, просто я… — Джаррет отвел глаза.. — Просто я думаю, что ты таким образом могла бы освободиться от своих родственников. Могла бы начать самостоятельную жизнь. Ты прекрасно знаешь все, что связано с пивоварением. И могла бы варить пиво в пивоварне Пламтри. И время от времени, если бы захотела… — Он снова посмотрел ей в глаза и отчетливо проговорил: — Тебе, Аннабел, необязательно становиться моей любовницей. Но почему не завести любовника, если хочется?

Она постаралась скрыть свое разочарование. Совсем не это хотелось ей от него услышать. Но с другой стороны… Чего же, собственно, она ожидала? Разве он мог предложить ей, нечто большее?

— Мне не нужен любовник, — заявила она решительно. — И у меня нет ни малейшего желания покидать своих близких и «Лейк эль».

Джаррет наклонился к ней, но тут же, спохватившись, покосился на окно, выходившее в цех. После чего снова повернулся к Аннабел.

— Дорогая, ты заслуживаешь лучшей жизни. Неужели тебе нравится быть бедной родственницей? Ты красивая и чувственная женщина. И если тебя не интересует замужество, то почему не жить так, как тебе хочется?

— Я уже живу так, как мне хочется.

Его потемневшие глаза сверкнули.

— В самом деле? Тебе так нравится проводить ночи в одиночестве? Нравится ухаживать за чужими детьми?

— А за чьими же детьми мне следует ухаживать? Может, за твоими?