Настоящая леди - Кристина Додд

Йен, шатаясь, ввалился в конюшню.

– Хэдд, приятель, ты где?

Измельченная солома приставала к его начищенным до блеска сапогам. Ему было наплевать. Ему на все было плевать.

– Хэдд… А, вот ты где.

Йен прислонился к одному из стойл, где молодой широкоплечий блондин чистил скребницей жеребца.

– Ты что, не слышишь, как я тебя зову?

Парень выпрямился, и свет ударил ему в лицо.

– Да ты не Хэдд! – обвиняющим тоном сказал ему Йен. – Так и не притворяйся им, и лучше скажи мне, где он.

Как все образцовые английские слуги, парень не стал возражать против такой несправедливости, а спокойно сказал:

– Он вон там, возится в загоне с жеребцом.

Йен застонал. Ему совсем не хотелось выходить на свет, но ему было необходимо поговорить с Хэддом.

Он по-родственному расположился к еще одному незаконному Фэрчайлду, и на прошлой неделе они не раз вместе выпивали. Хэдд никогда не позволил себе ни одного неосторожного замечания по поводу происхождения Йена, а Йен в свою очередь, после нескольких осторожных попыток, уже не старался больше узнать что-нибудь про Хэдда.

Они говорили в основном о лошадях, которых оба обожали. Они иногда говорили и об обществе, которого по обоюдному признанию ни один из них не понимал. Нередко Йену случалось отвечать на вопросы Хэдда о том, каково быть наполовину из морских жителей. Он охотно передал новоявленному родственнику кое-что из запомнившихся ему рассказов матери. Хэдд постоянно интересовался старинными обычаями и легендами. Но Йен точно знал, что Хэдда влечет к нему не пустое любопытство, а чувство дружбы.

Не зря вокруг него голубой ореол. Йен знал, когда люди лгут, и обмануть его было трудно.

Как Йен и опасался, солнце ослепило его, когда он вышел в загон. Но он довольно ухмыльнулся, увидев, как Хэдд пытается оседлать Квика. Йену показалось, что в горячке момента Хэдд не замечает его, но тот, не оборачиваясь, спросил:

– Ну не красавец ли он?

– Еще какой, – отвечал Йен.

Один из лучших их жеребцов! Все, что осталось с той поры, когда дяди мечтали разбогатеть, разводя лошадей. Это вполне могло случиться. Порода для разведения была выбрана отличная. Но процесс этот был длительный и требовал усиленного внимания, на что ни один из дядей не был способен. Возможность возродить состояние Фэрчайлдов была упущена.

А теперь и Йен упустил возможность завладеть состоянием Фэрчайлдов и только по своей вине. По своей собственной вине.

Хэдд подъехал к загородке и приготовился слезть.

– Помоги мне, – попросил он.

Йен ни минуты не колебался. Правда, он был здорово выпивши, но с лошадьми он никогда не ошибался, ни трезвый, ни пьяный. Он перелез через ограду и подошел к жеребцу. Осторожно протянув руки, он дал Квику их обнюхать. Потом уверенно придержал узду, пока Хэдд соскользнул с седла.

Хэдд погладил Квика, выражая ему свою похвалу, а потом обратился к Йену:

– Вроде бы рано еще так напиваться.

Йен, прищурившись, взглянул на солнце, клонившееся к закату.

– Нет, не рано. Самое подходящее время. Пошли со мной в деревню. Там в кабачке мы можем просидеть всю ночь.

Хэдд пристально посмотрел на него.

– Вообще-то у меня есть работа.

Не желая лишиться общества, Йен сказал, не подумав:

– Я могу тебя от нее избавить.

Он тут же понял, что совершил ошибку. Хэдд весь подобрался, губы его вытянулись в ниточку.

– Благодарю вас, милорд, – отозвался он саркастически. – Большинству приходится, знаете ли иногда работать. А некоторым это даже нравится.

Может быть, сказалось то, что Йен действительно здорово перебрал. Может быть, это вылезло наружу его отвращение к самому себе. Но у него невольно вырвалось то, чего вовсе не следовало говорить:

– Но ты же Фэрчайлд, черт возьми! Тебе нет никакой необходимости работать.

Подняв кулак, Хэдд размахнулся. Единственное что спасло Йена от побоев, был мгновенный протест Квика.

Посмотрев на жеребца, Хэдд снова перевел взгляд на Йена.

– Значит, ты просто не слышал, что я сказал. Мне нравится работать, а не гоняться за девчонками ради их денег.

Йен презрительно фыркнул.

– Это дело прошлое. – Он вскинул руки, и жеребец попятился, в свою очередь фыркнув. – С этим покончено.