Теперь мы квиты - Виолетта Роман

Дема открывает багажник салона, и мы забираем по два ящика бухла на каждого.

– Выиграй пояс, Дем, а там хоть втроем гуляйте. Мне, правда, плевать. Просто тебе решить нужно – ты в спорте, или в криминале. А так проср*шь и карьеру, и жизнь.

Он только челюсть сжал в ответ и прошел мимо меня к дверям ресторана. Знаю, что и сам понимает ситуацию. Но сейчас все накалено до предела. Исай все больше задействует Дему в своих вопросах, все больше времени Огинский проводит в их доме, с семьей Гесс, в клубе Исая. Я знаю, что Огинский выступает на его боях, так для развлечений. И я не против дополнительного заработка для Демы, тем более зная его ситуацию. Но это все бьет по его основной карьере бойца. Я слишком много сил вложил в него, чтобы смотреть сквозь пальцы, как Гесс рушит ему карьеру. И он слишком дорог не, чтобы позволить Исаю сделать это безнаказанно.

В зале полно народу. Столики забиты, девчонки – официантки носятся как угорелые, спеша обслужить клиентов. Марика у бара, отчитывает за что—то бармена.

– Вот, еще два ящика привезу завтра, – ставлю на стойку один из них, второй на пол. Дема подходит и оставляет свои рядом. Сестра несколько секунд молча пялится на алкоголь.

– И с чего, интересно, такая доброта? – произносит с издевкой, наклонившись, достает бутылку из коробки и крутит ее в руках.

– Не паленое?

– Вряд ли. Вчера на тусовке у Гессов все пили этот вискарь, отлично зашел. Да и не будут они связываться с палевом.

– Так, к чему тогда отдали? Могли сами выжрать, плюс у них клуб.

Дема делает знак, что уходит на улицу. В его руках телефон, на который только что пришло сообщение, и он, явно, недоволен тем, что прочел.

– Это не бесплатно. Я просто ляпнул, что у тебя проблемы с поставщиком, а Гесс заинтересован в том, чтобы я не соскочил с его темы. Вот и помог тебе.

– Мне не нравится эта семья, – скривилась, делая какие—то отметки в своем планшете.

– На выходных крестины Луки. Со мной будет Ия. Я хочу, чтобы ты вела себя нормально.

Марика метнула в меня колким взглядом.

– Если ты раскис и потерял бдительность, это не значит, что я полная дура и буду вести себя ласково с той, кто чуть не испортил жизнь моему брату.

Сестра спрыгнула со стула.

– Леша, – кивнула бармену. – Убери алкоголь.

Она рванула в сторону кухни, но, я поймал ее за руку. Резко развернул к себе, чувствуя, как начинаю закипать.

– Послушай меня. Ия – моя женщина. Нравится тебе это или нет – она будет со мной везде и всегда. И если ты не хочешь испортить со мной отношения, ты не будешь ей грубить. Я не прошу тебя дружить с ней или впускать в душу. Вежливость и учтивость – все, что от тебя требуется. Просто не докапывайся до нее.

Она смотрит на меня волком.

– Выходит, у меня нет выбора, – цедит сквозь зубы.

Знаю, могла бы – удавила.

– Выходит, так.

Она вырывает руку из моей, поправляет волосы.

– Я услышала тебя, – развернувшись, быстро уходит от меня, исчезая в дверях кухни.

Смотрю на часы. Через пятнадцать минут у Ослика заканчиваются пары. Направляюсь к выходу, набирая Илая. Сегодня меня не будет в клубе, Нейман проводит тренировку. Нужно проконтролировать, чтобы Огинский не смылся в очередной раз. Если так дело пойдет и дальше, вместо победы, его будет ждать нокаут, в первом же раунде.

Выхожу на улицу. Он у входа, разговаривает по телефону. Как только видит меня, заканчивает разговор и сбрасывает вызов.

– Сам доберешься? Я в универ…

Дема кивает. Вижу, что его беспокоит что—то, но решаю не лезть. Он и так как на иголках с турниром, да и у нас постоянные терки. Не стоит нагнетать обстановку еще больше.

* * *

Затягиваюсь сигаретой, облокотившись о капот. Уже две недели прошло, а мы все этого м*дака Оскара найти не можем. Дом пустой, от него и следа не осталось. П*дла вонючая, затаился где—то и носа не высовывает. А я как пес цепной вокруг Ослика все это время. Знаю, что как параноик уже, но боюсь одну оставлять. Все, кажется, что этот ублюдок притаился за углом где—то и ждет удобного момента, чтобы Ию забрать.

Она выходит из серого неприметного здания и направляется ко мне. Рыжее солнышко, выделяющееся ярким пятном среди серой и безликой массы снующих по двору студентов. Подходит ко мне, поднимается на носочки и целует в губы.

– Привет, – обхватывает руками мою шею, и носом в ключицу упирается. А ее за талию к себе прижимаю, запах волос ее вдыхаю.

– Чего руки опять ледяные? – беру ее холодную ладошку и пытаюсь согреть.

Она стоит неподвижно.

– Я сегодня чуть не подралась, – голос Ослика звучит сдавленно из—за того, что Ия стоит, уткнувшись мне в грудь лицом. А у меня по венам напряжение

– И кто этот бессмертный? А ну—ка идем, – отстранившись, хватаю ее за руку.

– Да стой ты, – смеется, щурясь от солнечных лучей. А я залипаю на ней. Красивая, смешная, с сексапильной ямочкой на правой щеке.

– С девчонкой чуть не подралась. Глаз на тебя положила. Заявила, что уведет тебя, вот я и повыдергивала ей немного волос…

Сделал шаг, сгреб ее в объятия. Поцеловал шею, а сам еле сдерживаю смех. Представляю разъяренного Ослика, бросающегося на бедолагу. Уверен, в эти секунды она выглядела дико горячо.

– Нашла, из-за чего махаться, Ослик, – отстранившись, убираю ее волосы назад. – Ты же знаешь, я ослеп на всех телок. Только тебя вижу, и больше мне на х*р никто не нужен.

Она щурится с подозрением.

– Даже если она – Мисс Вселенная?

– На черта мне Мисс, если у меня в руках целая вселенная? – целую ее губы нежные. Ия прижимается ко мне изо всех сил.

– Поехали домой, я устала.

Мы усаживаемся в тачку. Я завожу мотор, выезжая на дорогу. Ия, на самом деле, выглядит уставшей. Пока едем, она молчит, отвернувшись к окну, а я ладонь ее сжимаю, посматривая с тревогой. Не нравится мне ее настрой. Она такая с тех самых пор, как я увез ее от м*дака Оскара. Когда мы вместе – веселая и общительная, но за ее улыбкой и смехом я не могу не видеть уставших глаз, не могу не