Шаг в Бездну - Маргарита Боулес

Дух улыбнулась и игриво прыгнула в воду, обрызгав нас. В следующее мгновение море под ногами забурлило.

— Дай руку, — Рафаэль протянул мне свою ладонь. — Держись и ничего не бойся.

— Что?

— А’ль прокатит нас и покажет Сотхейм её глазами.

Вода подняла нас ещё выше, и волна под ногами плавно устремилась вперёд. Я покачнулась, но Рафаэль не дал упасть. Не знаю, как мы держались без уступа, вейкборда или сёрфборда, но лавировали вполне уверенно, а волны сами несли нас вперёд.

Брызги летели в лицо, ветер обдувал тело — это было невероятно обалденно и весело. Адреналин и эндорфины вырабатывались на максимуме, и я смеялась, отдаваясь стихии.

Волна понесла нас вдоль берега. Взгляду открылся завораживающий вид на удивительную природу, на тропический лес, на водопады и деревья — великаны, чьи широкие стволы возносились в небо и на чьих кронах вальяжно восседали драконы и виверны.

Я обернулась и посмотрела на ангела. Он держался на волнах уверенно и, вторя мне, улыбался. При этом смотрел на меня так, что мои щёки запылали огнём, и я отвернулась, расплываясь в победоносной улыбке, пребывая в эйфории от сегодняшнего дня.

А’ль кружила и катала нас по волнам, показывая всё новые и новые места: скалы и пещеры, утёсы и вулканы, цветочные поля и луга. Магия этого мира заполняла лёгкие, заставляла чувствовать и дышать иначе. А потом нимфа вернулась к чёрному пляжу, но, прежде чем остановиться, закружила нас в воронку так, что я упала на Рафаэля, и мы вдвоём ушли под воду. Вынырнули, откашливаясь и отплёвываясь, но держась за руки.

А’ль засмеялась, хлопая ладонями — волнами.

— Спасибо за подаренные эмоции, маленький дух. Премного тебе благодарен.

— Спасибо, — сказала я и помахала ей рукой.

Нимфа кивнула и прыгнула в воду, обдав нас веером брызг напоследок. А потом вынырнула чуть дальше, улыбнулась, помахала рукой, подмигнула и исчезла.

— Она такая милашка, слов нет.

— Правда? — он обнял меня крепко — крепко, прижимая к своей груди.

— Да. Только почему она так выбросила нас в конце?

— А — а–а, это… — Рафаэль загадочно посмотрел вдаль, на горизонт. — А’ль, может, и дух, но прекрасно понимает нас и чувствует.

— Так она специально это сделала?

— Конечно. Ей надоело смотреть на моё жалкое лицо.

Я коснулась губами его груди, лизнула кожу, пробежала пальчиками по плечам и жадно поцеловала в шею. Мужчина тут же напрягся. Он прерывисто задышал, рыча под моими ласками, но позволял мне неловко исследовать его тело, целовать и наслаждаться, воплощая мечты в реальность. Я провела языком вдоль мышц, мимолётно коснулась пальцем края шорт.

Рафаэль резко втянул в себя морской воздух и перехватил инициативу. Обнял меня, прикоснулся губами к моим волосам, к мочке уха, легонечко пососал её, затем стал поцелуями продвигаться ниже, по щеке к горлу. Обхватил мою спину и, рисуя пальцами узоры на теле, опустил ладони ниже, к пояснице, едва задевая плавки. Я томно и тяжело вздохнула, чувствуя, как каждая клеточка моего организма отзывается на ласки. В его объятьях тело не слушалось разума, посылая меня в далёкое странствие, а само полностью подчинялось власти этого мужчины.

Для меня ощущения были новы, необычны, но с архангелом всё казалось естественным и правильным. Я чувствовала непреодолимое влечение, хотелось больше и больше: смотреть на него, дышать им, кричать его имя. Как же это было невыносимо прекрасно — снова и снова оказываться во власти страсти и чувственности. О — о–о, я всем телом ощущала его любовь, его желание. Губы ангела обжигали, касаясь открытых участков плеч и ключиц, а его проворные пальцы заставляли кожу пылать.

Он положил ладонь мне на затылок, притягивая ближе. С моих губ сорвался чувственный стон, я приоткрыла рот, приглашая его в себя. Но Рафаэль лишь коснулся большим пальцем моей нижней губы, чуть оттягивая её вниз и целуя рядом. Между ласками он шептал моё имя, и я таяла, закрыв глаза.

Его губы дразнили, руки путешествовали по телу, избегая касаться ниже талии, но мне хотелось принадлежать ему полностью. Поэтому я ловко расправилась с завязками топика, и верх купальника полетел к нашим ногам.

Рафаэль посмотрел мне в глаза жарко, дико, аквамарины потемнели, сливаясь цветом с земным морем. Я медленно взяла его ладонь и прижала к своей груди. Он на мгновение замер, а после чувственно обхватил, сжал нежно и улыбнулся. Наклонился, коснулся губами, лаская поцелуями, играя языком и вызывая дрожь. Потом принялся посасывать, пропуская горошинки сосков между пальцами, играя и оттягивая умело и властно.

Я громко застонала, чувствуя, как ноги ослабевают, а низ живота тянет в томительной муке.

Архангел резко перенёс нас на песок. Обхватил моё лицо и ворвался рот, вжимая своим жёстким, сильным телом в чёрные песчинки. Мне стало изнурительно жарко и мучительно приятно. Его язык и губы творили невообразимые вещи, доставляя мыслимое и немыслимое удовольствие, а ладони ласкали кожу и прикасались к груди, чертили узоры на пупке. Я простонала ему в губы, целуя, и наши языки переплелись, исследуя друг друга.

Нами полностью завладела страсть. Она повелевала, стирала границы дозволенного и запретного.

Поцелуи углубились, стоны стали громче. Я обхватила ногами Рафаэля и притянула его ближе, чувствуя налившийся мужской орган — сильный, твёрдый. Потёрлась об него сквозь плавки, требуя и мечтая почувствовать его в себе. Сейчас. Это было так необходимо.

Рафаэль гортанно застонал, обхватил мои ягодицы, прижимая к себе сильнее и двигаясь между моих ног. Посмотрел на меня одурманенным взглядом. В его глазах бушевали настоящее голубое инферно, морской шторм и фейерверк чувств.

— Что же происходит со мной, когда ты рядом, Скай? — его глаза пробежались по моему лицу, опустились ниже, и я с трудом подавила желание прикрыться, понимая, что уже поздно. — Ты сводишь меня с ума! Я хочу тебя. Неистово. Здесь и сейчас. Но буду законченным эгоистом, если воспользуюсь твоей слабостью.

Признание вывело из равновесия. Я коснулась его лица и поцеловала, провела руками по животу до шорт, слегка их оттянула. Архангел зарычал, желая больше, нуждаясь во мне так же, как и я в нём. Но по какой-то причине отстранился.

— Нет, не сегодня.

— Почему?

— Тебя переполняют гормоны и эмоции. Я должен дать нам обоим время. Тебе время, — на выдохе прошептал он.

— Боишься, что пожалею?

— Скорее всего, так и будет, — блондин слез с меня и обнял, притягивая к своей груди и усаживая на колени.

Рафаэль облокотился о скалы, гладя мою спину нежно и ласково. Мы смотрели на горизонт, переводя