Две ведьмы и виски - Аннетт Мари

Зато может задержать человека, и с этим ребята ничего не могли поделать. В этой ситуации они оказались бессильны.

* * *

Единственный вопрос теперь заключался в том, будет ли мне предъявлено обвинение в предумышленном или непредумышленном убийстве. Сгорбившись в неудобном металлическом кресле, я тупо глядела на свое подавленное, измученное отражение в зеркальном окне напротив. Комната для допросов выглядела в точности как в кино, разве что стол был поменьше. Мои наручники даже прицепили к железной трубке на столе.

На второй стул сел Джастин, который одной рукой массировал мне плечо. Я чуть не расплакалась, когда он вошел. Ну да, под «почти» я имею в виду, что ревела, как маленькая, целых пять минут.

Комкая в руке бумажный носовой платок, я в последний раз шмыгнула носом, смахнула с ресниц остатки своего нервного срыва и судорожно вздохнула. Сжимая мое плечо, Джастин мрачно таращился на зеркальное окно. Потом наклонился к моему уху.

– Тори, – прошептал он. – Что за дела?

Я, звеня наручниками, промокнула платком заплаканные щеки.

– Это просто ужас какой-то.

Брат сурово сжал губы.

– Ты действительно столкнула человека? Нет, не отвечай. Дождись своего адвоката.

Разве у меня есть адвокат? Я никаким адвокатам не звонила. А как же мое право на телефонный звонок? Кажется, в жизни все же все не так, как в кино.

– Дело плохо, Тори, – продолжал Джастин. – Четверо офицеров полиции и двое гражданских клянутся, что видели, как ты догнала этого парня на смотровой площадке и толкнула его через перила. Много свидетелей, и у всех показания сходятся.

Я до боли сжала кулаки. И ничего не сказала.

Он потер лоб, а когда снова поднял взгляд, в его глазах читалось не только мучительное беспокойство.

– На месте происшествия были еще люди – трое мужчин, в том числе один, назвавшийся Аароном Синклером. Это твой парень, если я не ошибаюсь?

И опять я промолчала. Да ему и не нужно было мое подтверждение. Джастин наклонился еще ближе, понизив голос до едва заметного шепота.

– При нем было удостоверение личности мага.

Наши глаза встретились. Он вгляделся в мое лицо и недовольно скривил рот.

– Стало быть, ты знаешь. – Он надолго погрузился в свои мысли. – Как только я услышал, что твой бойфренд маг, сразу понял, что нападение в Чайнатауне не было случайным. И ты была в курсе, что это за типы.

Я кусала губы.

– Понимаешь, я не знала, что тебе сказать. Откуда мне было знать, сколько ты обо всем этом знаешь.

– Я знаю только то, чему меня учили. – Джастин сузил глаза. – А раз ты встречаешься с одним из них, полагаю, тебе известно побольше моего. О чем ты только думала, Тори? Связаться с этими?

Он так сказал «этими», будто речь шла про мафию. Я открыла было рот, чтобы возразить, но он продолжал, тихо и угрожающе:

– Я считал тебя умнее. Нашла во что ввязаться…

– Стоп, – прошипела я. – Просто прекрати, Джастин. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

Сердитый брат уставился на меня.

– Имел бы… если б ты хоть словечком обмолвилась об этом. Почему ты мне не сказала?

Гнев в его глазах сменился болью, и я совсем сникла. В последнее время я так много врала, что это начало казаться нормальным, но Джастин – его я не должна была обманывать. С ним-то я могла бы поделиться нереальными событиями, в которых недавно участвовала. Он ведь уже знает, что магия и маги существуют. У меня не было веских причин ему лгать.

– Я… я боялась, что ты не поймешь.

Он отвернулся, по скулам ходили желваки. Молчание затягивалось, и в повисшей паузе я успела подвергнуть сомнению каждый свой поступок, каждое решение за последние несколько недель.

– Надо было все мне рассказать, – еле слышно пробормотал мой брат. – Возможно, я мог бы предотвратить то, что случилось… но теперь слишком поздно.

Я опустила голову, слишком измученная и эмоционально истощенная, чтобы ответить. Джастин тоже больше ничего не сказал. Один час растянулся до двух, потом до трех. Мой брат ерзал на стуле, чувствуя себя так же неловко, как и я. Он мог бы уйти, но не ушел. Даже рассерженный, даже чувствуя себя преданным, он все же остался рядом со мной.

Преодолевая стыд, я взяла его за руку. В ответ он крепко сжал мои пальцы, и у меня на глазах выступили слезы благодарности. Я сморгнула их. Всю неделю я сходила с ума из-за расследования МагиПола, как будто изгнание из магического сообщества было худшим, что может со мной случиться. А теперь взяла и сама разрушила собственную жизнь. Каково это, сидеть в тюрьме? Веселого мало, это уж точно.

Спустя, как мне показалось, лет пятьдесят дверь, наконец, отворилась, и в допросную вошел немолодой уже полицейский.

– Офицер Доусон.

Джастин отпустил мои руки и подошел к пожилому копу. Они перешептывались, наклонив друг к другу головы.

– Что? – Джастин отшатнулся. – Но их юрисдикция не распространяется на…

Немолодой полицейский что-то прошипел и подхватил Джастина под локоть. Обернувшись, мой брат бросил на меня панический взгляд, а офицер потащил его из комнаты прочь. Дверь захлопнулась.

Я снова стала пялиться в зеркальное окно, слишком вымотанная, чтобы паниковать. Все-таки магия Ллирлетиада изрядно меня потрепала. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой усталой, выжатой как лимон. Голова отяжелела, я с трудом держала ее в вертикальном положении. Даже дыхание требовало сосредоточенности и усилий.

Я как раз собралась вздремнуть на столе, когда дверь снова открылась. Вошла женщина-полицейский со связкой ключей в руке, а другой, мужчина, задержался в дверях.

Женщина отстегнула от стола мои наручники.

– Пойдемте с нами, мисс Доусон.

Я вытащила себя из кресла, в теле дрожала каждая жилка.

– Куда мы идем?

– Сюда, пожалуйста.

Следом за парой я вышла в стерильно-пустой коридор. Идти пришлось недалеко – мимо нескольких дверей, и только-то. Женщина-коп махнула мне, показывая, чтобы я входила первой, так что я вошла.

Я оказалась в еще одной допросной комнате, поменьше и без одностороннего зеркала. И в отличие от предыдущей здесь, дожидаясь меня, уже сидели за столом двое, мужчина и женщина. Я подозрительно всмотрелась в смутно знакомого мне человека, пытаясь понять, где могла его видеть. Полицейские не вошли в комнату, а просто закрыли за мной дверь.

– Присаживайтесь, мисс Доусон, – заговорил тот человек.

Его голос показался даже более знакомым, чем лицо. Неуверенно пройдя вперед, я присела на один из двух стульев напротив парочки, неловко положив руки в наручниках на