Осколки - Александра Эльданова

— Надо тете Нине как-то сообщить.

— Она не знает? — удивился я.

— Да, я побоялся, — признался старший Ольшанский, — у Нины со здоровьем последнее время…

— Хоть кого-то ты боишься, бать, — усмехнулся Леша, — но я повторюсь — сидеть ждать будем?

— Почему ждать? Люди работают.

— А мы сидим, — парень подтянул костыль и с трудом поднялся, — пойду я, делом займусь, а вы сидите.

— Каким делом? — спросил Игорь подозрительно.

— У меня свои методы, — оскалился сын, — все, будут новости — звони.

— Давай только в рамках закона, еще твою задницу прикрывать не хватало сейчас.

— Да все окей будет, — ответил Леша уже из коридора.

— Вот как с ним? — Игорь досадливо вытряхнул сигарету из пачки, лежащей на столе.

— А он прав — просто сидеть будем?

— Тебе тоже на пальцах объяснить? Люди работают, город на ушах. Ты все что мог сделал, теперь жди.

— Если не нашел, значит не все.

— Еще один баран упертый!

— Да не могу я просто сидеть, понимаешь? Она там одна с этим клопом, хорошо если живая и целая, а я тут жду?

— А что ты сейчас сделаешь? — устало спросил Игорь, — Нет зацепок, понимаешь? Все что есть в работе. Ты мешать будешь больше, чем помогать. Совет хочешь?

— Ну?

— Езжай домой, поспи. Что изменится, я позвоню. И не смотри на меня волком, я за нее тоже переживаю, мне Сашка как дочь, она у меня на глазах выросла, Алексей мне другом был, в конце концов!

— Да понимаю я, — гадкая тревога снова заворочалась и потянула щупальцы к горлу, — все понимаю, Игорь, но не легче.

— Знаю. И мудак этот тоже знает, поэтому крови нам попьет, будь уверен.

В дверь постучали, в кабинет заглянул парнишка, который провожал меня.

— Игорь Михалыч, там женщина снизу…

— Лишина? Пропусти, — Игорь развернулся ко мне, — хана мне, Серега.

С Сашиной мамой я знаком весьма весьма шапочно — да и знакомство получилось неловким. Каким может быть знакомство с матерью, которая без предупреждения заехала в гости ко взрослой дочери?

— Где мой ребенок? — спросила Нина Альбертовна, едва переступив порог кабинета.

У них с Сашей одинаковые интонации. Я даже вздрогнул.

— Нина… — начал Игорь.

— Что Нина?! — женщина в сердцах ударила ладонью по столу, — Крестный, твою мать! Если б Лешка не сказал, то я бы ни сном, ни духом, да?!

— Нина, сядь, а? Я объясню все.

— Быстро и по существу, — женщина села на стул напротив, где до этого сидела Надя, — я жду.

Игорь достал новую сигарету, вздохнул и начал с самого начала. Про цветы, про воскресшего Диму, про любовницу, про попытку убийства. Нина слушала и мрачнела.

— Мне почему никто даже не намекнул? Я не имею права знать, что твориться с моим ребенком? Совсем за дуру меня держите?

— Никто тебя за дуру не держит. Сашка не хотела — у тебя личное счастье сложилось, медовый месяц. Ну не хотела она, чтоб ты переживала. Ты же знаешь, что Санька она…

— Упрямая. Но Надя… — Нина покачала головой, — как совести хватило только. Сашка же ей помогала и не раз, не два.

— Ты знала?

— Конечно. Я все крупные транзакции по счетам смотрю.

— Не доверяешь дочери, — неодобрительно покачал головой Игорь.

— Лучше я не буду доверять, чем из какой-нибудь зависимости ее вытаскивать. И потом, я прямо спросила, она ответила.

— Гиперопека, — поморщился Ольшанский, — Андрей над Дашкой дохлопался крыльями — вообще не самостоятельная девица.

— Игорь, иди сыну нотации читай.

— Я читаю, не переживай.

— Это я виноват, — вмешался я, — не нужно было Сашу одну оставлять.

— Да вы причем, — Нина усталым жестом убрала волосы за ухо, — я свою дочь не знаю разве?

— Нин, езжай домой. Езжайте оба уже — толку что здесь третесь? — Игорь закурил.

— А дома мне легче будет? — женщина подняла на Игоря глаза. Нет, они очень похожи с Сашкой.

— Дома ты мне мешать не будешь. Я работаю, Нина — один раз нашел, найду второй.

— Наде что-то будет?

— Жалеешь, что ли?

— Они же все мне не чужие, Игорь. И Надюшка, и Лешка, и Андрей с Дашей.

— Будет. Прикрывать не буду, не пять лет, должна была головой думать. Даже если Сашка попросит.

— Не попросит. Она в Лешу принципиальная.

— Езжайте домой, — повторил Игорь, — или мне Валерь Палычу позвонить, чтоб забрал тебя?

— Долго ждать будешь, он в Питере.

— Я тебя с конвоем тогда домой отправлю.

— Ты мне обещаешь, что с Сашкой все будет хорошо? Можешь дать гарантию, что она назад не откатится? Что ты ее целой найдешь?

— Ты же понимаешь, что я не могу таких гарантий дать? Сделать все для этого — да, Гарантий — никаких.

— Спасибо, что честно, — Нина поднялась.

— Проводить? — спросил я.

— Нет, я сама. Вы звоните если что-то изменится, а то я с ума сойду. Игорь, может, что-то нужно? Деньги?

— Нин, езжай уже. Ты действительно здесь только панику сеешь и на совесть давишь.

Женщина кивнула, еще немного задержалась на порог, словно хотела что-то сказать, но потом молча вышла.

— Ты бы тоже ехал, — уже мне сказал Игорь, — как понятно будет — наберу.

— Я тоже панику сею?

— На совесть давишь. И твое самобичевание мне здесь лишнее. Случилось уже, потом будешь терзаться, сейчас не мешай. Всем позвоню, обещал же. И вообще, Леха может и прав, насчет денег, езжай домой, карауль домашний телефон.

— Думаешь, этот Клоп действительно позвонит?

— Я пока ничего не думаю, но это вариант. Всё, вали уже, Серёг.

Не скажу, что мне стало легче после разговора с Ольшанскими. Да, какая-то смутная картинка вырисовывалась, но толку, если я все равно не знаю, где Сашка и что с ней? И сделать тоже ничего не могу.

— Вас тоже выгнал? — я обернулся. На косой лавочке у крыльца сидела Нина.

— Да. Хотя, Игорь знает, что делает, наверняка это правильно.

— Я через это проходила уже, к сожалению. Поэтому и ушла так легко, потому что знаю что будет, если у Игоря под ногами путаться. Он потом извинится, конечно, но мешать действительно не стоит. Возьмите, — она протянула мне пачку сигарет, заметив, как я хлопаю по карманам, — все никак бросить не могу, после смерти мужа.

— Спасибо.