Черное пламя Раграна 3 - Марина Эльденберт

— Пусть сами теперь локти кусают, — пожала плечами я. Хотя опять царапнуло. Я вроде не должна была всего этого помнить и чувствовать, но у меня было такое ощущение, что из меня выдрали важную часть меня. Выдрали и выбросили на помойку за ненадобностью.

— Хочешь об этом поговорить? — спросил он.

— Нет, не хочу, — я покачала головой. — Я вообще хочу заниматься, и так уже проспала все, что можно.

— Хорошо, — он кивнул. — Тогда я вернусь минут через десять и начнем.

Загадочный дальше некуда. Хотя я прекрасно понимала, что он дает мне время окончательно проснуться и привести себя в порядок, и это было приятно, я все еще немного злилась на него из-за Роа. Сын сегодня весь день был сам не свой, отказался говорить с Элегардом, когда тот попросил дать ему такую возможность хотя бы по телефону. На пляже капризничал, даже не реагировал на появившихся у щита драконов, хотя раньше всегда приходил в восторг.

Тем не менее я не могла не признать, что Бен действительно делает все от него зависящее, чтобы подружиться с детьми. Я даже заметила, что он не перетягивает на свою сторону Риа и Лара — как, например, сегодня утром, когда Лар хотел остаться, он попросил его ехать с нами. Точно так же и сейчас: выглянув, я обнаружила, что дети все вместе в гостиной с няней, а не разбились на группы «за» и «против» Вайдхэна.

Спустившись, я заметила, что они уже поужинали — домработница убирала посуду, изредка поглядывая на меня с выражением лица: «Что происходит?»

— Ты опять готовил? — поинтересовалась я.

— На этот раз мы вместе, — улыбнулся он.

— Я помогал! — вскинул руку Лар.

— И я! — подпрыгнула Риа.

— Я тоже, — нехотя буркнул Роа, как будто признавался в чем-то постыдном.

Я невольно приподняла брови, а Бен посмотрел на меня:

— Эта команда просится на прогулку вместе с Дрим в парк. Как думаешь, можем мы их отпустить?

Я снова вспомнила про пойманного Кроунгарда, поморщилась от прострелившей виски боли, но потом улыбнулась.

— Думаю, вполне.

— Тогда я их соберу, — поднялась няня, а дети радостно заверещали.

Спустя минут двадцать суеты мы остались одни, и только тогда я произнесла:

— Спасибо.

— Обращайся, — Бен кивнул на панорамные окна гостиной, из которых открывался потрясающий вид на океан. — Очень вдохновляет.

— Да. Наверное, именно поэтому я и выбрала эту квартиру. Мне очень нравится смотреть на воду. Днем, ночью — неважно, — я приблизилась к окнам. — Сейчас в Зингсприде самые долгие дни. Темнеет позже, светает раньше. Так красиво… а еще скоро ожидается двойное полнолуние. Дети очень его ждут. Для Роа и Риа это будет их первый драконий взгляд.

— Да, драконий взгляд — это очень красиво, — улыбнулся Бен.

Он подошел и остановился рядом со мной, заглянул мне в глаза.

— Я бы хотел посмотреть на него вместе с вами.

— Это будет будний день.

— Не проблема.

Я снова почувствовала поднимающуюся изнутри волну жара. Не столько даже желания, сколько влекущей, бесконечной близости на каком-то совершенно непонятном уровне. Желание его касаться, чувствовать его прикосновения, были просто ее естественным продолжением. Настолько естественным, как дыхание или биение сердца.

Сморгнув наваждение, я быстро произнесла:

— Нам пора заниматься. Я хочу все-таки уметь чувствовать то, что завелось у меня внутри.

Неожиданно Бен расхохотался. Он смеялся так, что я подумала, не обидеться ли.

— Завелось внутри… скажешь тоже, Аврора.

— Ну а как это еще сказать? Не было-не было, и вдруг — есть. Завелось.

Он хмыкнул, а потом протянул мне руки ладонями вверх.

— Начнем.

Я едва коснулась его пальцами, и у меня закружилась голова. Действительно закружилась! На миг потемнело в глазах, а виски снова дернуло болью.

— Что случилось? — Бен заглянул мне в глаза.

— Не знаю. Просто повело.

— Просто? Что этому предшествовало?

Сказала бы я, что этому предшествовало. С другой стороны, он же, наверное, все почувствовал, если чувствует меня так же, как я его.

— Я… — Я пожала плечами. — Я только что думала о тебе. О нашей парности. Меня к тебе тянет, и ты наверняка это знаешь, но я…

— Но ты пока не готова, — подсказал он.

Я облегченно вздохнула. Уже за одно только это его можно и нужно было благодарить.

— Возможно, твой организм так реагирует на твое сопротивление. После становления пары — обычно это происходит по взаимному согласию и только после глубокой интимной близости и в близости в принципе — меняется все на гормональном и биохимическом уровне. Так что существует определенная вероятность, что, пока ты сопротивляешься этим чувствам, будет такой вот конфликт.

Ну нормально!

— Это что, теперь у меня будет болеть голова, пока мы не переспим?

— Нет. Пока ты будешь сопротивляться своему желанию близости со мной, — терпеливо пояснил Бен. — Но давай вернемся к занятиям, это точно поможет отвлечься. Мне в том числе, Аврора. Я же не железный.

Он сжал мои ладони в своих, и я почувствовала, как вспыхнула моя кожа. К счастью, иносказательно, но именно в этом соприкосновении словно рождалось концентрированное пламя.

— Начнем сразу с практики, потому что в случае с тобой теория бессмысленна. Основа контроля любого пламени — это знать, что оно есть внутри тебя и принимать его, как важную часть себя. Как что-то, что «завелось внутри», — Бен снова фыркнул. — Очень важно не бояться, что однажды оно вырвется наружу и что-то устроит. У детей и подростков такое случается, когда они не контролируют свои эмоции или при пробуждении. Но даже на пике эмоций существует возможность сохранять способность управлять пламенем.

Его голос завораживал. Я вместе со всем остальным забыла, как он может звучать… или просто никогда к нему так не прислушивалась? Сейчас, когда Бен объяснял мне это все, голос словно рождался внутри него, как рычание дракона: низкий, глубокий, сильный. Голос лидера, каждому слову которого хочется доверять и за которым хочется следовать.

Все-таки понятно, почему драконы подчиняются приказам иртханов. Мне никто не приказывал, но сейчас я впитывала каждое предложение с каким-то гипнотическим особым доверием.

— Какая? — переспросила я, переводя взгляд на наши руки.

— Позволить пламени течь внутри тебя, перенаправить на внутренний контур, вывести в тело, а потом — уже осторожно — наружу. В случае сильных эмоций помогает не устроить локальный конец света или, как минимум, пожар.

Теперь уже фыркнула я.

— Я не представляю даже как в спокойном состоянии им управлять, не говоря уже о чем-то неспокойном.

— Так а что мы здесь делаем? — Бен приподнял брови. — Сосредоточься. Дыши глубоко и почувствуй пламя. Сначала мое. Твое на него откликнется, и