Руины роз - К. Ф. Брин

— Нет… — он двинул бедрами вперед.

— Финли, пожалуйста.

— Хм, ты умоляешь, Найфейн. Я уверена, что мистер Большой Плохой Альфа никогда не должен просить милостыню.

Импульсивно, я наклонилсь вперед и лизнула верхнюю часть шрама.

Его бедра дернулись. Он издал долгий мучительный стон.

— Когда мне станет лучше, я прибью тебя об стену и заставлю заплатить за все это. Я трахну тебя так сильно, что ты не сможешь вспомнить свое имя. И пока ты будешь жить, никогда не захочешь другого мужчину.

Это была опасная игра, в которую мы играли. В конце концов, его дракон хотел заявить права на меня. Если бы я проиграла, я бы проиграла по-крупному.

Иногда нужно было просто рискнуть.

— Громкие слова для инвалида, — я снова лизнула его, затем нежно поцеловала, протянув руку и потирая другой его шрам.

— Финли, — вздохнул он, теперь его бедра дернулись, задевая мой матрас, — Раздвинь ноги передо мной. Дай мне попробовать тебя.

— Неа. Я просто пощупаю себя, пока ты слезешь с моей кровати.

— Я представляю, что трахаю твою киску.

— Представляй сколько хочешь, но когда мы закончим, ты всегда будешь вспоминать, как эта обычная девушка заставила тебя кончить из-за нее самым неловким образом, какой только можно себе представить.

Его стон снова был наслаждением и пыткой, и я рассмеялась, опустив свободную руку ниже пояса. Я ощупала свою скользкую влагу, прежде чем окунуть туда палец. Я лизнула его кожу, нежно потирая себя другой рукой.

— Хм, — сказал он, затем повернул голову, глядя на мою руку, опустившуюся ниже его поля зрения.

Поднявшись, я опустила одно колено на край кровати и вдавила пальцы в себя, моя рука подпрыгивала при каждом толчке. Я вытащила их и предложила ему. Он жадно засосал.

Я действительно хотела встать перед ним, позволить ему прикоснуться к моей киске, как голодный человек. Но это было бы слишком много движений и терзаний для его ран, и, кроме того, он не позволял мне иметь к себе доступ в прошлом, и я намеревалась заставить его заплатить.

Я засунула руку обратно в штаны и снова наклонилась к его спине, облизывая и посасывая его другой шрам. Он приподнял задницу и попытался опуститься, дрожа от усилия. Я оттолкнула его руку.

— Мне нужно, чтобы мой член был в порядке, чтобы я смог осквернить твои простыни.

Я злобно ухмыльнулась, потянулась под его тело и схватила этот огромный красивый член. У меня выступило слюноотделение от желания отсосать его, взять его даже глубже, чем я могла бы сделать с комфортом, а затем еще сильнее надавить на него. Но не в этот раз.

Я дважды крепко погладила его, заставив его застонать, прежде чем направить его на грудь. Он опустился обратно вниз, немедленно толкнув. Я сделала небольшую паузу, чтобы запереть дверь, затем вернулась и опустила зад. Что я могу сказать? Я никогда не была хороша в самоконтроле. Я вернулась в свою позу, проведя двумя пальцами между гладкими складками, прежде чем погрузить их в свою киску.

— К черту все, Финли.

Я подхватила наш разговор, напомнив ему, где мы были.

— Ты пробовал это раньше, Найфейн? — я провела пальцем чуть сильнее по его шраму. — Ты когда-нибудь видел, как женщина удовлетворяет себя?

— Нет, — прохрипел он, наблюдая за работой моих пальцев, толкающихся в мою кровать.

— Мне нужно трахнуть тебя, Финли. Мне нужно так сильно тебя трахнуть.

— Ты когда-нибудь погружал свой член глубоко в женскую задницу?

— Черт… — он зажмурил глаза, выражение чистого удовольствия отразилось на его лице. Он горбился, как будто был бешеным — большие, сильные движения, которые привлекли мое внимание и заманили его в ловушку. Его тело, даже полное боли, двигалось с грациозной плавностью. Он был настоящим образцом. Мощный. Грубый. Такой чертовски горячий, что этого нельзя допускать.

Я погладила эту лихорадочную кожу. Вдавила пальцы в себя. Жаль, что у меня не было другой руки, чтобы я могла ласкать сосок.

— Я тебе снилась, Найфейн? — спросила я почти вне тела. Почему-то было так эротично держать штурвал прямо сейчас. Дразнить его. Играть с ним. Я знала, что смена ролей сводила его с ума от нужды. Я знала, что он хотел подняться и вернуть контроль. Подмять меня под себя и глубоко погрузиться в мои влажные глубины. Доминировать надо мной, пока мы оба не выдохнемся и не будем полны оптимизма.

— Ты мечтал меня трахнуть? — прошептала я, снова облизывая его.

— Ты снилась ночью, и я мечтал, трахал мою руку так грубо, воспроизводя, как ты выгибаешься в меня, пытаясь заставить свою грудь немного глубже войти в мой рот. Или как скачешь на моих пальцах, пока я держу тебя на дереве. Умоляя о моем члене.

Его задница расслабилась, а затем напряглась. Кровать содрогнулась от его силы. Мое тело свернулось, и я погрузилась в такт его толчкам, пока он смотрел, его золотой взгляд был прикован к моим пальцам, сияющим моей влажностью.

Я снова наклонилась и всосала кусочек кожи, массируя его языком.

— Нет… Я не могу… Это… Трахни меня! — он судорожно дернулся к кровати, и все затряслось.

Я работала немного быстрее, вставая и закрывая глаза, когда удовольствие усилилось. Я убрала от него руку и провела ею под рубашкой, по груди. Я потрогала сосок, и мой оргазм захлестнул меня. Я тихо застонала, дрожа от удовольствия.

Когда я закончила, я тяжело дышала. Пот покрыл мой лоб.

Я распахнула глаза, увидев, что он приподнялся на предплечьях, независимо от того, какую боль это должно было причинить, чтобы посмотреть, как я кончаю.

Я улыбнулась и схватила одежду. Я надела ее до того, как накинула верхние простыни на его нижнюю половину.

— А теперь ты будешь лежать в этом мокром месте, пока я не позавтракаю и не вернусь проведать тебя. Прими это как расплату за голубые шарики, которые ты мне подарил. Или, черт возьми, за то, что все это время был мудаком.

Я наклонилась, чтобы поднять с пола штаны от пижамы, а он протянул руку и схватил мою рубашку. Он притянул меня к себе и впился в губы. Я открыла рот от удивления, и он в спешке наполнил его своим языком, проводя им, прежде чем погрузиться глубже. Его вкус сводил меня с ума. Электричество от наших прикосновений пробежало по моей коже. Мой пульс дрогнул.

Он отпустил меня, и я отшатнулась назад, мои губы распухли и покалывали. Мое тело уже начало напрягаться, хотя я только что