Мертвое сердце. Книга первая - Анна Цой

Я же сглотнула, понимая, что сидеть здесь будет глупо, тем более, когда предлагают помощь. Прикосновение Вольтера же казалось мне чем‑то несбыточным и… нет!

– Д… да… пожалуйста, – пролепетала я, не в силах даже заставить себя предотвратить тот контакт взглядов, что возникал между нами почти всегда.

Мужчина, тоже не отводя глаз, прошёл туда, куда мне стоило прыгнуть, и немного приподнял руки. Улыбка стала шире, взгляд словно манил, а я… сидела на ветке и боялась сдвинуться с места.

Мне казалось, что именно сейчас я соглашусь на то, о чем еще не раз пожалею. Лорд Вольтер был определенно опасным человеком. Такого стоило не просто опасаться и обходить стороной, нет, нужно было бежать в другой мир, чтобы не умудриться встретить его еще хоть раз. Я знала десяток таких как он, но… ни один из них не заставлял коленки подгибаться, а сердце нестись галопом. Влюблённость? Определенно. Мои попытки задушить несчастную ни к чему не привели, да и смогла бы я противиться тому, с чем бороться априори невозможно?

Взгляд глаза в глаза, учащенное дыхание и улыбка – я чувствовала на себе то, что видела у него. Потому хриплое тихое "Алиса…" стало толчком для моего прыжка. Меня аккуратно подхватили на руки. Прикосновение. Я ощутила, как он сжимает меня сильнее и прижимает к груди. Затем секунда, и я чувствую, как его губы накрывают мои.

Сердце заныло, словно добавляя мне смущения. Рука сама потянулась к горячей гладковыбритой щеке, но лишь скользнула по ней, зарывшись в волосы и сжав их в кулак. Нежный неуверенный поцелуй перерос в пламенный. Я закрыла глаза, чувствуя, что его рука прошлась по спине ниже. По телу пробежалась волна горячих мурашек, а над площадкой раздался чей‑то стон.

Который отрезвил нас двоих. Лорд все так же держал меня на руках, но я выставила руки перед собой в жесте отталкивания. Глаза расширились, испуганно глядя на увеличившиеся зрачки Вольтера, которые было видно даже на фоне вмиг потемневшей радужки и моего отражения, что с ужасом взирало само на себя.

Так! Главное сейчас опять не замереть, смотря ему в глаза. Иначе я вообще за себя не ручаюсь.

Не знаю, что искал в моем взгляде мужчина, но, видимо, не найдя, он разочарованно посмотрел на меня ещё раз и отпустил на землю. Я чуть не свалилась, но меня удержали и попытались поднять на руки вновь.

– Нет! – крикнула я, заставив Лорда чуть ли не отпрянуть, – п… простите…

Я, наконец, встала на ноги ровно, неуверенно шагнула назад, все так же наблюдая за мужчиной, что теперь стоял и взирал на меня со смесью чувств. Сделав еще пару шагов назад, я резко развернулась и бросилась прочь, чувствуя его печальную улыбку спиной.

Чувства смешались – я ощущала себя той, кто предала собственные обеты и посмела сделать что‑то неправильное. Нет, этот поцелуй не был первым в моей жизни. Но, он был первым, на который мне хотелось ответить. Губы припухли и горели, так что первое, что я сделала, забежав в свою комнату, – взглянула в зеркало.

Оно отражало совсем не ту меня, что смотрелась в него с утра. Я не ощущала себя грязной или что‑то подобное, наоборот – я словно нашла свою потерянную частичку. Мне стало определенно легче и… приятнее. Но я испытывала смущение и еще что‑то, чего до этого не было.

Тереть и омывать губы казалось мне глупостью. Даже не так, я наоборот, сидела и касалась их пальцами, словно уберу руку и ощущение уйдёт, растворившись в лучах полуденного солнца.

Сон сморил меня почти под вечер. Сквозь него я слышала, как приходил отец, пытался меня будить, но я пробурчала что‑то про то, что заболела и вновь провалилась глубже, скрываясь от собственных мыслей.

18

В дверь постучали. Громкое "тук‑тук" отпечаталось в моей голове и продолжилось не менее громко. Голова заболела, так что я накрылась одеялом, ощущая себя церковным колоколом в праздничный день.

Стук повторился через минуту. За дверью раздалось еле различимое бурчание, а затем крик "Она там сдохла что ли?".

Люблю Арью. Честное слово – она первый и единственный человек, который говорит то, что думает. Это, конечно, должно мешать ей жить в некоторых ситуациях, но я уверена, что девушка сможет за себя постоять.

За мыслями о гордости даже не заметила, как накрылась второй подушкой, дабы не слышать завываний Гавнии.

– Нет, мне все равно, что у тебя здесь происходит! Я вхожу! – послышался щелчок открываемой двери.

Затем специальный топот драконицы, и с меня сдёрнули сперва подушку – я услышала звук полета и падения на пол, а затем и одеяло, отправленное куда‑то туда же. Арья без смущения спихнула меня с нагретого места, улеглась с краю кровати и укрылась покрывалом, которое лежало в ногах. Я скользнула ей под бок, чувствуя, как продрогла за эти несколько секунд, и, потянув край покрывала, забрала себе половину.

– Что‑то слишком активно ты сопротивляешься… Никакой болезни не существует, да? – съехидничала Аргхельм, ткнув пальцем мне в бок.

– А я говорила, что здесь что‑то нечисто, – Гавния прошла к креслу, предварительно подняв с пола брошенные спальные принадлежности.

Мне не хотелось говорить. Казалось, что скажи я хоть слово, все обо всем узнают. Будто вскройся правда о том, что я влюблена в человека вдвое старше меня, я стану для них прокаженной.

– Как на Деймосе относятся к неравным отношениям? – наконец удалось выдавить мне.

Девушки замерли, глядя на меня больше непонимающе, чем осуждающе.

– Неравные в смысле: ты – Леди, а он не аристократ? – Ни тут же отвела взгляд и начала смотреть в окно, видимо немного смущаясь моего вопроса, – такие браки невозможны. Тем более ты из Высших. Ещё и наследница. За тебя отец столько денег попросит, что ни один граф не потянет!

Ее фраза подтвердила все то, что говорил Барсик, и то что я сама додумала о браке в этом мире. Да только я, кажется, уже знала ответ на мой невысказанный вопрос. Но спросить было не лишним.

– Я имею ввиду неравный по возрасту.

Арья усмехнулась и зло произнесла:

– Старые Лорды‑извращенцы всегда любили молодость и красоту.

Настал черед смеяться Гавнии, что она и продемонстрировала, привстав с кресла и дошагав до окна. Решётки ее не смутили, она решила понаблюдать за школьным садом в солнечных лучах.

– К тому же девушки здесь часто умирают при родах. Единственный же наследник для Лорда словно провал всей