Кэти Картер ищет принца - Рут Сабертон

— А я не потерплю, что ты трахаешься с другой! — заорала Мэдс, и ссора продолжалась до самого рассвета. Джуэл, слава Богу, отрубилась, едва успев коснуться подушки, но я ворочалась и крутилась до зари. Перепалка внизу и похрапывание Джуэл так и не дали мне заснуть.

Утром Джуэл снова вышла в море с Гаем — кажется, у них завязались какие-то странные отношения, — а я решила отправиться на поиски работы. Пусть Гэбриел обломится. Ричард выскочил за порог чуть свет, хлопнув дверью с такой яростью, что дом чуть не развалился, а Мэдди за завтраком налегла на виски.

Ситуация удручающая.

Я потерялась в дебрях Корнуолла, но по крайней мере вырвалась из Трегоуэна. Когда в следующий раз захочется спокойной жизни, выберу местечко потише — например, обочину скоростного шоссе.

Я выжимаю сцепление, и микроавтобус едет задним ходом. Пытаюсь нажать на тормоз, нога не достает и беспомощно болтается в воздухе, потому что подушка, которую я подсунула под спину, выпала. Несколько лет назад я потеряла управление, сидя за рулем школьного микроавтобуса, и сбила четыре мусорных контейнера. Говорят, некоторые навыки утратить невозможно.

Так или иначе, микроавтобус пятится, упирается в изгородь и застревает. Колеса продолжают крутиться, а я в отчаянии бьюсь лбом о руль. Должно быть, на мои крестины родители позабыли пригласить злую фею, потому что мне просто патологически не везет. Потом я вспоминаю, что мои родители — язычники и не удосужились меня окрестить. Так или иначе, моя аура повреждена. Микроавтобус тем более. Ричард будет в ярости.

Кто-то стучит в стекло. Я вскакиваю от испуга, когда в окно заглядывает темноволосая голова.

— С вами все в порядке?

— Кажется, да, — отвечаю я. — Но я заблудилась. Где трегоуэнские конюшни?

Молодой человек улыбается. У него кудрявые темные волосы, передний зуб сломан, на переносице веснушки, на щеках — черная щетина. Некрасивый, но улыбка славная.

— Вы не так уж сильно заблудились, — говорит он. — Позади вас — ограждение загона.

Он просовывает руку в окно:

— Я Тристан Митчелл. А вы, должно быть, Кэти Картер.

— Боюсь, что так, — мрачно отвечаю я. Вряд ли мне удалось впечатлить потенциального босса.

Тристан открывает дверцу.

— Конюшни всего в паре минут ходьбы, вон в ту сторону. А забор я починю. Бабушка терпеть не может, когда опаздывают.

— Спасибо. — Я выскакиваю из кабины. Выбравшись из автобуса, я замечаю, что Тристан одет в узкие светлые бриджи, которые обтягивают сильные стройные бедра. Мэдс права — Тристан весьма хорош. Впрочем, подруга забыла упомянуть о том, что парню не больше восемнадцати. Честное слово, он с успехом мог бы сидеть в одиннадцатом классе и зубрить ямбический пентаметр. По-моему, деревенский воздух неблагоприятно действует на Мэдс.

Чтобы избавить вас от долгого и мучительного описания, скажу коротко: через двадцать минут я снова сижу в автобусе. Если Тристан — настоящий герой приключенческого романа, то его бабушка как будто сошла со страниц книги Стивена Кинга. Она просто ужасна.

— Кэти Картер? — рявкает она, когда я вбегаю во двор. — Ты опоздала!

— Да, простите, — задыхаясь, говорю я. — Но…

— Никаких «но», девочка, время дорого. Я хозяйка конюшни, зови меня миссис Эм. Ты умеешь ездить?

— Ну… э…

— Да или нет? — кричит она. — Отвечай поживей, мне некогда.

— Да, — неуверенно подтверждаю я. Прежде чем успеваю понять, что случилось, на меня нахлобучивают шлем и что-то вроде панциря, отчего моя бедная грудь буквально вминается в позвоночник. Я кажусь себе похожей на пушечное ядро.

— Так, — говорит миссис М., выводя из стойла огромную серую лошадь, — это Тень. Ну, посмотрим, что ты умеешь.

Следовало бы сказать «нет, спасибо» и гордо уйти, но при взгляде на миссис М. я понимаю, что она не потерпит возражений. На ней старомодные, в духе пятидесятых годов, бриджи, которые пузырятся на бедрах, а больше всего эта дама смахивает на офицера СС. Недостает только свастики. И мне совсем не нравится, как она постукивает хлыстом по сапогам.

— Давай, давай! — И она подсаживает меня в седло с такой силой, что я чуть не падаю с другой стороны. — Залезай!

События развиваются с потрясающей скоростью. Не проходит и пяти секунд, как Тень становится на дыбы, я вылетаю из седла и приземляюсь на задницу. Миссис М. недовольно цокает языком и снова подсаживает меня. Повторяется то же самое.

— Сдаюсь! — кричу я, вылетев из седла в третий раз.

— Сдаешься? — с презрением переспрашивает миссис М. — Да что такое с нынешней молодежью? Меня учил ездить сержант лейб-гвардии, и в мои времена никто не помышлял о том, чтобы сдаться. Чтобы научиться, надо семь раз свалиться! А ну вставай!

Семь раз? Ну уж нет. И так весь зад отбила.

— Простите, — говорю я. — Боюсь, ничего не получится.

И я ухожу, оставив миссис М. ворчать по поводу современной молодежи. Нам, мол, недостает решительности. Миссис М. ошибается. Я настроена очень решительно — не желаю свернуть себе шею.

Вернувшись к микроавтобусу, я с облегчением вижу, что Тристан уже выкатил машину на дорогу и развернул. Но самого юноши нигде не видно.

Странно.

Открываю дверцу и сажусь. Кости ноют, все тело ломит. Даже такие места, которые до сих пор вообще не замечала. Как печально, что в тридцать лет утрачиваешь гибкость.

— Ой! — восклицаю я, взглянув в зеркальце заднего вида и заметив Тристана. — Не ожидала, что ты здесь.

Тристан в изумлении разглядывает чудовищный груз. Эротические игрушки вывалились из коробок, когда я врезалась в изгородь. Мальчик держит в одной руке огромный вибратор, а в другой — съедобные трусики.

— К какой же церкви вы принадлежите? — игриво спрашивает он. — Я не прочь к ней присоединиться…

— Положи на место. — Из моих уст вырывается какое-то шипение. — Это не мое.

— Да не пугайтесь. — Тристан запихивает все обратно в коробки. — А вы быстро управились. Получили работу?

— Нет.

— Жаль. — Тристан подмигивает. — А то бы мы повеселились.

Со мной заигрывает восемнадцатилетний парень?

Он выскакивает из автобуса и захлопывает дверцу.

— Если захотите покататься верхом — вы знаете, где меня найти. Пока.

Он неторопливо идет по дороге, слегка покручивая упругой попкой. Я краснею до ушей, но в то же время ощущаю нечто вроде гордости. У меня не идеальная грудь, не идеальные зубы, не идеальное тело — то есть я не гожусь на роль фиктивной подружки Гэбриела, — но только что со мной, почти старухой, заигрывал восемнадцатилетний мальчик. Я еще не утратила форму.

Завожу мотор. Каждая косточка болит, но я улыбаюсь, возвращаясь в деревню. Возможно, я не получила работу, зато чувствую себя на редкость хорошо. Ищу в сумке телефон Джейсона Говарда. Стоит нанести ему визит и поболтать. В конце концов, не так уж трудно присматривать за двумя маленькими детьми. В отличие от Тени вряд ли они меня убьют. В конце концов, я учительница. Твердый орешек.