Академия Клементины - Юлия Цезарь

Испуганный мальчишка рассеянно кивнул и убежал. После Йеон уже взаглянул на Роберта. Он видел, как Риз испуганно, но еще пока сдерживая слезы, жалась к его плечу, стараясь спрятать лицо в объятии жреца.

— Мистер Скайфорд, мне нужен профессор Эйхоп. Немедленно. Тихо, но быстро, вы поняли?

Потому что, если увезти его в лазарет, это уже может дойти до ушей короля. Он сейчас думал о том, что бы всё прошло как можно тише в эту ночь.

— Ева, — обратился он уже к своей ученице. Хотя, вот честно, не хотел её сейчас трогать, но и неприятно было осознавать, что в её глазах он стал… монстром? Вот только, с каких пор?.. — Разбуди госпожу Нилан. Она тоже нужна здесь. Немедленно.

Йеон всё еще держал Винсента за плечи, но, кажется, теперь он старался сдерживать свои порывы кричать. Оно и видно, тут стало слишком тихо, он это понимал. Понимал, что если будет кричать, то все взоры будут обращены на него. Хотя они и так были.

И пока Йеон давал распоряжения, в комнату незаметно (с её-то волосами?) вошла Айка. Даже если Йеон её видел, сейчас ему было не до того, но Айка шла с определенной целью, бросая на магов-учеников ненавидящие взгляды.

Она положила ладонь на плечо Роберта возле Риз и тихо прошептала с обеспокоенным выражением лица:

— Я с ней побуду, иди.

— Спасибо, — шепнул ей Роберт. Оставлять Риз одну сейчас ему хотелось меньше всего, но профессор Ридмус был прав: им нужен настоящий лекарь. Роб мог бы залечить маленькую царапину, но судя по крови Винсент пострадал куда более серьезно. Выбежав из комнаты, Роберт направился в покои профессора Эйхопа, преподавателя по целительству.

— Директор? — переспросила Ева, поднимая глаза на Йеона. Она не видела у него красных глаз, хотя крови здесь было предостаточно, чтобы голодный вампир озверел. Ее больно кольнуло чувство вины, что она могла подумать о нем, будто он питался учениками, хотя в тот же момент в сердце шевельнулся ещё живой червячок ревности. Она закусила губу. Почему? Почему она продолжала думать о том, как Йеон кусал ту эльфийку, когда должна волноваться только о Винсенте? Стыдливо опустив глаза, она прошептала: — Хорошо, я позову ее. Позаботьтесь, пожалуйста, о Винсе.

Ева коснулась плеча Винсента, чтобы он знал, что она с ним. Что бы ни случилось, она его не оставит. И только после этого, бросив ещё один виноватый взгляд на профессора Ридмуса, покинула место происшествия, чтобы позвать директрису. Она бежала так быстро, как только могла, лишь бы скорее выполнить просьбу и вернуться, чтобы держать Винса за руку, пока ему не станет легче.

Элиас уже бежал в общежитие учеников. По дороге он пересекся с взволнованной Евой и понял, что дела совсем плохи. Студенты впервые видели его таким растрёпанным, ни майка, ни рубашка сейчас не скрывали его шрамов на теле, полученных в многочисленных схватках. Он так спешил, что даже не оделся толком, но зато почти сразу оказался в комнате, где произошло что-то плохое. Он увидел испуганную Риз, побитых третьекурсников, забившегося в угол принца и студента в крови… Очень много крови.

— Винсент? — узнал он своего лучшего ученика. Опустившись к нему рядом с Йеоном, он тихо пробормотал: — Магисса нас убьет.

— Тебя сейчас это волнует? — получилось немного грубо, но Йеон пытался хоть как-то облегчить состояние Винсента. Сейчас всё отягощало то, что они не могли разорваться: нужно было куда-то деть третьекурсников, а их деканом являлся именно Ридмус. Но это дело поправимое. Пока Йеон не мог с уверенностью сказать, что здесь произошло. Риз была испуганна, третьекурсники тряслись от страха, Генрих был сейчас в плачевном эмоциональном состоянии, а Винсент серьёзно ранен. Йеон не имел внутри себя много белой магии — всё-таки он считался мертвецом, потому всё, что мог сделать, это заставить кровь перестать течь из раны, и благодоря этому рана на лице закупорилась засыхающей кровью.

— Останься с ними, — попросил Ридмус своего друга и передал в руки профессора Симонса Винсента. А сам, поднявшись, обвел глазами своих учеников. Сняв печати с третьекурсников, тоном, не терпящим отказа, он прикрикнул: — Все трое в столовую, живо! Остальные — прочь по комнатам!

Потому что подниматься в его кабинет было опасно из-за короля.

— Профессор Симонс, — подал голос Винсент, чувствуя знакомые руки на своих плечах. Глаза всё еще было больно открыть, а шум в ушах и боль в голове волнообразными вспышками возникали и были сродни с дикой зубной болью. Но Винсент всё же попытался поднять голову на Элиаса, — что… Что у меня с лицом?

Он не боялся за внешность, но он боялся ослепнуть, потому что сейчас в глазах была лишь черная пелена и размытые силуэты. Магия Йеона еще держалась, и через испачканное кровью лицо можно было увидеть рану, начинающуюся в волосах с левой стороны, которая пересекала всё лицо и заканчивалась на подбородке. Напоминало удар хлыстом, пусть того и не было. Хотя, что стоило магу сделать хлыст из порыва ветра (что, судя по виду, подумал Симонс), либо воды.

— Не волнуйся, парень, шрамы украшают мужчин, — попытался приободрить его Элиас. Он проследил, чтобы виновники события пошли за Йеоном, но вот остальные ученики не спешили расходиться. — Вам что сказали? Марш по своим комнатам! — прикрикнул он на них, и только после этого, если кто-то ещё сомневался, студенты покинули коридор.

Элиас ещё раз взглянул на лицо Винсента, оценивая повреждения. Все выглядело не так ужасно, как могло показаться на первый взгляд. А если целитель сразу примется за дело, то, может, и шрама не останется.

— Глаза не задело, — порадовал он Винса. — Подлатают тебя, и будешь как новенький. Девчонка у тебя уже есть, так что волноваться вообще не о чем.

Приподняв Винсента, профессор Симонс заставил потесниться оставшихся девушек на кровати, которая чудом уцелела благодаря защите Роберта. Он ещё говорил какие-то глупости, стараясь своими шуточками отвлечь Винса от травмы, пока не вернулся Роб с профессором Эйхопом. Целитель без лишних вопрос принялся выполнять свою работу, и Элиас, оставив дорогого ученика в надёжных руках, присел перед Риз.

— А теперь рассказывайте, что произошло, — настойчиво попросил он.

— Ещё после пожара, — первым начал Роберт, чувствуя, что должен дать Риз время осмыслить все. Элиас перевел на него тяжёлый взгляд, но Роб четко решил, что расскажет ему все, что знал, — Генрих попросил меня незаметно поставить на мисс Силен защиту. Я использовал защиту от