Принцесса и медведь - Марья Зеленая

— Не дала, говоришь? — Его рука скользнула вниз по ребрам. — Да, эта кобылка с норовом.

— Позволь ей уйти со мной. — Глаза Бьорна искрились бешенством, но голос оставался спокойным. — Проси, что хочешь, взамен.

— Хм… Ты же понимаешь, как ценна эта рабыня.

— Понимаю.

— Что, если она носит моего сына? — Ладонь ярла цепко стиснула ее живот.

— Мы можем это обсудить. Я воспитаю его как своего, либо ты заберешь его себе, если захочешь.

— Не забывай, он унаследует целое графство.

— Ничего он не унаследует! — вмешалась Виола. — Мой отец никогда не признает бастарда. Кастилла достанется его племяннику, вот и все.

Это было враньем, но они с Бьорном договорились так сказать, чтобы понизить ее ценность в глазах Сигизмунда.

— Да ну? — недоверчиво буркнул ярл.

— Тот посол — Манчини — сообщил мне, что отец уже готовится назначить преемником одного из моих кузенов, — продолжила Виола. — Так что, со мной ты просчитался.

Договорив, она застыла в напряженном ожидании. Поверит ли он в эту ложь? Сердце тревожно отбивало удары. Этот негодяй явно знал, что делает, приглашая их в купальню. Здесь они голые и беззащитные… А еще эти мерзкие руки, которые так грубо шарят по ее телу…

— Хм… говоришь, твой ублюдок ничего не получит? — переспросил Сигизмунд.

— Ни гроша!

— Выходит, ты обычная, ничем не примечательная ангалонская шлюха?

В следующий момент его палец нырнул во влагалище, да так резко, что Виола охнула от неожиданности. Она рванулась, но Сигизмунд лишь крепче прижал ее к своему восставшему члену.

— Зато дырочка какая узкая и тугая! — с издевкой заметил он. — Я еще не успел как следует разработать.

— Хватит! — рявкнул Бьорн. — Чего ты хочешь?

— Чего я хочу?.. Чего я хочу?.. — задумчиво протянул Сигизмунд. — Ну что ж, возможно, я уступлю тебе эту девку… Но у меня два условия.

— Какие?

Виола затаила дыхание.

— Во-первых: ты отдашь мне свою землю. Грондаль.

Воздух с шумом вырвался из груди. Ничего себе! Виола посмотрела на Бьорна и увидела, как расширились его глаза. Он явно не ожидал, что Сигизмунд запросит столь высокую цену. У нее упало сердце.

«Нет. Он ни за что не согласится. Грондаль это все, что у него есть. Это наследие его предков. Я не могу требовать от него таких жертв…»

— Я согласен, — сказал Бьорн.

Виола изумленно уставилась на него, не веря своим ушам.

— Надо же, — хмыкнул ярл, — как эта девка тебя зацепила. И что в ней такого особенного?

— Какое второе условие? — перебил его Бьорн.

— Второе условие таково… Ты объездишь эту кобылку. Сейчас. При мне.

— Что?!

— Я ведь должен убедиться, что продаю тебе качественный товар, — насмешливо произнес Сигизмунд.

Виола сцепила зубы. Ее начало подташнивать от омерзения. Он спятил? Что он несет? Она дернулась, но ярл держал ее словно в клещах, а его грубые пальцы еще сильнее впились ей в промежность.

— Прекрати! Хватит валять дурака! — взвился Бьорн. — Вели позвать судью, я передам тебе Грондаль, и дело с концом.

— Что ты ломаешься как целка? — презрительно бросил ярл. — Разве я прошу невозможного? Или я должен показать тебе, как трахать баб?

— Оставь ее в покое! Мы уходим. — Бьорн поднялся, схватил Виолу за руку и попытался вырвать из лап Сигизмунда.

— Тогда сделка не состоится, — сказал тот. — Решать тебе.

Он внезапно отпустил Виолу. От неожиданности Бьорн плюхнулся в воду, а Виола оказалась в его объятиях.

Она оглянулась. Ярл смотрел на них с живым интересом, а его рука неспешно наяривала член.

Ее вдруг охватила дикая злость. Старый вонючий извращенец! Он хочет зрелища? Сейчас он его получит! С этой мыслью она лихо оседлала Бьорна и впилась в его губы яростным поцелуем.

— Ах ты ж Броккова сранина! — раздался за спиной голос Сигизмунда. — А со мной эта шлюха была холодна как лед!

Виола показала ему средний палец — жутко вульгарный жест, от которого при дворе отца все бы упали в обморок, а затем обхватила затылок возлюбленного и с еще большим рвением прильнула к его губам.

Бьорн сперва опешил от такого напора, но через пару мгновений его руки обхватили ее за ягодицы, приподняли и медленно насадили на каменно-твердый член.

Сладкий стон вырвался из ее груди. Пускай этот ублюдок смотрит и завидует! Виола вцепилась в мускулистые плечи и принялась скакать на Бьорне как на диком быке, а он резво подмахивал бедрами, ускоряя темп.

Вода плескалась и колыхалась в купели, переливаясь через края. Виола позабыла обо всем на свете, с каждым толчком приближаясь к вершине. Вот в животе начало щекотать — горячо и приятно…

— О-ох! — Еще чуть-чуть, и…

Но тут цепкие руки подхватили ее под мышки и стащили с Бьорна.

— Теперь моя очередь!

— Какого хрена!!! — Бьорн кинулся на ярла, но тот ударил его в лицо, опрокидывая в воду.

— Девка все еще принадлежит мне!

С этими словами ярл повалил Виолу животом на край бассейна. Она ощутила, как член грубо ткнулся в ее промежность, но в следующий момент Бьорн отшвырнул Сигизмунда прочь.

— Катись к Брокку! Она моя! — Бьорн крепко обнял Виолу, закрывая ее собой.

— Твоя тут только грязь под ногтями! — злобно ощерился Сигизмунд. — Ты еще за нее не заплатил, шлюхино ты отродье!

— Я передам тебе Грондаль сразу, как вернемся в Рюккен, — сказал Бьорн. — А насиловать ее больше не дам, она и так от тебя натерпелась.

С этими словами он вышел из бассейна и протянул руку Виоле, затем снял с крючка два полотенца — одно набросил ей на плечи, другим обмотал свои бедра.

— Куда это вы намылились? — поинтересовался Сигизмунд, развалившись в воде.

— Домой.

— Э, нет, девка останется у меня.

Хоть в купальне и было тепло, Виолу пробрал озноб. «Боже, нет! Этот безумец убьет меня!»

Бьорн заслонил ее широкой спиной.

— С какой стати? — недружелюбно спросил он.

— В качестве гарантии, что вы не удерете. Ты пренебрег клятвой верности, посягнув на мою наложницу. Как я после этого могу тебе доверять?

Бьорн хрустнул костяшками пальцев.

— Можешь мне не доверять, — процедил он. — Но ее я с тобой не оставлю. Мы вернемся в Рюккен все вместе. Сколько ты еще собираешься здесь торчать?

— Ладно. — Сигизмунд лениво кивнул. — Поедем ближе к вечеру, а пока ешьте, пейте отдыхайте — чувствуйте себя как дома.

— Благодарю.

Ярл хлопнул в ладоши.

— Диса!

Из-за ширмы торопливо показалась рабыня. На ней по-прежнему не было одежды, и лишь распущенные светлые волосы прикрывали ее наготу. Она спустилась к Сигизмунду, и тот, обняв ее за талию, жестом приказал Виоле и