Мой личный доктор - Надежда Мельникова

— Я ничего не придумал, я разочарован. Первый же привлекательный мужик — и ты поплыла.

— Куда я поплыла?

— В мир похоти, Ульяна, куда же ещё?

Доктор никак не угомонится, у него прям пар из ушей от ревности валит. Я ещё ни разу не видела его таким свирепым.

— Никогда не прощу, что ты забыла про меня.

— Костя…

— Что Костя? Мне, между прочим, предложили должность заведующего отделением. Я об этом всю жизнь мечтал!

Снова охаю, улыбаюсь ему. Рада за него. А он аж трясётся от гнева. Оказывается, Ткаченко тоже очень ревнивый.

— Выходи из машины! — свирепо смотрит мне в глаза.

— Зачем?

— Выходи! Кому сказал!

Я слушаюсь. В какой-то момент пугаюсь, что он бросит меня в лесу. Расчленит, закопает… Как там скрывают свои преступления ревнивые мужчины и профессионалы своего дела?

Но он обходит автомобиль, дёргает меня за локоть к себе, несколько минут страстно целует в губы, буквально впиваясь в рот, затем дёрганым движением открывает заднюю дверцу и толкает внутрь, вынуждая упасть грудью на сиденье. Вскрикнув, возмущённо бубню в обивку, а доктор Ткаченко задирает мой подол. Несколько раз проводит пальцами туда-сюда между бёдер, пока тело не начинает откликаться, и дальше по-хозяйки берёт сзади. Бесцеремонно распутывает строгую прическу завуча и накручивает волосы на руку. Я не успеваю ничего понять и даже не знаю, как мне к этому относиться, потому что это и больно, и сладко одноврменно. Кожа горит и на голове, и там, где он врывается. И вроде бы надо разобраться, проявить какую-то гордость, жёстко сказать «нет», но у меня все слова превращаются в стоны. И, закусив нижнюю губу, я принимаю наказание, наслаждаясь им.

— Ещё раз увижу тебя с этим мужиком! Я не знаю, что я сделаю! — Ритмично придавливает моё слабое тело к обивке.

Меня очень злит его ревность, но в то же время она меня дико возбуждает. Он груб, он резок, но он вкладывает в это столько эмоций и чувств, что я с удовольствием его принимаю. Мы долетаем до оргазма за считаные минуты. Я сжимаю его изо всех сил, начиная трястись. Этот сумасбродный, бестолковый половой акт больше похож на драку. Но мне хорошо. Потому что с ним всегда так. Неважно, какая поза и где мы находимся, я схожу с ума, ибо меня касается он — мой личный доктор.

— Марат Русланович мой директор, Костя. Просто директор, и всё. Завязывай.

— Я предупредил. — Тяжело дыша, привстает, куда-то тянется, достаёт салфетки, вытирает мой зад.

Прежде чем отпустить, звонко шлёпает по одной, потом по второй ягодице, заставляя меня прикусить губу.

— Я его заместитель. Я не могу не общаться с ним. Не я его назначила. Это просто по работе.

Поднимает меня, поворачивает к себе лицом. Опускаю юбку вниз. Смотрю ему в глаза.

— Ты моя женщина.

— Твоя. И перестань ревновать. Поехали, а то нас могут увидеть.

— Это всё ты, дорогая Ульяна Сергеевна. Ты меня буквально выбесила своей заинтересованностью, аж рот открыла, так этого мужика заслушалась. — Открывает для меня дверь, усаживает.

— Это ты меня выбесил своей ревностью. Мне не нужен другой мужчина. Но я люблю свою работу. А Русланович мой директор.

— Признайся. — Садится за руль, кладёт руку на моё кресло и, обернувшись, начинает сдавать задом. — Покайся в том, что ты заметила, как он хорош. Тогда я отстану.

— Костя!

— Ульяна!

— Ну конечно, я заметила, что он хорош. Любая это заметит! Господи, ну хватит.

— Чистосердечное признание, естественно, смягчает наказание, но не в твоём случае. Я лечу к ней на крыльях, а она к мужику в машину садится!

— На крыльях чего? — разулыбавшись, вырываю из контекста главное.

— Даже не надейся, что я признаюсь тебе после всего, что ты устроила!

Не могу стянуть рот. Аж млею от счастья. И так понятно, что он хотел сказать, и почему-то мне кажется: у доктора Ткаченко никогда не было таких сильных приступов ревности, какой приключился с ним только что.

— Ты обещал мне рассказать о той пациентке... — Довольная и сытая, всё ещё испытывая приятную негу во всём теле, прижимаюсь к его плечу.

— Нет уж. Обойдёшься, изменщица.

— Ну Костя, ну пожалуйста… Я так люблю твои медицинские рассказы.

Он зыркает на меня искоса, но становится гораздо спокойнее и мы таки едем в корчму.

Глава 42

— Значит, ты скоро станешь большим начальником, доктор Ткаченко?

Мы прогуливаемся по парку. Костя ведёт меня под руку. Довольный Граф бегает вокруг нас, подпрыгивая, пытаясь схватить бумажные фонарики, оставшиеся здесь после городского праздника.

— Так точно. Я уже согласился.

— Я очень за тебя рада. А почему не Разумовский? —