Лакс: Красная Камелия - Vivi Winner

— Что? Пап, ты чего? Ты же мой отец, и ты прямой потомок Великого Лакса, тебе не должно быть стыдно ни за что.

— Обычно так и бывает, но ты моя дочь.

— Пап, я ценю это, правда. Только я не понимаю, что происходит.

— Ты готова услышать правду?

— Конечно.

— Я не пресекаю это в качестве расплаты, — отец глубоко вздохнул, словно это самое сложное, что он когда-либо говорил, после чего сжал свои виски одной рукой.

— Я не понимаю, прости.

— Помнишь, я обещал посвятить тебя в одно дело?

— Да, конечно

— Я боюсь тебя потерять, Василисса.

— Пап, что происходит? Ты же всегда и всё говоришь прямо, поступи и сейчас так же, прошу тебя. Ты делаешь только хуже тем, что ходишь вокруг да около, — прямо сказала я.

— Настройся на самое худшее.

— Я уже настроена на самое худшее, потому что ты ведёшь себя через чур взволнованно.

— Я скажу прямо. Мне нужна твоя помощь.

— Моя помощь? — удивилась я.

— Именно, — отец снова глубоко вздохнул и начал смотреть в одну точку.

— Всё что угодно, отец, — честно сказала я.

— Тебе придётся пойти на жертву, — сказал папа. Кровь в моих жилах начала леденеть, а я же начала догадываться о какой именно жертве идёт речь.

— Скажи это, пап. Думаю, что я поняла о чём ты, но я хочу удостовериться и понять для чего всё это.

— Василисса, — отец закрыл глаза, — Мне необходимо, чтобы твоим суженым стал Райан Малум.

Мой мир рухнул. Я знала, что он скажет это, но мне всё равно больно. Я не упала в обморок, не начала плакать. Видимо, сейчас я нахожусь на стадии отрицания и истерика нагонит меня позже. Но что мне остаётся? Я должна принять это как должное. Я должна это выстоять. Мне нужно быть сильной.

— Ты давно это знал?

— Я задумался об этом, когда тебе было только два года. И полностью удостоверился год назад.

— А почему не устроил нашу помолвку ещё тогда?

— На то были свои причины, Василисса. И я считал, что ты ещё не готова во всё погрузиться. Я хотел, чтобы ты была на моей стороне. Держать тебя в неведении — худший вариант.

— Ты сказал, что это необходимо. Почему?

— Я должен погрузиться в историю и рассказать тебе всё с самого начала.

— Я готова, пап.

— Ещё до твоего рождения, меня мучал интерес, почему наш предок, всего шесть поколений назад выбрал в суженые своему сыну — Малума. Ведь достаточно было подождать всего несколько поколений и объединить сразу три первых семьи. Как мы и планируем сделать в этот раз, когда Адриан женится на Элии Бонум, а ты выйдешь замуж за Райана Малума, — отец перевёл дыхание, после чего продолжил, — Я читал архивы, в том числе и личные дневники нашего предка. Он не был глуп, не был безумен, не был тщеславен. Тогда какую же цель он преследовал? Я задавался этим вопросом снова и снова, но ответа так и не находил.

— Но в итоге нашёл? — тихо спросила я.

— Да. Когда тебе было два года, кое-что произошло Василисса. Сейчас я не могу в это погрузиться. Но именно это и заставило меня капнуть глубже. Я посетил цитадель, воспользовался своим положением и нашёл то, что искал. Сейчас я расскажу тебе то, о чём не знает ни твоя мать, ни твой брат. Ты всё ещё готова услышать всю правду? Ты готова быть на моей стороне? Без твоей помощи мне не обойтись.

— Да, отец, — честно ответила я.

— В цитадели есть самый большой архив всех времён, он называется Хранилищем. Доступ туда открыт лишь старейшим лакстардам — членам Пленума и Ассизов. А также избранным лаксонам и лакстардам. Когда я точно решил, что должен попасть туда, я не знал, избранный я или нет, но у меня была цель, и я решил идти напролом. Какой молодой лаксон или лакстард не хочет узнать, что он избранный? — отец улыбнулся, — Тогда я обратил свои молитвы к Великому Лаксу и направился в цитадель. Мне не составило трудности попасть туда. Самая главная загвоздка заключалась в другом. Двери хранилища закрыты так, что туда невозможно попасть. Даже если скинуть на дверь бомбу, она не оставит на ней и царапинки.

— Тогда как же туда попасть?

— Правильный вопрос, дочка. Возле двери находится каменный постамент, к нему нужно приложить ладонь, и лишь этот постамент решит открыт ли для тебя доступ в Хранилище. Я помню всё, точно это было вчера. Когда я прикоснулся к постаменту, я почувствовал то, что словами просто не передать, Василисса. И самое главное, двери открылись. Каждый лакстард стоящий возле меня — склонил голову. Величие, что несёт наша фамилия, умножилось лично для меня тысячекратно.

— Папа, — тихо сказала я. Моя кожа покрылась мурашками. Не передать словами, какую гордость я испытываю за отца.

— Я попал в Хранилище, — продолжил отец, — У меня была цель и я начал преследовать её. Я искал всё, что связано с нашим предком. Я стал одержимым, но не зря. В архиве хранится полная перепись каждого лаксона и лакстарда всех времён. Мне стала доступна информация о том, какая кровь течёт в каждом лакстарде. Так я и узнал, что у нашего предка был сын-лакстард, юношу звали Михей, и он полностью оправдывал своё имя.

— Он был пророком, как и его тёзка? — догадалась я.

— Именно. И я стал свидетелем каждого написанного им пророчества, — сказал папа. Моё сердце бешено заколотилось.

— Они сбывались? — спросила я.

— Каждое. Но самым ценным для нас стало его последнее пророчество. Я хочу его тебе зачитать.

— Я готова услышать, отец, — спокойно сказала я, хотя внутри меня бушует вулкан. Отец глубоко вздохнул.

— «В смутьянов роду есть змей-искуситель. Он жаждет власти и первенства ждёт. Готов он пойти на жертвы любые, но сил ему долго не будет хватать, лишь кара за сына сможет руки его развязать. Недолго яблоко будет растить и сможет в итоге всю ветвь погубить. Не видно исхода, но избранный Лакс всё сможет предотвратить», — от слов отца по моей щеке покатилась слеза.

— Отец, — тихо сказала я, — Семья Малум хочет нас истребить?

— Ты верно истолковала предсказание.

— Но я всё ещё не уверена, что речь идёт именно о Малумах.

— Смутьянами называют только их род, ещё с самого первого Малума.

— Я слышала об этом.

— Тогда и сомнений быть не должно.

— Но как я могу помочь? Я не понимаю, — призналась я.

— Пророчество — не пустые слова. Как я уже