Джекпот для миллиардера. Создана для тебя - Вирсавия Вайс

— Даже не думай! — хихикнула она. — На сегодня план перевыполнен. Завтракаем и едем к маме.

— Катя. Мы не поедем к ней. — сухо сказал он.

Она обернулась. Минуту смотрела на него. Потом выдохнула.

— Вот как. Хорошо. Я сама…

— Нет! Ты не поедешь к ней. Нужно будет, сама придет, адрес знает. Ты меня поняла?

— Это моя мать, Саша.

— Вот пусть об этом и вспомнит. — жестко отрезал он. — Я сказал: «нет».

Она раздражённо дернула плечами.

— Катя! Ты меня услышала?

— Савицкий, иди к чёрту!

— Дома поговорим. — буркнул он.

— И не надейся!

Она раздраженно села в машину, хлопнула дверцей, утопила педаль сцепления в пол и рванула с места, за секунду скрывшись за поворотом.

— Ведьма! — сплюнул он. — Шумахер хренов! — выругался Алекс, натягивая брюки.

Догнать её он так и не смог.

На яхте Кати не было. Денис сказал, что она не приезжала и машины её он не видел. Быстро переодевшись, Алекс доехал до дома, но и там машины не было. Или уже, или пока.

— Да твою же мать! — Алекс ударил руками по оплетке руля. — Да с какого перепугу я вообще решил, что эта ведьма меня будет слушать?

Он набрал её номер. Тишина. Ещё раз. Сброс.

Он закрыл глаза.

— Катя, немедленно возьми трубку. Мне плохо! — он знал, что она услышит, но вот купится ли?

Телефон завибрировал.

«Не сочиняй. Ляг поспи и всё пройдет».

Алекс откинул голову и засмеялся. Медленно вырулив на дорогу, он поехал в «Эпикурион».

Её «комарик» стоял припаркованный около центрального входа. Краем глаза он увидел ещё одну машину, и это ему не понравилось. Причём очень.

— Черт! — выругался он. — Как не вовремя.

Быстро поднявшись на нужный этаж, он постучал.

— Входи, Деринг! — тут же услышал он мужской голос.

Алекс открыл дверь и увидел его. За секунду он отметил приоткрытую дверь спальни, кровать со сбитыми простынями, небрежно брошенный на спинке кресла пиджак и ощутил сладковато-мускусный запах секса.

Он стоял в брюках, рубашка застегнута до верхней пуговицы, но вот рукава закатаны до локтя. Всё это говорило о близких отношениях Ираиды и Лопырева. А его взгляд, который он бросал на неё, Алекс видел у собственного отражения, когда он смотрел на Катю.

Сейчас, когда он видел их всех троих, у него не возникло ни малейшего сомнения, что Катя их дочь. Она взяла лучшее от обоих родителей.

Катя сидела в кресле, обхватив себя руками, по её щекам текли слезы.

Ярость снова подняла свою голову.

— Что вы сказали моей жене? — ледяным тоном спросил он, подходя к ней и присаживаясь на корточки рядом с креслом.

— Да с чего жене-то, Деринг? — хмыкнул Лопырев.

— Катюш, что случилось? — Алекс сжал её ледяные пальцы в горячих руках.

— Ты! Ты случился в её жизни, Деринг! — выплюнул Лопырев. — Чего тебе не сиделось-то в Испании? Ну ведь всё было! Жена, сын, бабки! Живи-не хочу! Так нет же!

— Слушайте вы! — Алекс встал и подошел к нему вплотную. — Кто дал вам право вмешиваться в наши жизни? Она моя жена, я её муж, а кто вы?

Алекс с вызовом посмотрел ему прямо в глаза: осмелится или нет?

— А я ее отец! — громко, чтобы ни у кого не осталось сомнений, ответил он. — Это моя девочка! Это мое творение! Ты ее не достоин!

— Так же, как и ты ее матери! Или до конца жизни будешь потрахивать ее втихаря от жены? Самому-то не смешно?

— Гадёныш!

Кулак Лопырева просвистел в паре миллиметров от челюсти Савицкого. Они сцепились, как два льва, делящие прайд.

Ираида зашла в комнату и прислонилась к стене, разглядывая ногти. Катя откинулась в кресле и наклонила голову набок. Она прищурила глаза и закусила губу.

— Кать, кофе будешь? — тихо спросила мать.

— Да, со сливками, — улыбаясь, ответила она.

Глава 35

— Ты знала. — Ираида поставила чашку и посмотрела дочери в глаза.

Катя пожала плечами.

— Он знал, знала я. — просто сказала она.

— И давно это?

— Всегда, только сейчас сильнее.

— Он знает.

— Да.

В комнате что-то рухнуло на пол с ужасным грохотом. Раздался отборный мат.

— Зачем вы с нами так? — Катя подняла на мать глаза.

— Мы не знали, как это контролировать. Да ещё и история вся эта с Натэллой, кто же знал, что у неё настолько крыша уедет. А то, что вы делали, начинало нас пугать. Мы не знали, во что это всё выльется, Катюш. Ещё и этот свет, аппаратура, которую вы просто вырубали.

Катя хмыкнула, вспомнив машины на берегу.

— Сейчас всё то же самое, только ещё сильнее. Но я никому не позволю причинить ему вред. — Катя прищурилась. — Я люблю его, мама, и всегда любила. Я нашла его. И сделала всё, чтобы…

— Я знаю, солнышко. — Ираида протянула руку и погладила дочь по щеке. — Но будьте осторожны. Для всех остальных вы все мертвы. Проект был закрыт, на всех детей были выписаны свидетельства о смерти. Я уничтожила все документы. И вы стали обычными детьми. Последние оставшиеся бумаги и исследования я отдала сегодня ночью Дерингу.

— Я ничего не хочу знать, мама. Это всё закончилось.

Что-то со всей силы ударилось об дверь, ведущую на террасу, и стекло мелкими осколками рассыпалось по полу.

— Я хочу всё оставить в прошлом. Партия подошла к концу. И скоро все фигуры окажутся в коробке. — Она улыбнулась. — Наконец-то.

— Он ещё не смирился, Катюш.

— Я знаю, как его успокоить, мам.

В комнате наступила внезапная тишина. Катя улыбнулась и повернулась к дверям. Алекс вышел на балкон, подошёл к ней, наклонился и поцеловал в щеку.

— Сука! Рубашку порвал, — процедил он. — Коньяк есть?

— В