Джекпот для миллиардера. Создана для тебя - Вирсавия Вайс

— Отлично. Три бокала?

Она кивнула.

В дверях показался Лопырев, криво улыбаясь, он подошел к столу и сел напротив Ираиды.

— И что это было? — он поднял бровь.

Она пожала плечами и скосила глаза в сторону Кати.

— Да ладно? — хмыкнул тот. — Даже так? Надо бы…

— Набить тебе морду ещё раз! — Алекс появился в дверях с бутылкой коньяка и тремя бокалами. — Я последний раз говорю: прекращайте ваш «Marvel»! Не смейте даже подходить к моей жене.

— Да к какой жене? — Владимир хмыкнул. — Не принимай желаемое за действительное!

— Да ладно? Желаемое? — Алекс хмыкнул. — Ну-ну.

Савицкий налил коньяк и сел рядом с Катей.

— Засекаем время. — Он взглянул на часы. — Думаю, двадцати минут хватит.

Не прошло и четверти часа, как у Лопырева завибрировал телефон. Алекс улыбнулся и похлопал жену по коленке.

— Да? Слушаю! — Владимир поднял глаза на дочь и перевел их на Алекса. — Когда? Почему я об этом узнаю только сейчас? А вы где все были? Какого хрена! Я за что вам плачу такие деньги? Понятно. С каждым разберусь!

Он положил телефон. Его пальцы забарабанили по столу, губы сжаты, взгляд был устремлен куда-то вдаль. Медленно он перевел его на Катю, потом на Савицкого.

— Ты же понимаешь, что я могу аннулировать этот брак? — прищурившись, с угрозой сказал он, глядя Алексу в глаза.

Алекс переплел свои пальцы с Катиными и, подняв ее руку, стал целовать, слегка прикусывая кожу, не отводя взгляда от Владимира.

— А ты понимаешь, что я могу разорить тебя? — в тон ему ответил Савицкий.

Его телефон завибрировал. Он глянул на экран.

— Вот прямо начиная с этой минуты. Ты готов к войне со мной?

Телефон Лопырева завибрировал. В воздухе повисло напряжение. Они смотрели друг другу в глаза. Алекс откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу, продолжая целовать пальцы жены и неотрывно глядя на Лопырева, чей телефон разрывался.

— «Mifico Group consulting»? — глаза Владимира расширились. — Не может быть!

— Только что. — Алекс хмыкнул. — Пятьдесят один процент акций. И еще десять у моей дочерней компании. Как ты понимаешь, я теперь твой босс.

— Зубы не обломай, босс! И когда ты, сука, стал таким умным?

Алекс хмыкнул.

— Когда вы нахимичили в той пробирке, из которой я появился на свет. Так что не пузырись, папа.

Лопырев дернулся, как от удара.

— И не мечтай, сынок!

— Я с тебя спрошу еще за смерть отца и за Лариску.

— А за динозавров спросить не хочешь? Или за потоп? — Лопырев достал сигарету и затянулся. — Если ты такой весь из себя гений, изучай матчасть. В смерти твоего отца вина целиком твоей бабки и Натэллы! А на Ларке ты женился сам, тебя никто насильно в загс не тянул. Тебе нужны были связи Троянова, насколько я помню. Так что это не ко мне.

— Если бы вы не подложили её ко мне в постель, ни хрена бы этого не было. Вы подсунули мне суррогат.

— Что-то ты не особо этому сопротивлялся, как я посмотрю. Сашке в аккурат одиннадцать лет. — хмыкнул Лопырев.

— Ну, в отличие от тебя, мои женщины детей рожают сами.

Лопырев поднял на него глаза, желваки захлжили ходуном.

— Не передёргивай, Деринг! — процедил он.

— И кстати, Ларка. Прости, милая, — Алекс нежно посмотрел на жену, почувствовав, что она напряглась. — Почему?

— Чтобы успокоить тебя и остановить.

— Хреновый план.

— Согласен. — Лопырев осушил бокал. — Но на тот момент единственно возможный. Да и она уж очень сильно тебя хотела. — Алекс почувствовал, что не всё так прозрачнов этой истории с Ларкой. — Не сбрасывай её со счетов, она очень опасна.

— Знаю. Мои люди не спускают с неё глаз. Я так понимаю, уже к вечеру новости о моём браке станут достоянием всех таблоидов.

— Даже я не смогу этому помешать, уж очень вкусная новость. — хмыкнул Владимир. — Слушай сюда, Деринг, если ты хотя бы попробуешь обидеть мою девочку, я тебя из-под земли достану. Не думай, что если меня не было в её жизни всё это время, я её не люблю.

— Если бы не вы, я бы всё время был в её жизни. — холодно сказал Савицкий. — Я ещё не простил вам наши потерянные четырнадцать лет.

— Я не прощу себе последние тридцать, — задумчиво сказал Лопырев. — Но что это изменит?

— Как ты это провернул?

Катя улыбалась, прижимаясь к нему всем телом. Алекс благодарил бога, что в лифте кроме них никого не было. Он обнимал её за талию, нежно целуя в висок.

— Наверно, потому что я у тебя очень умный, а твой отец для меня слишком предсказуемый. — улыбнулся Алекс. — Вычислить его слабые точки было легко, а использовать — ещё легче.

— Как ты думаешь, всё, что они рассказали, правда? — она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.

— Думаю, да. — он пальцем убрал волосы с её глаз. — Ты сейчас поедешь домой, а я на яхте разберу документы, которые дала твоя мать.

— Но я тоже…

— Катя, твою мать! Никаких «но» и «тоже»! — он положил руку на её ягодицы и притянул вплотную. — Ты совсем не понимаешь, что делаешь со мной? Когда ты рядом, все мои мысли работают только ниже пояса! А мне сейчас нужна ясность ума такая, как никогда. Сейчас начнется самая опасная часть игры. А для меня ты, как криптонит, моё слабое место.

Катя засмеялась.

— Ты еще скажи, как Эдвард Каллен…

Алекс взъерошил волосы и наклонил голову.

— Белла, ты мой личный сорт героина. — с придыханием сказал он.

— Да ладно, даже так? Вот уж бы не подумала, подростковое кино?!

— Кать, такая память, как у меня, такое себе удовольствие. — хмыкнул он. — Хочешь, всего Шекспира процитирую? Или таблицы Брадиса? А хочешь… — он наклонился к её уху, прикусывая мочку зубами, — процитирую весь древнеиндийский трактат