Тайная жемчужина - Мэри Бэлоу

– Я должна спуститься к обеду, – сказала она. – Благодарю вас, Молли. Вы мне больше не понадобитесь. У вас будет свободный вечер, если только вас не заставят что-нибудь делать внизу. А у Тэда тоже свободный вечер? – спросила она с улыбкой.

Девушка усмехнулась:

– Думаю, что так, мисс. – Она подошла к двери раньше, чем Флер, но остановилась, взявшись за дверную ручку.

И вдруг почти шепотом проговорила:

– Я была очень дружна с Энни, мисс, и она мне кое-что рассказала, когда я была здесь новенькой.

– Да? – Флер посмотрела на разрумянившиеся щеки девушки.

– В ту ночь, – продолжала Молли, – вы забыли перчатки в вашей гардеробной, мисс. Энни сбежала вниз и положила их в ваш саквояж, который был уже в повозке.

– Вот как? – сказала Флер.

– И там не было никаких драгоценностей, мисс. Но когда Энни позже открыла саквояж, то они лежали поверх перчаток. В тот момент, когда она открывала саквояж, в комнату без стука вошел хозяин. И с ним был еще мистер Чапмен.

Она сказала им то, что я только что рассказала вам, мисс. А на следующий день ее уволили. Она очень испугалась и просила меня ничего никому не говорить. Правда, ей хорошо заплатили.

– Заплатили? – спросила Флер.

– Мистер Чапмен убьет меня, если узнает обо всем, мисс, – прошептала Молли.

– Не бойся, не убьет, – сказала Флер. – Мне кажется, Молли, что через несколько дней лорд Броклхерст сам объявит, что эта история с драгоценностями – просто недоразумение. Но даже если так и случится, я все равно буду благодарна вам, Молли. Вы самая смелая в этом доме, и я не забуду этого.

«Значит, Роксфорд, – думала Флер, спускаясь по лестнице. – Тридцать миль отсюда. И Молли права. Даже тридцать шагов и то слишком большое расстояние для того, чтобы только увидеть могилу Хобсона. Но я ведь убила его… Ни один человек, даже очень плохой, не заслуживает смерти от рук другого человека. Я должна преклонить колени перед его могилой».

Тридцать миль. Она понимала, что не сможет съездить в Роксфорд и вернуться обратно в тот же день.

* * *

– Но до Роксфорда тридцать миль. Возможно, даже тридцать пять, – сказал преподобный Бут. – Я совершенно вас не понимаю. Изабелла. Почему вы хотите туда съездить? Допустим, вы увидите могилу. Может быть, и надгробие. Стоит ли из-за этого ехать так далеко?

Но Флер знала, что должна отправиться в Роксфорд, чувствовала, что не успокоится, пока не попадет туда.

– Мне кажется, что я обязана поехать в Роксфорд. Иначе вся эта история никогда для меня не закончится, даже если Мэтью откажется от своих обвинений. Я не была на похоронах Хобсона.., и поэтому должна увидеть хотя бы его могилу.

– Хорошо, что прошло какое-то время, – сказал Дэниел Бут. – Почему вам не оставить все это, Изабелла? Почему не начать все сначала?

– Я забуду… Но только после того, как побываю в Роксфорде. Я подумала и решила: предложение Мириам подходит мне больше всего. Я буду счастлива жить у мисс Гален и с удовольствием стану преподавать в школе Мириам. Надеюсь, что вы поедете со мной. Вы согласны?

Бут вздохнул и медленно прошелся по кабинету;

– Поехать с вами? Неужели вы забыли о приличиях, Изабелла? Вам не следует даже находиться тут со мной наедине, когда Мириам занята в школе. А поездка в Роксфорд и обратно займет никак не меньше двух суток.

– Да, но я думала, что вы не захотите отпустить меня одну.

– Не хотел бы, – сказал он с некоторым раздражением.

Он взял ее за руки. – Вы должны забыть все это. Вы только что освободились от одной неприятности. Я не хочу, чтобы вы тут же угодили в другую историю… Мне хотелось бы, чтобы вы стали моей женой. Может быть, лорд Броклхерст теперь даст согласие на наш брак. Если нет, то я вернусь к нашему прежнему плану и женюсь на вас по специальному разрешению. Вы согласны, Изабелла?

Она опустила глаза.

– Нет, Дэниел. Теперь об этом не может быть и речи.

– Из-за этого скандала? – спросил он. – Но все уже позади. Ведь совсем недавно вы хотели выйти за меня замуж.

И говорили, что любите меня.

– Я не могу выйти за вас замуж, Дэниел Теперь уже не могу.

Он подошел к столу и принялся перекладывать лежавшие на нем бумаги.

– Я хотел расспросить вас о герцоге Риджуэе. Не странно ли, что он проделал такой путь только для того, чтобы постараться сиять с вас это обвинение. В чем здесь дело. Изабелла?

– Он всегда заботится о тех, кто у него служит. Я сказала бы, что слуги герцога не только уважают его, но и любят.

– А вы? Вы тоже любите его? Не только уважаете? – Дэниел пристально смотрел на Флер.

– Только уважаю, – ответила она, невольно отводя глаза, – А какие чувства он испытывает к вам? Он женат.

– Я же объяснила вам… Он просто очень добрый и отзывчивый человек.

– Значит, вы отказали мне по какой-то другой причине?

Она молча кивнула.

– Что ж, я больше не буду говорить об этом, – продолжал Бут. – Но я рад, что вы снова дома и в безопасности, Изабелла. И счастлив, что вы решили принять предложение Мириам. Ей нужна ваша помощь, и она очень ценит вашу дружбу, так же, как и я.

– Благодарю вас. – Флер внимательно посмотрела на Бута. – Дэниел, я хотела бы сказать вам всю правду..

– Я готов выслушать вас – Тогда, в Лондоне, я голодала и никак не могла найти работу. Как-то раз я не ела два дня.

Он с удивлением посмотрел на нее.

– Мне казалось… Я не знала, что делать, как выжить. – Она судорожно сглотнула. – Мне пришлось продавать себя.

Флер умолкла. Бут тоже молчал.

– Я сделала это только один раз, – проговорила она наконец. – Но мне пришлось бы делать это снова и снова, если бы я не получила место гувернантки и не уехала в Дорсетшир.

– Так вы – шлюха? – прошептал он.

Она прикрыла губы ладонью. Рука ее дрожала.

– Но Изабелла… – Он пристально посмотрел на нее. – Ведь были и другие возможности, не так ли?

– Вы хотите сказать, что я могла бы стать воровкой?

– Боже мой! – воскликнул он. – О Боже!

Они долго молчали. Флер видела, что Бут ошеломлен ее признанием.

Наконец, не глядя на нее, он спросил:

– Вы сожалеете об этом? Вы раскаиваетесь, Изабелла?

– И да, и нет, – сказала она после некоторого раздумья. – Я больше сожалею о том, что сейчас призналась вам в этом.

Более того, Дэниел, я знаю, что и теперь пошла бы на это, если бы у меня не было выхода.