Исцелю тебя - Кира Алиева

Дима берёт меня за руку и целует каждый пальчик.

— Прости меня, любимая. — болезненно выдыхает. — Если бы я только знал, что Светлана на такое способна, самолично бы открутил её безмозглую голову ещё на стадии развода.

— Ты не виноват. Она словно с ума сошла. Я очень за Алинку испугалась. Не смогла её защитить. Подвергла опасности. Как она? Они ничего ей не сделали? — на глаза набежали слезы, горло сдавило спазмом.

— Тихо, милая, тебе нельзя нервничать. А то меня выгонят. Ты же не хочешь этого?

Я отрицательно покачала головой.

— Поэтому не нервничай и давай вести себя тихо. А то эти дьявольские датчики снова сойдут с ума.

— Но я хочу знать, как Алина? Света ей ничего не сделала?

— Нет, можешь быть спокойна. Мы вовремя успели.

— А что с ней и с её сообщником? Их арестовали?

— Поговорим потом, когда тебе станет лучше. Твоё здоровье на первом месте. А пока забудь про этих нелюдей, тебе нужен покой.

— Хотя бы про Алину расскажи, — я сложила руки в молитвенном жесте, а Дима накрыл мои ладони и поцеловал их.

— Алинка сейчас с мамой. С ней всё нормально. Настолько, насколько может быть в сложившейся ситуации. Но малышка сильно испугалась. С ней работает детский психолог. Она уверяет, что Алине под силу справиться со всем этим. Но ты нужна ей. Малышка по сто раз на дню спрашивает о тебе.

— Я тоже соскучилась по ней. Скорее бы домой.

— Не так быстро. В твоей крови нашли очень опасный и токсичный препарат. Он относится к группе запрещённых. Скажи, как так получилось?

Я не стала ничего утаивать и всё рассказала. Ни одного мига даже не скрыла.

— Какая же Света бестолочь. На что она только рассчитывала? Неужели думала, мы б её после такого живой оставили? — глаза любимого подыхали адским пламенем.

Я даже обрадовалась, что не я причина его гнева. Поежилась. Бррр. Дима оказывается может быть грозным и страшным.

— Не знаю. Но мне она сказала, что собирается мстить тебе за то, что отобрал её карты, лишил денег и телефона.

— Там были мои кровно заработанные деньги. За годы нашей семейной жизни она и так потратила их достаточно. Ни дня в своей жизни не работала. Поэтому её финансовые проблемы меня не касаются. И к чёрту эту умственно отсталую дуру. О ней мы больше не услышим.

— Почему? — спрашиваю с опаской. — Что вы с Олегом сделали?

— Да чего ты так распереживалась, ничего противозаконного! Она и её любовничек сгниют в тюрьме. За тебя и дочь я любого порву. Да и Олег добавит. Сводить счёты он любит особенно сильно.

— Я лишь хочу, чтобы эта ненормальная больше не могла навредить Алине.

— Не переживай, больше не сможет. Защитница ты наша. Знаешь, я буду вечно благодарен тебе за всё что ты делаешь для моей дочери.

— Я её очень люблю.

— А я тебя люблю. До разрыва сердца и ломоты в костях.

Дима встаёт, мягко заключает мою голову в плен своих сильных рук и нежно целует меня в губы. Так нежно, словно я хрустальная, одно неосторожное движение — и разобьюсь.

Когда отпускает, у меня уже голова кружится не от слабости, а от любви. Прижимается лбом ко мне и глубоко дышит.

— Я чуть не сдох, — с надрывом хрипит мне в губы, — И сдох бы, если бы с тобой и Алиной что-нибудь случилось.

— Не говори так, никогда не говори так.

— Хорошо. Но ты должна быть всегда осторожной, ведь без тебя я уже не смыслю своей жизни.

— Тогда и ты пообещай, что будешь беречь себя. Завтра же сходишь к врачу и будешь выполнять все его рекомендации.

— Олег уже успел настучать на меня? — улыбается Дима.

— Нет, всего лишь немного пожаловался, — отвечаю в тон ему и тоже улыбаюсь.

— У меня просто нет сил противостоять вам обоим. Упёртость, наверное, передаётся по крови, поэтому я готов поднять белый флаг. Завтра же зайду к светиле наук, который может сотворить чудо.

— Ты сам уже сотворил его. Нужно лишь чуточку закрепить результат.

— Как скажешь, моя любовь.

— Спасибо, — прикрываю глаза.

— Ты устала. А я тут не даю тебе расслабиться. Давай, ложись поудобнее, тебе нужно побольше отдыхать.

— А ты?

— Я бы с удовольствием остался, но не хочу злить медицинский персонал. Я рассчитываю почаще к тебе заглядывать.

— Заглядывать? — не поняла я.

— Я тоже лежу в этой больнице. Олег не оставил мне выбора. Или ложусь добровольно, или не смогу тебя навещать. Мой выбор был очевиден.

— Какой у меня, однако, коварный брат.

— Даже не представляешь, насколько!

— Но я рада, что он прижал тебя к стенке и сумел тебя заставить.

— Говорю же, вы одной крови. Этим всё сказано.

— Тебя что-то не устраивает?

— Всё меня устраивает.

— Я уверена, что придёт день, когда ты будешь крепко стоять на ногах.

— Твоя вера вселяет в меня надежду, любимая.

Я стараюсь держать на лице улыбку, но глаза слипаются. Опять накатывает слабость, головокружение. Хочется спать. Да что же это такое?

Засыпая, чувствую мягкий поцелуй в губы, заботливые руки укрывают меня одеялом. Проваливаюсь в темноту. И сплю спокойным сном до самого утра.

Глава 52

Татьяна

День встречает меня ярким солнышком, пением птиц и поцелуем от любимого мужчины. Дима снова здесь, со мной.

Всю неделю, пока я нахожусь в клинике, он постоянно рядом. Он проходит здесь же реабилитацию, много времени проводит со мной. Но находиться постоянно в клинике не может, дома его ждёт наша кнопка.

Малышка сейчас очень нуждается в отце. Жаль, что я не могу быть рядом с ней. Соскучилась по ней, так сильно, что выть охота.

Но я держусь. Мне нужно подлечиться, убедиться, что не аллергический приступ, ни передозировка не оставили после себя каких-то побочных эффектов.

Те таблетки, которые меня заставила выпить Светлана, действуют преимущественно на головной мозг, всю нервную систему в целом. Коктейль из нескольких сильнодействующих веществ. Новый наркотик, которое в последнее время распространяется в городе со скоростью чумы.

Для того, чтобы потерять башню, хватает и четвертинки этого препарата. Но дрянь скорее всего решила меня отравить, раз заставила выпить аж две таблетки.

На днях ко мне приходил следователь, занимающийся этим делом. Беседа проводилась конечно же в присутствии моего адвоката, Олега и Димы. Мои любимые не пожелали оставлять меня со следователем одну.

Представитель правоохранительных органов задавал вполне корректные вопросы. Вёл себя сдержанно и профессионально. Когда он сообщил нам о заведении уголовного дела на Светлану и