Власть Шести - Анфиса Ширшова

приметил особый интерес к торквесу Кернунна. Началось все с единичных вопросов Николаса Балана. Он словно бы забрасывал удочку, а затем резко ее отдергивал, перескакивая на иную тему. Но эти уловки на Рида все же не подействовали. Как-то незаметно для самого себя он тоже включился в игру, и она затянула его настолько, что теперь Рид Рамзи искренне считал, что находка истинного торквеса Кернунна приведет мир к катастрофе.

Много лет назад профессор Рамзи уже сталкивался с одним древним пророчеством…

Мэри-Джейн вновь несильно сжала плечо пожилого мужчины и отошла к окну, чтобы отдернуть портьеры и впустить в кабинет хоть немного света. Профессор привык работать с включенной настольной лампой и потому частенько забывал о зашторенных окнах.

Она как-то отстраненно подумала о том, что и их поиски могут привлечь нежелательное внимание. Профессор Рамзи частенько говорил о том, что он прожил неплохую жизнь и терять ему уже нечего. Но ведь Эм-Джей была в три раза моложе, и ее жизнь, кажется, только-только начала налаживаться.

Оправиться после случившегося с Нэйтом удалось далеко не сразу. Джейн выплакала все глаза, пыталась связаться с ним, но сначала он не отвечал на звонки, а затем попросту заблокировал ее номер. В университете он так больше и не появился. Как, впрочем, и Бёрнс. Эм-Джей пришлось пережить как предательство Леджера, так и ненависть Нэйта. Но жуткий стресс, в который она погрузилась после той чудовищной ночи, оставил свой след. Эм-Джей страдала от панических атак, но пыталась бороться с ними самостоятельно. Получалось из рук вон плохо, но она упорно отказывалась обращаться к специалисту. Быть может, зря.

Утешение она нашла в учебе, а затем и в работе. В сентябре ее пригласили работать в музей Лондона, а пока она помогала профессору Рамзи.

Рид Рамзи не особенно отличался от Николаса Балана и тоже сотрудничал с состоятельными заказчиками в условиях повышенной секретности, ведь это значило, что он считался «черным археологом». Профессор не любил бумажную волокиту, а на то, чтобы получить официальное разрешение, уходило слишком много времени и сил. Рид всю жизнь много путешествовал, занимался раскопками и слыл человеком весьма известным в определенных кругах. В прошлом году он оставил преподавание и полностью сосредоточился на поисках торквеса Кернунна, поскольку полагал, что в обнаруженном им пророчестве речь шла именно об этом древнем рогатом боге. И подозрения мистера Рамзи подтвердились, когда Николас начал интересоваться шейным кольцом Кернунна, считавшегося могущественным артефактом.

Рид вскочил с кресла и принялся мерить кабинет торопливыми шагами. Несмотря на возраст, профессор передвигался весьма бодро.

— Если бы мы хотя бы понимали, что именно случилось, — пробормотал профессор. — Кингсли осознал, что Николас передал ему поддельный торквес и отомстил? Или же мой друг узнал, где находится настоящий торквес, его выследили и…

— Зачем же тогда его убивать? — покачала головой Эм-Джей. — Я склоняюсь к тому, что это либо дело рук Кингсли, либо ужасная случайность. Но по какой причине Николас подсунул ему поддельный артефакт?

— Он хотел, чтобы бизнесмен прекратил поиски. К тому же, строго говоря, торквес не был поддельным, — вздохнул Рамзи. — Это старинное шейное кольцо времен бронзового века, но оно не имеет отношения к Кернунну. Николас просто воспользовался тем, что Кингсли безоговорочно ему верил, поскольку они сотрудничали уже много лет. Балан соврал, что вышел на след ценностей, некогда награбленных нацистами. Ради этого он даже поехал в Румынию, где получил доступ к архивным записям об отправленном туда эшелоне в конце Второй мировой войны. Кингсли интересовал результат, и Николас, подсунув ему бумаги о том, что торквес все это время находился в хранилище местного музея, вручил вместе с ними и шейное кольцо. В тот день я получил от него письмо на электронную почту. — Рид тяжело вздохнул и добавил: — Он писал: «Я отдал требуемое, но истинное все еще сокрыто». Николас боялся говорить прямо, но и утаивать правду тоже не мог. Он отлично знал, что может на меня положиться, несмотря на некоторые наши конфликты.

— В таком случае вряд ли бизнесмен так быстро уличил бы Николаса в подлоге, — протянула Мэри-Джейн. Она внимательно взглянула на профессора и уточнила: — Значит, вы не верите, что Калеб Кингсли может иметь отношение к пророчеству?

— Мы даже не знаем, о каком именно историческом времени идет речь, — ответил мистер Рамзи. — Но дело в том, что внезапный интерес к довольно непопулярному артефакту не может не навести на определенные мысли.

— Кто-то решил, что он — тот самый владыка из пророчества… И теперь ищет торквес рогатого бога, чтобы стать непобедимым, ведь это шейное кольцо украшено символами, дарующими защиту.

Профессор Рамзи замер рядом с Эм-Джей, поправил очки на носу и произнес, задумчиво глядя в окно:

— Кто-то считает, что он — воплощение Кернунна.

Глава 27

Став помощницей профессора, Эм-Джей вынуждена была получить водительские права, поскольку Рамзи частенько заставлял ее ездить по различным поручениям, и при этом в гараже у его дома без дела простаивал старенький «Фиат» оттенка бордо. Машина практически полностью перешла во владение Мэри-Джейн, и сегодня она собиралась воспользоваться ей в личных целях.

Стелла — невеста Оливера — пригласила Эм-Джей и свою лучшую подругу Валери на девичник. Отмечать скорую смену фамилии планировалось в одном из самых дорогих ресторанов Эдинбурга. Стелла воспользовалась тем, что одним из шеф-поваров был ее дядя, пообещавший взять на себя все расходы, наслаждаться ужином и ни о чем не волноваться.

Эм-Джей долго думала, что надеть. Стелла посоветовала блистать этим вечером, и в результате Мэри-Джейн остановила свой выбор на шелковом платье насыщенного графитового цвета длиной чуть ниже колен, но с соблазнительным вырезом на бедре. Подобрав туфли на удобном каблуке, она приступила к макияжу. Нарисовала небольшие стрелки и чуть подвела глаза темным карандашом, отчего взгляд стал еще более выразительным. Тушь, тонкий слой блеска для губ, капля любимых духов — и Эм-Джей была готова. Она собрала волосы в объемный пучок, при этом пряди удлиненной челки обрамляли лицо. Взглянув в зеркало в последний раз, Мэри-Джейн мысленно пообещала себе, что забудет обо всех проблемах и хорошо проведет этот вечер.

По пути к месту встречи ей попалось несколько постовых машин. Водителей останавливали и проверяли документы. Кого-то отпускали довольно быстро, а кого-то задерживали. Машина Эм-Джей еле ползла по проспекту в потоке таких же невзрачных автомобилей. Вскоре стало ясно, что послужило причиной стихийно образовавшегося затора — два грузовика с военными. Мэри-Джейн нахмурилась, но когда ее «Фиат» поравнялся с одним из грузовиков, их взгляды с одним