Заверните мне луну - Анна Мак-Партлин

— Он хочет поговорить с тобой.

Я поздоровалась с Ричардом, и он справился у меня об Энн.

— Она поранилась. Но дело могло закончиться намного хуже, — сказала я, считая, что не преувеличиваю. Я сообщила ему, что Энн сделала все возможное, чтобы сделать его счастливым, и пришло время ответить ей тем же. Я напомнила ему о полезном совете, который он дал мне, и надеялась, что он прислушается и к моему.

Кло схватила трубку и добавила:

— Не будь всю жизнь козлом. — И повесила трубку.

— Клода! — взвизгнула я. Казалось, все шло хорошо, пока она не обозвала его козлом.

— Меня тошнит от всего этого, — заметила она.

— Но ради бога! Обозвать его козлом — не лучший шаг вперед.

— Мы перепробовали все, и кроме того, факт остается фактом.

— Замечательно, — заметила я.

Кло ухмыльнулась.

— Ты слишком беспокоишься. Ты так похожа на свою маму.

Я бросила в нее подушкой.

— Нет, — с отвращением сказала я.

Должна признать, что не знаю причину, по которой эта аналогия расстраивает меня. Ведь я не просто люблю маму, но еще и глубоко уважаю, однако я действительно расстраивалась. — Ты, — проговорила я.

— Ты, — произнесла в ответ Кло.

— Ты, продолжила я.

Этот спор длился до тех пор, пока не появился Шон, увешанный сумками. Леонард немедленно спрыгнул с окна и проследовал за ним на кухню, в надежде пообедать. Шон повиновался, после чего вернулся в гостиную и зажег сигару.

Мы с Кло посмотрели на него.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Отмечаю, — ответил он.

— Да ты что? — сказала Кло.

— Да, — согласился он.

— И что же мы отмечаем? — отважилась спросить я.

— Мою книгу. Ее выпустят.

У нас отпали челюсти.

— Нет! — воскликнула Кло.

Я вскочила на ноги.

— О боже!

Мною овладело такое возбуждение, что меня чуть не стошнило. Но я была безмерно счастлива. Шон прыгал от радости. Я прильнула к нему, наслаждаясь полетом.

— Это невероятно, сказала Кло, искренне радуясь.

— Может, она будет на прилавках уже к Рождеству, — с гордостью заметил он, прижимая меня к себе.

— Я могу заняться рекламной кампанией! — почти закричала Кло.

Я смеялась. В рекламных делах она была настоящим профи. Шон танцевал и вдыхал дым сигары, забыв о том, что держит именно сигару, а не сигарету, которую считал символом поражения. Спустя пять минут он почувствовал себя дурно.

Вскоре Клода ушла. Провожая ее до двери, я высказала свои мысли вслух о том, что сомневаюсь в целесообразности нашего звонка Ричарду. Кло ответила, что мы поступили верно, и умоляла меня не тратить вечер впустую, когда у нас есть такой повод веселиться. Она была права.

* * *

Наш звонок сработал. Через пять часов Ричард находился у кровати Энн, держа в руках кусок бумаги, на которой она написала «Выбирай». Слово было перечеркнуто, а под ним было написано «ты». Это был момент, какие бывают только в кино, но, вместо того чтобы упасть в его объятия (надо признать: она находилась не в той позе), она твердо стояла (лежала). Они должны были изменить свои отношения в браке, либо разойтись каждый в свою сторону. Они беседовали много часов, и впервые Ричард прислушался к жене. Энн четко сформулировала все свои претензии, и выяснилось, что список последних весьма пространен. Ричард согласился с тем, что вел себя как козел, и даже извинился и признался, что ее падение очень напугало его. Он полагал, что, если будет твердо стоять на своем, она вернется. Но впервые в жизни Ричард понял, что мир не вращается вокруг него. Они беседовали до утра и наконец, сошлись на том, что будут жить в Дублине большую часть года. Ричард уступил желаниям жены, и, несмотря на физические проблемы, она воодушевилась.