Зажги мое сердце - Николь Майклз

Над дверью салона красовалась вывеска, на которой витиеватыми буквами была выведена надпись: «Лавли». Майк никогда не заходил внутрь, но его сестра Эрин очень расхваливала мастеров. Майк распахнул стеклянную дверь и увидел сидящую за столиком администратора женщину средних лет с неестественно рыжими, почти красными волосами, а кожа на лице казалась слишком гладкой для ее возраста. Улыбка этой дамы заставила Майка поежиться.

– Хочешь подстричься, милый?

Не обратив внимания на ее вопрос, Майк обвел взглядом помещение. Для вечера четверга здесь было на удивление людно. Три клиентки сидели в креслах перед мастерами, а еще одна ожидала своей очереди на диване у окна. Из колонок лилась приятная музыка. Здесь даже имелся автомат с газированными напитками, кофемашина и тарелка со сдобными булочками. В мужской парикмахерской Берта в конце улицы Майк не наблюдал ничего подобного. Черт возьми, мужчинам города просто повезло, что Берт все еще держался на плаву. Подобное неравноправие не переставало поражать.

Наконец Майк заметил Кэти в дальнем конце зала. Еще одна блондинка делала ей маникюр. Почти соприкасаясь головами, они оживленно болтали. Майку оставалось лишь догадываться, о чем они сплетничают. При виде соседки у него зачесались кулаки. Как только перестал работать включенный фен, Майк довольно громко произнес:

– Кэти!

Девушка подскочила от неожиданности и посмотрела в его сторону, как и остальные женщины, находящиеся в салоне. На мгновение Майк ощутил неловкость, но когда заглянул в широко распахнутые глаза Кэти, вся неловкость тут же улетучилась. Она причинила Анне боль, унизила ее и тем самым оскорбила его, Майка. Кэти заслуживала того, чтобы оказаться в центре скандала.

– Выйди на улицу.

Рот Кэти непроизвольно открылся, а рыжеволосая женщина поднялась из-за стола:

– Мне жаль, но вы…

Майк взмахом руки заставил ее замолчать.

– Это касается только нас. – Когда же Кэти не пошевелилась, Майк смерил ее самым гневным взглядом, на какой только был способен, и прорычал: – Немедленно.

Кэти раздраженно фыркнула, но все же поднялась и направилась к двери, громко цокая каблучками по полу и растопырив пальцы с невысохшим лаком на ногтях. Она кивнула на дверь.

– Не откроешь?

Майк покачал головой и распахнул перед нею дверь. Теперь, когда они стояли на тротуаре, он перешел прямо к делу.

– Что, черт возьми, с тобой такое? Почему свою ненависть ко мне ты выплеснула на Анну?

Кэти раскрыла рот от удивления.

– О чем это ты?

Майк едва не задохнулся от возмущения.

– Кэти, не стоит со мной шутить. Ты прекрасно знаешь, что сделала и почему.

В глазах Кэти вспыхнул гнев, и она обернулась в сторону салона. Несколько женщин внутри разом сделали вид, будто сильно заняты. Майк понимал, что они слышат каждое слово, ведь двери были стеклянными, а старые здания хоть и выглядели довольно привлекательно, были совершенно лишены звукоизоляции.

– У тебя огромное эго, Майк Эверетт. Я ничего не сделала Анне. И понятия не имею, о чем ты говоришь.

Майку хотелось что-нибудь разбить. Казалось, Кэти не лгала, но у нее был мотив.

– Ты хочешь сказать, что не размещала в блоге Анны комментарий со ссылкой на видео и фотографии, на которых изображены мы с тобой?

Кэти ошеломленно вскинула голову.

– Нет! С какой стати мне это делать? Я хочу сказать, ты ранил мои чувства, но я не стала бы извещать все интернет-сообщество о своей отставке. Я не заходила на свою страничку на Фейсбуке уже два дня, и единственный человек… – Кэти охнула и прикрыла рот рукой. – О нет!

– Что?

Ничего не объяснив, она рванула дверь на себя и вошла в салон.

– Где она? – Кэти указала на стол администратора. Рыжеволосая дама испарилась, и одна из стилистов указала на заднюю дверь.

Кэти направилась туда, Майк последовал за ней. Пройдя через подсобное помещение, они вышли в переулок позади салона. Рыжеволосая женщина курила сигарету и затягивалась с такой жадностью, словно делала это в последний раз. Услышав шаги, она обернулась, и в ее глазах промелькнуло отчаяние.

– Что, черт возьми, с тобой такое, Анетт? – взвизгнула Кэти. – Как ты могла?

Анетт бросила сигарету на землю и растоптала ее. Она молчала, поэтому заговорил Майк.

– Это вы выложили в Интернет видео с Анной?

Рыжеволосая подбоченилась и с вызовом посмотрела на Майка.

– Да. А у вас с этим проблемы?

Кэти закрыла лицо руками.

– О господи!

– Зачем вы это сделали? – не унимался Майк. Он был сбит с толку и просто не знал, что думать. Почему эта незнакомка решила разрушить жизнь Анны и его тоже?

– Все это началось как шутка. Мы с подругами увидели Анну пьяной в баре. Вот ведь ирония судьбы. Она вся такая рафинированная. Я не желала ей ничего дурного. Но потом он начал с ней встречаться, и я знала, что тебе очень больно. Тогда и взыграли мои материнские инстинкты. Мы с Шейлой поговорили об этом и уже в следующее мгновение оказались на странице «Смоки» в Фейсбуке. – Анетт безвольно уронила руки и повернулась к Майку: – Признаюсь, это было глупо, но, может быть, вы в следующий раз хорошенько подумаете, прежде чем играть с чувствами женщин.

Майк лишился дара речи. Ну кто называет своих матерей по имени, и что за люди позорят незнакомцев на страницах в социальных сетях? Майк повернулся к Кэти, которая выглядела так, словно ей хотелось провалиться сквозь землю.

– Это твоя мать?

Кэти закрыла глаза и, кивнув, повернулась к матери.

– Ты понимаешь, что наделала? Все выглядит так, словно этот комментарий опубликовала я!

Анетт поежилась.

– Мне не стоило этого делать, да? Извини.

Майк еще ни разу в жизни не испытывал такого раздражения и такой ярости по отношению к женщине. Но эта заставила его забыть о чести и достоинстве. Если бы она не причинила Анне такой боли, ее отношения с Кэти его наверняка позабавили бы. Но сейчас ему было совершенно не весело.

– Анетт, вы должны это исправить. Не знаю, как, но вы просто обязаны что-то придумать и постараться успеть до завтра. Вы меня поняли? Ваша ошибка доставила Анне много неприятностей и причинила боль. И, чтобы вы знали, я не играл с чувствами вашей дочери. Во всяком случае, не намеренно.

Глаза Анетт округлились, а потом ее чересчур сильно выщипанные и накрашенные брови взметнулись вверх от негодования.

– Да вы…

– Мама! – вскрикнула Кэти, и рыжеволосая тотчас же замолчала. – Ты сделаешь это. Если не ради Анны, то хотя бы ради меня.

Поджав губы, Анетт подошла к Майку. От нее пахло лаком для волос и сигаретами. Майк посмотрел ей прямо в глаза, чтобы она понимала, насколько он зол.