Приверженная - Сандра Бушар

— Просто быть рядом? — убрав его руку с себя, я приподнялась на локтях и нависла над мужчиной. Теперь можно было рассмотреть каждую его делать. Волосы, глаза, кожу… На меня словно накатила лавина тех эмоций, копившихся последние месяцы и собрав волю в кулак, я сбивчиво прошептала: — Просто быть рядом становится все сложнее и сложнее. Почти так же сложно, как переступить эту черту, которая между нами. Я не знаю, что мне делать. Помоги мне, прошу…

Он пытался дышать медленно и ритмично, но это давалось с трудом. Положив руку Шакалову на грудь, я ощущала, как бешено колотится его сердце, зашкаливает пульс. Зрачки расширились, словно от приливая адреналина. Губы слегка приоткрылись, но только спустя целую минуту он смог пробормотать:

— Ты хочешь, чтобы я помог тебе принять решение?

— Именно. — мои пальцы скользнули по его запястью, затем выше по рубашке, пока не добрались к воротнику. Жилка на его шее так пульсировала, приманивая внимания, что я не удержалась и провела по ней дорожку, уходя прями под пуговки хлопковой ткани. — Помоги мне. Сейчас.

— Если бы я был на твоем месте, то даже не посмотрел в мою сторону. Бежал бы без оглядки. — внезапно прошептал он и на мгновение прикрыл глаза, когда я слегка ущипнула его за кожу и дальше повела ноготками. Одна пуговка, другая, третья…

— Но ты не на моем месте, Кирилл. Ты на своем. Скажи то, что думаешь ты. Чего ты хочешь? — моя ладонь добралась до его живота… Такое теплое тело, такой осторожный мужской запах просто сводили с ума! Я наклонилась вперед и зарылась носом в его волосы, отсчитывая секунды ударами сердца. Как же тяжело все это было, мучительно… — Скажи.

Как вдруг руки мужчины ожили. Он резко подхватил меня под талию, с гортанным рыком перевернув на спину. Я полетела на мягкие подушки и одеяло, а он, расстегнутый на половину, навис сверху. Его темный, полный желания взгляд прошелся по мне, словно желая распробовать момент, посмаковать, растянуть.

— Я хочу только тебя. — его пальцы скользнули по моей тонкой футболке, нетерпеливо стягивая ее вверх, а затем потянулись к резинке домашних штанов. — Всегда, Черничка.

Мне казалось, это будет сложно. Как начать заново ходить на едва сросшейся кости. Но как же я ошиблась!

Чувство полного опьянение захлестнуло с головой! Мои руки судорожно стягивая рубашку мужчины, затем брюки, боксеры… Его хрипы, слова, стоны, рыки затмевали разум, создавали вокруг нас вакуум, отделяющий от всех на свете.

— Как же ты пахнешь… — Кирилл провел носом по коже, а затем снова отстранился, словно впервые наблюдая за мной, обнаженной. Его руки заново изучали меня, словно помечая каждый участок тела собой и своей энергетикой. Глаза горели, дыхание исходилось, а терпение было на нуле. В конце концов, он просто слегка качнулся вниз и его теплые губы оказались прямо на вершинки груди, заставляя меня судорожно втягивать воздух носом. — Я хочу тебя съесть… Хочу тебя всю!

Он был по всюду. Он был везде… Его пальцы играли у меня между ног, пока язык плясал на сосках. Затем губы укрыли поцелуями кожу и коснулись того, чего так жаждала каждая клеточка моего тела… И все равно это было мало. Я хотела больше. Его, целиком и полностью.

— Нет. Иди ко мне. — с горем пополам мне удалось переломить себя и вернув каплю контроля над телом, потянуть Кирилла на себя. Мои ноги обвили его талию, крепко прижимая к себе и давая возможность вернутся обратно и отстранится. Мужчине требовалось сделать лишь один толчок вперед, чтобы все наконец произошло. Всего один. Но он медлил, словно решаясь на что-то.

— Ты уверена? Назад пути уже не будет. Я не смогу больше сдержаться… — я и сейчас не понимала, как ему удается держать контроль над животным нутром в такой момент. Меня рвало на части от желания, даже речи не шло о том, чтобы думать о чем-то важном. Но Кирилл смотрел на меня серьезно. Так же, как во время тех разговоров, которые решали наше будущее.

— Более чем. — моя рука скользнула на его щеку, словно желая поделится всем тем внутренним теплом, что копилось внутри. Дать часть энергетики, разделить свое нетерпение с ним. Я знала, как тяжело ему поверить. В мои слова, нас и совместное будущее… Чувствовала сомнение и нерешительность. Он боялся снова ранить меня, сделать больно, а также того, что после я буду жалеть. Так что взяв лицо мужчины в свои руки, я громко и четко произнесла по слогам: — Я хочу тебя.

И это решило все. Он смотрел мне в глаза, когда входил. Чертовски медленно и через чур осторожно! Я сжала руками его шею и ускорила процесс, желая больше… Страсти, эмоций, драйва, ощущений.

И Кирилл правильно понял мои желания. Его толчки становились все быстрее и быстрее. Дикая и животная жажда наконец взяла верх, и я просто получала то, чего так не хватало.

— Черт, как же хорошо чувствуется… — пробормотал он мне в губы, — Я не смогу так долго. Но хочу, чтобы ты кончила.

Мой организм отреагировал по щелку. То ли заводясь от слов мужчины еще больше, то ли просто поддаваясь его желаниям, я ощутила, как все сжалось, а потом просто разорвалось. Меня кидало из стороны в сторону, я кричала, царапала его, билась в судорогах, прижимая к себе мужчину сильнее и сильнее. Это было не похоже на оргазм. Не уж! Оргазм я испытывала ранее… Это было что-то новое, недоступное, убийственно приятное и необходимое…

— Черт, как же я люблю тебя, Черничка! — выдохнул он мне в шею, а затем кончил.

Все было быстро. Все было ярко. Все было впервые. Мы лежали молча, обнявшись, пытаясь внять все происходящее. Осмыслить по-новому и впустить друг друга в свой мир. Это было сложно… но возможно.

Покой — это как песочная картина на стеклянном столе. Какой бы идеальной она не казалась, подует ветер и все разрушится.

В тот день было много суеты, планов, надеж. И потом, долго-долго, я задавала себе вопрос: стало ли бы мне легче, знай я, чем закончится этот вечер? Смогла бы я исправить что-то, предотвратить? Ответ был один и тот же: нет. Судьбу не изменить, предначертанное не перешагнуть.

Но у меня была надежда и тот день… Глупые переглядывания с мужем, его нежные объятия, тихий шепот на ухо всяких милых пустяков. Мы были такие беззаботные, словно кто-то другой. Словно влюбленная пара, счастливые молодожены или обретшие надежду потерянные души. Наряжались к вечеру, ждали гостей, строили планы на завтра…

Завтра. Как много в этом слове…

— Ты очень красивая… — я стояла у зеркала, когда Шакалов обнял меня со спины и прижал к себе. Его нос зарылся в ложбинку на шее. Мужчина втянул воздух так сильно, что мурашки на теле успели станцевать танго. — Такая красивая, что сложно оторваться… Я хочу тебя. Снова.

— Мы не можем провести в постели целый вечер. У тебя важные гости, помнишь? — откинув голову назад, я прикрыла глаза, почувствовав, как узел внизу живота закручивается все сильнее. Бабочки порхали в теле и голове. Хотелось забыть обо все, закрыть все двери, окна и быть с семьей. Но реальность была непреклонна. — Перестань…