Ее тайный дневник - Джулия Куин

Она чувствовала, что у нее в душе что-то ломается. Маленькая трещинка… и еще одна, и с каждым разом ей становится все труднее и труднее притворяться, что ее жизнь такая, какой всегда представлялась в мечтах.

Миранда была терпелива. Последнее, чего она хотела от Тернера, так это фальши. Слова «Я тебя люблю» прозвучат ужасающе, если за ними не окажется настоящих чувств.

Но какой смысл углубляться в подобные рассуждения? Не сейчас, когда он так мил и внимателен. Она должна просто наслаждаться счастьем.

И она наслаждалась. Почти. Какая-то крошечная часть ее существа продолжала отравлять ей жизнь. Миранду это злило, потому что она не хотела тратить силы на то, чтобы бесконечно думать о вещах, которых она не в силах изменить.

Надо жить, благодаря Бога за то, что ей дано, и не думать постоянно о том, чего не можешь получить.

Появился Тернер и поцеловал ее в макушку.

— Миссис Хингем сейчас пришлет горничную с подносом.

— Я же просила тебя не спускаться вниз на кухню, — пожурила его Миранда. — Я знала, что ничего еще не готово.

— Если бы я сам не пошел туда, то пришлось бы ждать горничную, которая спросит, что мне надо, потом ждать, когда она спустится на кухню, потом ждать еду, которую приготовит миссис Хингем, потом…

— Хватит! — Миранда подняла руки. — Я все поняла.

— Я не отличаюсь терпением, а теперь мы приступим к трапезе намного быстрее, — теребя ее волосы, пояснил он.

«И я тоже не люблю ждать», — с грустью подумала Миранда.

Но муж не догадывался о ее мыслях — он, улыбаясь, смотрел в окно на деревья, уже покрытые тонким налетом снега.

В комнату неслышно вошли лакей и горничная. Они поставили подносы с едой на письменный стол Тернера.

— Твои документы не перепутаются? — спросила Миранда.

— Все в порядке. — Он отодвинул бумаги в сторону. — Мне важнее тебя накормить. Это самое главное на данный момент.

Горничная не удержалась от вздоха, услыхав такие нежные слова. А Миранда подавила улыбку — слуги, вероятно, думают, что хозяин объясняется ей в любви постоянно.

— Ну вот смотри, киска. Здесь тушеное мясо с овощами. Я настаиваю, чтобы ты все съела.

Миранда с сомнением посмотрела на блюдо, которое он придвинул к ней. Понадобится целая армия беременных женщин, чтобы одолеть это. Куда ей столько?

— Ты шутишь, — сказала она.

— Ничего подобного.

Муж окунул ложку в жаркое и поднес к ее рту.

— Тернер, я не могу…

Он настойчиво засунул ложку ей в рот. Миранда от неожиданности чуть не подавилась, но все же прожевала и проглотила содержимое.

— Я и сама справлюсь!

— Но так веселее.

— Для тебя — возможно.

Ложка снова оказалась у нее во рту.

— Это нелепо! — торопливо глотая еду, сказала Миранда.

— Вовсе нет.

— Ты придумал способ научить меня поменьше говорить?

— Нет, хотя жаль, что эта мысль раньше не пришла мне в голову.

— Тернер, ты неисправим…

— Ты так считаешь?

И снова ложка у нее во рту.

— Да!

Она разбрызгала содержимое ложки.

— Ой, у тебя капли на подбородке!

— Это твоя вина.

— Сиди смирно. — Он слизнул соус у нее с подбородка. — Ммм… Как вкусно.

— Поешь сам. И на тебя вполне хватит.

— Не хочу тебя объедать!

Она фыркнула.

— Ну, еще ложечку. Ой, кажется, я опять попал мимо рта.

Он облизал ей щеку.

— Ты делаешь это нарочно.

— Дорогая, ты обижаешь меня! — Он с оскорбленным видом положил руку на грудь. — Ты считаешь, что я дурно воспитан?

— Может, и не совсем так, но…

Она погрозила ему пальцем.

— Не говори с полным ртом. Это плохие манеры.

Миранда с трудом проглотила еду.

— Я тебе отомщу. Ты…

Она не договорила, потому что ложка попала ей в нос.

— Посмотри, что ты наделала. — Тернер покачал головой. — Ты вертишься, и я нечаянно пронес еду мимо рта. Сиди смирно.

Она плотно сжала губы, но ее тоже веселила эта игра.

— Вот послушная девочка.

Он наклонился и слизал подливку с кончика ее носа.

— Тернер! Щекотно!

— Ты единственная женщина на земле, у которой от щекотки чешется нос, — засмеялся он. — И у меня хватило соображения жениться на тебе.

— Перестань! Сейчас же перестань!

— Что перестать? Пачкать тебя подливкой или целовать?

— Кормить меня с ложечки, а чтобы поцеловать, для этого ведь не нужен никакой предлог.

— Неужели?

— Уж поверь мне!

— Какое облегчение!

Он ткнулся носом в ее нос.

— Тернер!

— Хм-м?

— Если ты тотчас меня не поцелуешь, я сойду с ума!

Он начал осыпать ее лицо легкими поцелуями.

— Этого достаточно?

Миранда покачала головой.

Тогда поцелуи сделались крепче.

— А так?

— Боюсь, что нет.

— Чего же ты хочешь?

Тернер обжег горячим дыханием ей губы.

— А ты? — в свою очередь, спросила она и, положив руки ему на плечи, стала гладить и массировать спину.

— О, Боже мой, Миранда, — застонал он, — это замечательно! Нет, не отнимай рук. Пожалуйста, продолжай!

Она улыбнулась:

— Ты такой податливый!

— Делай все, что хочешь, — стонал он, — только не останавливайся.

— Почему ты так напряжен?

Муж посмотрел ей в глаза:

— Ты прекрасно знаешь причину.

Она покраснела. Во время последнего визита врач предупредил ее, что пора прекратить супружеские отношения. Тернер недовольно ворчал целую неделю.

— Я не верю, — сказала Миранда, убирая руки с его плеч и улыбнувшись, когда он недовольно забурчал, — что я — единственная причина твоих болей в спине.

— Конечно, все дело в тебе. Я страшно расстроен, потому что отлучен от близости с тобой, — это моральный урон, а физический… Я устаю таскать по лестнице твое огромное тело.

— Тебе ни разу не пришлось делать это!

— Пусть так, но я думал об этом, и этого было вполне достаточно, чтобы у меня разболелась спина. Вот здесь.