Моя по праву - Виктория Волкова

Сатанею от бешенства. Я сейчас голову сверну организатору свадеб и тому идиоту, что придумал совершенно не смешной розыгрыш. И Владе достанется. Тоже хороша!

Нашла с кем целоваться! Меня что ли мало?!

Зайчона вместе с Марком подходит поближе. Снимает очки и шаль.

Галина!

Твою ж мать!

– Я сегодня дождусь свою жену, или вы моей смерти хотите? – рычу еле сдерживаясь. – Что вообще происходит? – сверлю Гришу негодующим взглядом. Башку сверну, если это его идея.

– Я не в курсе, Ростислав Владимирович, – впервые в жизни признается он. И даже смотрит по-детски обиженно.

– Да не боись, придет она сейчас, – довольно фыркает Марк. Улыбается. И мой сын безошибочно считав настроение деда, хихикает радостно.

– Иди ко мне, – протягиваю руки к малышу.

– Ты сейчас весь в слюнях будешь, – поспешно предупреждает Галина.

– Это всего лишь фрак, Галочка, – морщусь, подставляя лицо солнцу.

И как только маленькие ручки обвивают мою шею, легонько прикасаюсь губами к нежной, пахнущей молоком и присыпкой, щечке.

– Ждем маму, сынок! Смотри в оба.

Калитка открывается в третий раз. И тут я понимаю, что первые два – облажался. Как я вообще мог с кем-то спутать Владу?

Вот она степенно выходит на пляж. Важно ступает по дорожке. А затем, повинуясь безотчетному порыву, бежит ко мне.

Правда, бежит!

Вслед за ней неспешно подтягиваются на причал участники шоу. Скинуть бы их в воду, на фиг! Нашли с кем шутить.

Но сейчас все по боку. Главное, Влада. Шаль слетела с головы, а очки зайчона инстинктивно подняла на лоб. Спешит ко мне радостная и взволнованная.

Не могу устоять на месте и вместе с сыном шагаю навстречу.

– Дурацкий розыгрыш, – улыбаясь, вздыхает жена, падая в мои объятия. Утыкается лицом в грудь и признается. – Еле-еле дождалась, когда он закончится.

– Я чуть не сдох, – признаюсь честно. В обнимку идем к импровизированному алтарю. – Кто все эти люди, ты хоть знаешь? – намекаю на толпу сзади.

– Твои друзья, – пожимает плечами зайчона.

– А кто их звал? – интересуюсь мягко.

– Я, – улыбается жена. – Ты не рад?

Став рядом с женой под аркой, не скрывая интереса, разглядываю лица гостей.

И чертовски рад каждому.

Руслан Годаров, Манучар, Тима Морозов, одетые в точно такие же фраки как у меня, идут плечом к плечу как звезды Голливуда и улыбаются во все тридцать два.

Красавцы, блин!

А сзади их жены в платьях как у Влады.

Шутники, мать вашу!

– Я так понимаю, выхода третьей невесты мы не дождались? – смеясь, обнимаюсь с друзьями.

– Мы планировали, – хохочет Тимур. – Но твоя девочка такая нетерпеливая.

– Я тоже, – рычу, прижимая Владу к себе. И найдя глазами дородную тетку из ЗАГСа прошу. – Начинайте уже.

Народ рассаживается по местам. Регистратор торжественно открывает красную папку. А я кошусь на зайчону. На любимое личико падают солнечные блики, расцвечивая ресницы и волосы золотом.

– Люблю тебя, – шепчу хрипло.

Регистратор вещает что-то правильное. Но из-за казенных слов ее напутствия серьезно не воспринимаются.

– Вы согласны? – спрашивает она Владу.

– Да! – кивает моя зайчона.

Надевая кольцо на тонкий палец, ликую от счастья.

Вот и все. Влада моя! Моя по праву!

Эпилог

Год спустя.

Влада

– Признавайся, ты подглядел тогда! – смеясь, устраиваюсь поудобнее в объятиях мужа.

Славина рука привычно ложится мне на живот. Алису Ростиславовну мы ждем со дня на день. Поэтому и муж, и родители носятся со мной как с вазой эпохи Мин.

– Пора уже поставить точку в этой истории. Мне тоже хочется узнать, как тебе удалось правильно угадать правильное платье? Их же там было больше сотни, – улыбается Марк, отставляя в сторону пустой бокал.

Мы сидим на веранде около бассейна. Взрослые лениво тянут ледяное шампанское, а мы с Сашулькой пьем теплый яблочный сок.

– Я никогда не подглядываю, – в шутливом возмущении отпирается Градов и замечает, немного подумав. – Я не подглядывал, а смотрел в камеры наблюдения. Прежний владелец дворца их понатыкал по всему дому. И даже программу слежения установил в телефоне. Ну я и воспользовался.

Под общий смех Градов дурашливо пожимает плечами. Трет затылок с глуповатым видом.

Ну вот как на него обижаться? Тем более и Алиса Ростиславовна уже на подходе. Маленькая ножка ощутимо бьет в бок. И тут же ладонь мужа безошибочно ложится на выпирающую пяточку.

– Потерпи, малыш, – шепчет то ли мне, то ли будущему ребенку Градов. И будто что-то вспомнив, внимательно смотрит на Марка.

– Я все время забываю спросить, Марк, – роняет спокойно. – Выдели мою долю из маминых драгоценностей. Владе хочу подарить.

– Погоди, – напрягается Марк Васильевич. По лицу, моментально ставшему серьезным, пробегает тень беспокойства. Черкасов даже подрывается в кресле от неожиданности. – Я же тебе все передал с Владой. Ты же отдала ему мою посылочку? – смотрит на меня внимательно.

– Ну конечно! – восклицаю, вспоминая нашу первую встречу с Ростиславом.

– А когда? – насуплено тянет муж. – Я вроде ничего не получал.

– Три с половиной года назад, – восклицаем мы хором.

– Да? – оглядывает нас недоверчиво Ростислав. И под общий хохот несется наверх. В свой кабинет.

– Вроде еще рано для Альцгеймера, – фыркает ехидно Черкасов. Мама осторожно кладет руку на его предплечье.

– Марк…

Все-таки эти двое созданы друг для друга. Красивая пара. Дай бог и нам со Славой прожить вместе столько же.

Как говорится – в любви и согласии!

– Нашел! – возвращается радостный Градов. И протягивает мне запечатанный до сих пор пакет.

– Так ты и не открывал? – охает мама.

– Твоя дочь, Галочка, меня загипнотизировала с первого взгляда. Я вообще обо всем забыл.

– Ты перепутал гипноз с любовью, – поддевает брата Черкасов. – Совершенно волшебное состояние.

– Ну какая любовь? – выдыхаю с сомнением. – Мы тогда только увидели друг друга.

– С первого взгляда, зайчона, – усевшись рядом, чмокает меня в нос Градов.

Точными движениями распаковывает сверток, извлекая из-под пупырчатой пленки длинную деревянную шкатулку.

– Давай посмотрим, что тут у нас, – предлагает подмигивая. И открыв крышку, протягивает шкатулочку мне. – Выбирай!

– Ой, не знаю! – охаю растерянно. Оторопело гляжу на крупные перстни с бриллиантами и изумрудами. – У меня свое есть. Ты подарил. Я ношу. А это… – задыхаюсь не в силах подобрать слова.

– Реликвии, – улыбается мне Марк и добавляет задумчиво. – Интересно, она нас видит сейчас?

– Давайте, ей помашем, – неожиданно предлагает Ростислав. И обняв меня, первым поднимает ладонь к синей глади неба. Повторяю за мужем каждое движение. А следом и Марк с Галиной вторят нам. И даже маленький ничего не понимающий Сашулька.

– Мы любим тебя. Помним, – роняет полушепотом Марк Васильевич.

Смаргивая слезы, перевожу взгляд на сверкающее на солнце кольцо, подаренное