Роковой бал - Кристина Додд

Красный от унижения, Атоу, не поднимая глаз на Джейн, пробормотал слова извинения. Схватив жену за руку, он потащил ее прочь. Визгливый глупый смех Фредерики не умолкал, и Фицу захотелось вообще отказаться от общения с женщинами, по крайней мере... ну, на какое-то время.

Блэкберн злобно смотрел им вслед.

– Интересно, зачем Сьюзен их пригласила.

– Интересно, приглашала ли она их вообще, – откликнулся Фиц.

Блэкберн внимательно посмотрел на друга.

– Я об этом не подумал. – Он решительно повернулся к жене и поцеловал тыльную сторону ее руки. – Тебе принести чего-нибудь выпить?

Если на какой-то момент подозрение и закралось в его сознание, он не подал виду. Фиц подавил ухмылку. Блэкберн принял обвинения Фредерики с должным презрением.

– Да, хочу пить, – ответила Джейн. – И, пользуясь отсутствием леди Гудридж, рискну заметить, что мое колено от реверансов тоже болит.

Фиц заметил, что Джейн даже не пытается извиниться или привести какие-либо объяснения насчет своего поведения одиннадцать лет назад. Помня ее привязанность к Рэнсому, неудивительно, что у нее хватало здравого смысла игнорировать знаки внимания со стороны Атоу.

Так же, как сейчас игнорируют самого Фица.

Это было болезненное сравнение, равно как и понимание того, что скоро нужно будет принимать решение.

Де Сент-Аманд торопил с ответом, здоровье матери все ухудшалось, и у Фица не оставалось выбора. Совсем.

– Если Фиц раздобудет тебе стул, я принесу напитки и что-нибудь поесть.

– С удовольствием, – согласился Фиц.

– Я не голодна, – сказала Джейн.

Блэкберн опять поцеловал ее руку – на этот раз более пылко – и сказал:

– Ты не сможешь отказаться.

Фиц подождал, пока Блэкберн скроется из виду, затем поставил Джейн стул и предложил свою руку.

– Должен сказать вам, леди Блэкберн, что я простоял в очереди встречающих два часа, и почти двадцать ждал этого момента.

– Какого момента, мистер Фицджеральд? – Она позволила ему довести ее до стула и опустилась с усталым вздохом.

– Видеть моего лучшего друга женатым, знать, что когда какие-то циничные ублюдки – прошу прощения, миледи – тревожат его жену, он с готовностью встает на ее защиту, словно боится, что ее могут украсть. Он по уши влюблен. – Фиц потер ладони друг о друга.

Она выглядела вежливо-недоверчивой.

– Разве?

– Все это видят. Посмотрите, как они за вами наблюдают. Как они сплетничают о его увлечении.

Джейн слабо улыбнулась.

– Посмотрите, с каким интересом они обсуждают, сколько это продлится, прежде чем он вышлет меня в деревню.

От ее ответа торжество и восторг Фица несколько поблекли. Джейн говорила так, будто сама задавалась теми же вопросами. Но она влюблена. Конечно, она должна быть влюблена.

– Брак не так уж плох, а? Даже для такого закоренелого холостяка, как Блэкберн.

– Совсем неплох. – Джейн сдержанно улыбнулась. – Брак мгновенно возвысил меня в обществе, точно так же, как когда-то унизил скандал, он развеял мои переживания о будущем.

Фиц смотрел на нее, хорошо одетую, красиво причесанную, ровно и неподвижно сидящую на стуле. По ней никогда не скажешь, что она, скорее всего, испытывает волнение новобрачной. Взяв стул, Фиц сел рядом с Джейн, наклонился к ней, упираясь руками о колени.

– Я знаю Блэкберна очень хорошо, и хотя он сложный человек и не все его качества вызывают восхищение, это очень крепкая натура. Он всегда выполняет свои клятвы.

– Хочет он того или нет. Лестно это слышать. Волнение? Да тут целая драма!

– Он не женился бы на вас, если бы не хотел. Рискуя быть дерзким, напомню, что в прошлый раз он этого не сделал.

Джейн покраснела, но сдержанно ответила:

– На этот раз все было несколько иначе.

– Я не знаю, как все происходило. «Кроме того, что наперебой рассказывали очевидцы», – добавил он про себя. – Но все бы не зашло так далеко, если бы он не был решительно настроен жениться.

Она не ответила, но, волнуясь, стала теребить платок.

– Ну, скажите, какие еще могут быть причины для такой настойчивости с его стороны?

– Я не знаю, но он не говорит мне всей правды.

Фиц вздрогнул. Он думал то же самое. Но что Блэкберн может скрывать?

– А кто говорит всю правду? – находчиво ответил он вопросом на вопрос. – Вы разве рассказали ему все свои секреты?

– У меня нет никаких... – Она что-то вспомнила и прервала себя. – Нет, мне нечего скрывать.

– Вот видите. – Фиц наклонился к ней, заглядывая в лицо, и Джейн была вынуждена посмотреть на него. – Блэкберн привязан очень крепко, и это сделали вы.

– Но он не собака, чтобы держать его на поводке.

– Нет. – Фиц весело усмехнулся. – Он жеребец, а вы... – До него вдруг дошло, что неуместно будет повторять аналогию Блэкберна. – Миледи, вы не пожалеете, что вышли за него замуж.

Она задумалась над его заверениями, и ее обеспокоенное лицо прояснилось.

– Зовите меня Джейн.

Ей-богу, он зарывает свой талант в землю, ему следовало стать священником, дающим советы новобрачным.

– Джейн. А вы зовите меня Фиц.

– Фиц... вы думаете, что я могу доверять ему?

– Вы можете жизнь ему доверить. Она прижала ладони к груди.

– Я больше переживаю насчет его верности.

– В этом вы тоже можете ему доверять.