Осколки - Александра Эльданова

— Нет, так, наверное, лучше, — кивнула девочка, — только я уеду завтра…

— Ладно, это вечером Игорь заедет, поговорим, может что-то придумаем.

— Может, я не поеду, а? — спросила Дашка.

— Даш, давай это все вечером, ладно? Я тебе ничего сейчас не скажу.

— Ладно, вечером так вечером, — вздохнула она.

— У тебя везде блат? — спросила я Топольского, когда мелкая ускакала собираться дальше.

— У меня много знакомых, Санечка. Как видишь, в этом есть плюсы. Закинем ребенка домой и поедем в больницу?

— Да, как раз по времени уложимся — Дашка еще час копаться будет, не меньше.

В этот раз нас пустили без проблем. Коридор, почему-то, был пустой и каждый шаг отдавался глухим эхом. Как я буду Андрею в глаза смотреть?

— Давай, я подожду, — остановился перед палатой Сергей.

Я молча кивнула, постояла в нерешительности еще пару секунд и, вдохну поглубже, как перед прыжком в холодную воду, открыла дверь.

— Сашка, — Андрей попытался улыбнуться.

— Привет, — я придвинула стул поближе к его кровати и села, — ты как?

Было страшно смотреть на почти черные тени под глазами, заострившееся лицо и, почему-то, желтую кожу.

— Живой, — говорил он тихо и нарочито четко, — Дашка?

— Со мной. Испугалась, но я обещала, что с тобой все будет хорошо.

— Спасибо, — друг устало прикрыл глаза, помолчал и сказал, — ты ни в чем не виновата.

— Андрюш… — Погоди, — он поморщился, — мне сказали, ты меня спасла.

— Если бы не я, то и спасать бы не пришлось.

— Давай я хотя бы встану, и мы поспорим, ладно?

— Обязательно. Ты только поправляйся.

— Спасибо, Саш. И за Дашку тоже.

— Иди ты, — я отвернулась. Второй раз за неделю плачу в чужой палате.

— Саш…

— Нормально все, — я вытерла слезы неловким нервным движением, — Меня выгонят сейчас, так что скажи — ты против, если Дашка все-таки уедет в свой лагерь? Дядя Игорь говорит, там нормальная охрана, можно ребенка доверить.

— Не против, я поправлюсь как раз. Не надо, чтоб мелочь видела.

— Она переживает и не уедет, если тебя не увидит.

Друг закрыл глаза и вздохнул — тяжело ему даются разговоры еще.

— Ладно, если пустят, пусть.

— Ты не видел, кто тебя ударил? — спросила я.

— Нет. Там темно, а он в капюшоне, — Андрей помолчал, — голос тоже не узнал.

— Он с тобой говорил?

— Да, закурить попросил… пока я зажигалку доставал, он и ударил.

Я молчала — слова не находились.

— Саш… Он ведь этого и добивается, чтоб ты страдала. Не надо, сделай назло.

— Как у тебя просто.

— И об этом я тоже поспорю… — Андрей вздохнул, — когда встану.

— Хорошо, — я попыталась улыбнуться, — я пойду, ладно? Пустили всего на десять минут. Как разрешат, я тебе вкусняшек и телефон притащу.

— Лучше ноутбук. И не терзайся.

— Попробую, — я поцеловала его в горячий лоб, — все, поправляйся.

— Все нормально? — спросил Сергей, когда я вышла в коридор.

— Да. Мне надо врача найти, поговорить о возможности перевода. Не хочу, чтоб Андрей здесь лежал. Врачи тут, может, и хорошие, но вот остальное…

— Пошли искать.

— Ты мне хоть поговорить с ним самой дашь? — получилось резковато. Зря, Сергей ни в чем не виноват, злиться я могу только на себя.

— Считаешь, что я тебя слишком опекаю?

— Есть немножко. Никто меня здесь не съест, можешь внизу подождать.

— Не могу. Лучше я у кабинета подожду, пока ты будешь с врачом разговаривать. Все, пошли.

Ну да, кто бы сомневался, что Топольский так легко сдастся?

Сергей.

— К чему пришли? — спросил я, когда Саша вышла от главврача.

— Через три-четыре дня продолжим, но, в принципе, перевезти Андрея можно. Пойдем на улицу, пожалуйста, мне в этих коридорах дышать трудно.

— Пошли, за кустами лавочка есть, во дворе — посидишь, успокоишься.

— Так заметно, что нужно успокоится? — нервно улыбнулась она.

— Пошли, — я приобнял ее за плечи.

— Не бойся, плакать не буду, — она натянуто улыбнулась.

— Плачь. Ты со вчера как замерзла — так нельзя, Саш.

— Можно. Я всю жизнь такая.

— Если долго сдерживаться, потом прорвет в самый неподходящий момент.

— Да понимаешь… Он меня спасал, а я не успела. Десять минут, Сереж, и Андрей бы не сидел в этом дворе.

Можно было вообще не ходить в кино вчера, в конце концов. Если с Лешкой я ничего не могла сделать, то Андрей…

— Ты думаешь, эти десять минут бы решили что-то? Давай логически, Саш — если Клоп этот, все же жив и начал охоту на твоих друзей, то просто выбрал бы другое место и время. Андрей для тебя близкий друг и сильная опора, его нельзя оставлять, если нужно тебе почву из-под ног выбить.

— Но в другой раз могло тоже не получится!

— Если бы у бабушки… Прости. Саш, это уже случилось, уже ничего не сделаешь, только разбираться с последствиями. Ты ведь сама это все понимаешь.

— Понимаю. Просто я устала бояться и… Да, Андрей правда для меня поддержка и близкий друг.

— Саш, а как вы с ним познакомились? — задал я вопрос, который, как казалось, должен ее отвлечь, — Двенадцать и пятнадцать — это же пропасть.

Девушка едва заметно улыбнулась:

— Андрей любил читать, а