Темный горец - Донна Грант

Та вежливо кивнула в ответ.

— Последний из Воителей, кого ты не знаешь, — Гэлен указал подбородком на дальний конец стола, — Кэмдин Макенна. С черными длинными волосами.

— А рядом? Со шрамом? Это, должно быть, Малькольм? — догадалась Риган.

— Он самый.

— Мне он кажется очень одиноким и замкнутым…

Поставив локти на стол, Гэлен отломил себе кусок сыра.

— Он же не Воитель, вот и чувствует себя неуютно. Почти все время блуждает среди утесов.

В зале появились Фиона с Браденом. Как обычно, мальчик сразу же кинулся к Логану.

— Похоже, Браден доставляет ему радость.

Кивнув, Гэлен обернулся к Риган.

— Прошлое Логана — это как сумрак, который растет в нем изнутри. Если мы перестанем себя контролировать, боги захватят нашу волю. А Дейрдре только этого и надо.

— И тогда она сможет управлять вами?

— Точно. Логан, как и большинство Воителей, хранит свое прошлое внутри себя, однако Брадену удается заставить его улыбаться по-настоящему искренне.

— Тогда я еще больше рада, что Фиона и Браден решили остаться.

Посмотрев в серые глаза Риган, Гэлен испытал непреодолимое желание вернуться с ней обратно в спальню. Он уже почти собрался шепнуть ей об этом, когда на верху лестницы возникла фигура Мейри.

— Риган, — тихонько проговорил Гэлен.

Взглянув на лестницу, Риган чуть слышно пробормотала в ответ:

— Ничем хорошим это не кончится.

— Пусть с ней сначала поговорит Фэллон.

Как и ожидал Гэлен, Фэллон действительно поднялся с места:

— Ты решила присоединиться к нам, Мейри?

— Отнюдь, — ответила старейшина, окидывая зал с плохо скрытой ненавистью. — Я пришла сказать, что больше не позволю Гэлену запугивать меня.

Гэлен почувствовал, как ногти Риган впились в его запястье. Он выдернул руку и положил ее сверху ладони Риган, стараясь сохранять спокойствие.

— Гэлен использовал свою силу, способную контролировать чужой разум, и привел нас сюда обманом, — продолжала Мейри, — да еще и настроил Риган против соплеменников. Он затащил ее к себе в постель и пользует, как ненасытную шлюху!

От этих слов ярость закипела в Гэлене, грозя вырваться наружу. Он вдруг почувствовал, как во рту начинают прорезаться клыки, и был уверен, что если бросит взгляд на свою кожу, обнаружит на ней знакомый зеленый оттенок.

— Немедленно прекрати! — крикнула Риган, вскакивая на ноги. — Мне противно слышать твое грязное вранье!

— И в чем же это я лгу? Спроси Гэлена о его силе, пусть он сам скажет. Ведь каждый Воитель имеет собственный, особенный дар.

— Как и каждый друид обладает собственной магией, — заметила Айла, стараясь быть спокойной, однако ее голос был тяжел и дрожал от гнева. — Скажи прямо, отчего ты боишься Воителей?

— Я устала повторять одно и то же, — проскрипела старейшина. — Гэлен привел нас сюда насильно.

— Достаточно! — взревел выведенный из себя Фэллон. — Твои претензии по меньшей мере возмутительны!

— Зато правдивы, — парировала Мейри, гордо задрав подбородок.

Похоже, Риган никогда в жизни не испытывала такого бешенства. Ее приводило в ужас, что слышит подобные заявления про Гэлена от женщины, которую почитала, как родную мать.

— Можешь убираться назад в Лох-Оу и наесться яда по примеру Нессы с четырьмя стариками. Никто тебя здесь не держит. Гэлен и Логан предложили нам безопасность. Это был твой личный выбор. А не хочешь — порог сзади.

Старейшина шмыгнула носом, но на лице осталась застывшая маска ненависти. Никогда еще Риган не приходилось видеть Мейри в таком состоянии. В зале царила мертвая тишина, все ожидали, что еще скажет старейшина.

— На земле еще нет Воителя, который бы заслуживал доверия, Риган. Это знают все, кроме тебя и набитой дуры Фионы. Я понимаю, как приятно пристроить мужика между раздвинутых бедер. Ты предала свой собственный народ!

Риган чувствовала, как у нее подгибаются колени, и только сильная опора в виде руки Гэлена позволяла ей оставаться на ногах.

— Не спорь с ней, — прошептал Гэлен, — будет только хуже.

Чувствуя себя оскорбленной и опозоренной одновременно, Риган покачала головой, в надежде стряхнуть хлынувшие слезы. Маклауды дали Мейри кров в своем доме и обеспечили надежную защиту, и как же отплатила она за эту заботу? Обращаясь с женщинами, как с прислугой, и понося всех, кто живет в замке?

— Видите?! — взвизгнула Мейри, указывая на Гэлена. — Он еще и шепчет ей на ухо, наверное, подсказывает, как вести себя дальше!

Выдернув у Гэлена руку, Риган метнулась к основанию лестницы.

— Перестань немедленно! Гэлен заботится, чтобы я не нуждалась ни в чем. Куда подевались твои мудрость и доброта? Я очень тебя прошу, перестань говорить эту отвратительную ложь.

В ответ старейшина зашлась в жестоком истерическом смехе:

— Он же использовал свой дар, чтобы залезть ко мне в голову.

— Гэлен сделал это только ради Риган, — заметил Логан. — Я же был там и все видел. Ему требовались ответы про Риган, ответы, которые ты отказывалась ей дать!

— Полагаешь, я стану перед тобой отчитываться? — спросила Мейри, демонстративно плюнув на пол.

— Мы просто беспокоились за Риган, — пояснил Гэлен, невероятным усилием воли сохраняя терпение.

— Скажи-ка мне, Воитель, ты часто залезаешь в чужой мозг, чтобы вволю кем-нибудь покомандовать? — осклабилась старейшина.

По Риган скользнул неприятный холодок, поскольку вопрос повис в воздухе. Переведя взгляд, она увидела, что кожа Гэлена светится яркой зеленью. Ее сердце упало, похоже, Мейри отыскала его слабое место.

— Это не имеет никакого значения, — ответила Риган за Гэлена.

— Нет, это имеет значение. И скажу прямо: иногда мне приходилось это делать.

— Я так и знала! — Мейри, словно ребенок, захлопала в ладоши. — Да, я была уверена, что ты — воплощение зла, как, впрочем, я и подозревала с самого начала. Насильно забрался в мой разум, насильно увел из поселка.

Теперь уже Кара, Маркейл, Айла, Ларина и Соня — все пятеро — не сговариваясь вскочили со своих мест и встали рядом с Риган.

— Я услышал достаточно! — Низкий грудной голос Фэллона прокатился по залу гулким эхом. — Если ты не хочешь оставаться, причем по любой причине, тебя здесь никто не держит. Нам не нужны пленники.

— Мы предложили тебе жить там, куда не проникает зло, — добавил Лукан, опершись о стол. — А зло продолжает охотиться за вами вне этих стен. Но мы не собираемся выслушивать гнусности ни про Гэлена, ни про Риган, ни про кого-нибудь другого.