Темный горец - Донна Грант

— Ну а потом Гэлен схлестнулся с Мейри. Он пытался уговорить ее сказать правду, а когда не получилось, проник в ее разум.

— И что же ты увидел? — вмешался Лукан, стрельнув в Гэлена глазами цвета морской волны.

— Это был лишь проблеск, маленькая картинка. Я увидел Мейри вместе с Риган. Только Мейри теперь состарилась, а Риган осталась прежней.

— Поддерживаю слова Логана, что на месте Гэлена мы бы сделали то же самое, — сказал Хейден. — Он действовал только в интересах Риган.

Гэлен поймал на себе взгляд Рамзи. Он не произнес ни слова во время всего разговора и лишь задумчиво разглядывал друга.

— А ты управлял уже чьим-нибудь разумом? — спросил Йен.

— Я это сделал лишь однажды, и это меня почти убило, — кивнул Гэлен близнецу.

— Расскажи нам про это, — потребовал Куин.

Гэлен вздохнул и со скрытой ненавистью выудил из памяти то, что так старался забыть навсегда.

— После того как мне удалось убежать из Кэрн-Тула, я стал искать свой путь в этом мире, поскольку он слишком сильно для меня изменился. В своих странствиях я набрел на поселок, расположенный на самом краю Англии. Там английские солдаты убивали и мужчин, и женщин. Они без зазрения совести насиловали малолетних девочек.

Гэлен запнулся на несколько мгновений, с трудом сглотнул и продолжил:

— И тут я подумал, что смогу сделать так, чтобы мой дар послужил доброму делу. Даже не касаясь солдат, а простым усилием воли собственного бога, одним лишь взглядом. Я заставил одного из солдат оставить девочку в покое и напасть на своих товарищей. Сначала он застыл, как каменная статуя, а потом принялся делать то, что я ему приказал.

— И что же с ним случилось в конце концов? — спросил Логан.

— Понятия не имею. Все это произошло, словно я находился без сознания. Я приходил в себя несколько дней и никогда не пытался повторить подобное. Если Мейри не изменила свое сознание благодаря моему вторжению, что ж, попробую проделать такое еще раз.

Фэллон откинулся на спинку стула.

— Каждый из нас обладает своим особенным даром. У кого-то эта энергия может быть сильнее, и тогда контроль над ней теряется. Мы не в силах повлиять на наших богов, наоборот, это они на нас влияют. Живя с тем, что нам дано, мы можем лишь стараться изменить все к лучшему.

Понимая, что Фэллон бесконечно прав, Гэлен с горечью осознавал, что сказанное старейшиной не имеет к нему никакого отношения. Не сходя с места, он окинул взглядом каждого из собратьев.

— У меня нет никакого контроля над своей силой. Если захотите, я могу заглянуть в ваш разум, узнать ваши мысли и чувства.

— Любого, до кого дотронешься? — уточнил Арран.

— Любого. Человека, Воителя, друида, даже виррана. И даже животного. Я стараюсь управлять своей силой, но это ускользает. В мире есть только один человек, касаясь которого я не вижу ничего.

— Риган, — пробормотал под нос Логан.

— Да, — кивнул Гэлен, — Риган. Я не знаю, почему так происходит. Может быть, из-за заклятия, которое она сама на себя наложила, может быть, из-за чего-то еще.

— Ты не рассказывал об этом раньше, опасаясь, что мы тебя выгоним из замка, ведь так? — спросил Лукан.

— Именно так. — Как же Гэлен ненавидел собственный страх. Но ведь вряд ли кто-нибудь мог осознать тот панический ужас пребывания среди других людей, в мозг которых он мог забраться помимо собственной воли.

Теперь у него была другая семья, и он был готов бороться за то, чтобы не потерять ее.

— Такое происходит каждый раз, если ты до кого-то дотронешься? — спросил Хейден, поднимаясь на ноги и подходя к Гэлену.

— Каждый. — Еще не поняв, что происходит, он почувствовал руку Хейдена на своем плече.

— Теперь-то я понимаю, почему ты всегда держишься по меньшей мере в шаге от остальных.

Гэлен изо всех сил стиснул зубы в ожидании увидеть самое худшее из прошлого Хейдена. Но ничего не ощутил, кроме теплой волны дружелюбия и сочувствия. Чувство глубокой благодарности к братьям-Воителям охватило Гэлена.

— Это для того, чтобы ты не сомневался, — кивнул Хейден, снимая руку с плеча Гэлена.

— Я полагаю, что Хейден сделал это от имени каждого из нас, — произнес Фэллон, тоже поднимаясь на ноги. — Мы нуждаемся в тебе, Гэлен. И никто не посмеет усомниться в том, что вы вывели друидов, а особенно Риган, из поселка по их собственной воле, они просто приняли ваше приглашение.

— Спасибо вам, — коротко ответил Гэлен и без лишних слов вышел из зала.

Его начало беспокоить отсутствие Риган, поэтому он поднялся на крепостную стену и внимательно осмотрел окрестности. К собственному облегчению, он обнаружил ее неподалеку, окруженную женщинами. Хотелось подойти и все объяснить, однако не было уверенности, что она начнет выслушивать именно сейчас. Успокаивало же только то, что Риган не собирается уходить с Мейри, по крайней мере так полагал он сам.

— Она прекрасна.

Оглянувшись через плечо, Гэлен увидел прислонившегося к камням Рамзи, всем своим видом выражающего полное безразличие. Однако он слишком хорошо знал своего друга, никогда не говорящего что-либо просто так.

— Да, — согласился он, — она прекрасна.

— Почему же ты тогда еще здесь?

— Ей нужно время успокоиться. Слишком многое изменилось за такой короткий срок.

Стукнув носком башмака по камню, Рамзи подошел к Гэлену и встал рядом.

— За все долгое время нашего знакомства я ни разу не видел, чтобы ты смотрел на женщин так, как смотришь на Риган. Иди же к ней не мешкая, что тебя держит?

— Только лишь сознание того, что я не могу справиться с собственным богом. Не могу я ему позволить такую роскошь. Я раньше думал, что мне придется всю жизнь провести в одиночестве, считал, что это мой рок, моя судьба. И вот я впервые поцеловал Риган, и мгновенно осознал, что ее разум для меня заперт…

— Ты хочешь сказать, что это стало единственной причиной, чтобы оставаться с ней вместе?

— Не стану лгать, — ответил Гэлен, глубоко вздыхая и пытаясь обуздать скачущие мысли, — это тоже имело значение. Но вот только сегодня в зале, когда Мейри потребовала от Риган покинуть замок и я вдруг понял, что могу ее больше никогда не увидеть, у меня возникло ощущение, будто я сломан напополам.

— Вот и заботься о ней.

— Мне хватает одной лишь мысли о том, что когда она вновь потеряет память, мне придется снова ее добиваться.

Рамзи изогнул свою черную бровь.

— Риган — единственная женщина, которой ты можешь коснуться без опаски. Ты смог бы отказаться от нее во имя ее же блага?

— Смог бы, как бы тяжело мне это ни было.

— Это, Гэлен, говорит только о том, что ты очень хороший и добрый человек. Забудь Мейри с ее грязными словами и думай о своей Риган. Ты просто теряешь время.