Любовь с уведомлением - Алина Аркади

и чувств, уничтожил все стены, которые я выстраивала рядом с ним. Разрушил, но собрал всё заново. По-своему, по понятным лишь ему правилам. Я люблю его, и дело не в том, как он заботится обо мне, находясь рядом в самые сложные моменты, а в том, как смотрит. Рядом с ним нет вопросов и сомнений, всё просто и понятно. Он окружил меня теплом и любовью, потому что, кажется, впервые по-настоящему любит сам.

– Даш? – Негромкий голос врывается в мысли, напоминая, что я стою посреди комнаты, а муж поглаживает мой животик. – О чём задумалась?

– Я так тебя люблю, – висну на его шее и тихонько скулю.

Настроение неподвластно даже мне самой, и такие моменты Илья стойко переносит, поглаживая меня по волосам и нашёптывая нежности. Его терпению можно позавидовать, когда дело касается меня.

– Когда это закончится? – всхлипываю, вытирая слёзы. – Понимаю, что со стороны выгляжу неадекватно и странно, но это накатывает, словно волны, и быстро отступает.

– Закончится, когда дочка родится. Осталось два месяца: ты придёшь в норму, твои родители сойдут с ума от счастья, а мои получат второго внука. Точнее, внучку, которую, как считает моя мать, можно будет тискать и целовать без сопротивления. Она, кстати, уже решила, что девочка пойдёт в балетную школу.

– Серьёзно? А когда принималось решение и почему я в этом не участвовала? – постукиваю пальчиками по животу и чувствую, что дочь с данным условием не согласна.

– Недавно. – Илья почёсывает нос, что даёт понять: меня вообще не собирались посвящать в этот вопрос. – Мама уверена, что у неё будут красивые, ровные ноги, которые позволят стать балериной. Как у меня. – Муж крутится, заставляя рассматривать то, что последние два года я и так вижу каждый день.

– Сомнительное утверждение…

– В смысле? Я два года ходил в балетный класс.

– Чего?! – не могу скрыть удивления, потому что слышу впервые.

– Да. Мама отдала в пять лет. И кстати, – тычет в меня пальцем Илья, – добился бы значительных успехов, если бы в какой-то момент не решил, что балет – занятие не для мальчиков, и принципиально отказался посещать класс.

– Илья Андреевич, – прищуриваюсь, внимательно осматривая мужа, – есть ещё скрытая информация, которую мне положено знать?

Вересов медленно приближается, а затем присаживается передо мной так, что его лицо оказывается вровень с моим животом.

– Только одна. Я решил, как мы назовём дочь.

– Удиви меня.

– Инесса!

– Что?! – подскакиваю, но теряю ориентацию в пространстве и плюхаюсь обратно на диван. Я ещё долго припоминала Вересову историю с поклонницей и сейчас готова наброситься с кулаками, лишь бы переубедить.

– Дашенька, успокойся, – понимает, что спровоцировал бурю и обнимает, чтобы моё дыхание восстановилось. – Дерьмовая шутка, я понял.

– Я только забыла об этой Инессе, – кривляюсь, произнося имя той, что не раз становилась причиной ссор.

– Облажался. Женя.

– Что?

– Вересова Евгения Ильинична. Нравится? Женя, Женечка… – Муж зажмуривается, смакуя имя нашей дочки.

– Нравится. Остановимся на нём? Насколько я помню, было несколько вариантов: Мария, Лилия и Вероника.

– Я решил, что будет Женя. И тебе, по-моему, нравится, а ей? – поглаживает мой живот, ожидая отклика, который не заставляет себя ждать. – Нравится. Так что вопрос с именем закрыт, а ты…

Звонок домофона отрывает от невероятно приятного занятия, занимая на следующий час погрузкой вещей. Отправляемся в аэропорт, чтобы через пару часов оказаться в Москве. Квартира встречает пустотой и дискомфортом. Мы останавливались здесь, когда наведывались в столицу на праздники родных и премьеры в театре, которые я старалась не пропускать, радуя свекровь.

Раскладываю те немногие вещи, что удалось засунуть в чемодан, пока Илья заказывает доставку, чтобы накормить вечно голодную меня. Несколько голосов заставляют оторваться от занятия и выйти из комнаты.

– Привет! – На меня несётся Юлька, но останавливается, разглядывая живот. – Ого, вы такие большие! Когда виделись в последний раз, животик был еле заметен.

– Нам уже семь месяцев, – подхватываю девушку под руку и тащу в направлении кухни, где уже активно общаются мальчики. – Теперь будем видеться чаще. Честно, я скучала, – признаюсь Юле, – ты моя единственная подруга.

– Я рада, что вы вернулись. И Ярик рад, он иногда с ума сходит без компании друзей.

– А как же Эд? Он всегда выступает за любую инициативу.

– А ты не знаешь? – Глаза Юли расширяются, словно я пропустила невероятно важный момент и сейчас меня разорвёт от новостей.

– Нет.

– Потом расскажу.

Ярослав уже устроился на небольшом диванчике, а Илья тискает годовалого Сашу, ловко справляясь с вверенной ролью. Смотрю на мужа и понимаю, что он будет прекрасным отцом, способным позаботиться о дочери.

– Тренируешься? – хихикает Юлька, забирая сына, потому что, завидев её, он тянет ручки и недовольно кривится. – Скоро и ты познаешь все прелести ночей без сна, детских криков и разбросанных повсюду игрушек.

– Я готов! Буду даже ночью вставать сам.

– А вот это я бы делать не советовал, – ухмыляется Ярик, закатывая глаза.

– Почему?

– Илюх, ну встал ты ночью к ребёнку, и? Делать что будешь? У тебя, вообще-то, груди нет, чтобы его покормить. Поэтому, посмотрев пару минут на маленького орущего человека, ты всё равно пойдёшь будить Дашу. Всё. Отцовская миссия выполнена.

– Не подумал. – Вересов чешет затылок, а мы хохочем, упиваясь его недоумением.

– Всё будет хорошо, – успокаиваю Илью, обнимая и оставляя поцелуй на щеке. – Будем решать проблемы по мере их поступления.

– Кстати, о проблемах, – несмело начинает Юля, посматривая на Ярика и Вересова, словно они связаны какой-то тайной, неизвестной лишь мне. – Даш, мы хотели сказать…

– Эй, есть кто дома? Вы где? – Из коридора доносится знакомый голос, и через несколько секунд в двери протискивается Эд.

После сказанного в тот злополучный день друг Ильи не один раз извинялся передо мной, убеждая, что не преследовал цели оскорбить. Я его простила, но всегда соблюдала дистанцию, вспоминая о том случае. Всё же дружба, связывающая мужчин, имеет двадцатилетнюю выдержку, что немаловажно.

– Привет, – откликаемся почти хором.

– Юля и Ярик уже знакомы, остались только вы, – смотрит на нас с Ильёй. – Хочу познакомить вас со своей девушкой. Отношения более чем серьёзные, поэтому прошу отнестись с уважением.

Эд исчезает, и в коридоре слышится шёпот, а Юлька успевает шепнуть мне на ухо:

– Приготовься.

Вот только к чему, я понимаю, когда в комнату вплывает Диана. Та самая, что два года назад стала причиной наших с Ильёй проблем. С тех пор я не отслеживала, что происходит в её жизни, разорвав контакты. Зависаю, ошарашенная знакомством с той, кого предпочла бы никогда не видеть.

– Не понял… – первым отмирает муж, загораживая меня собой, словно защищая от всего, что может