Когда замуж, Инка? - Лиззи Дамилула Блэкберн

– Иными словами, ты ДЕВСТВЕННИЦА? – Таким же тоном Маркус мог бы назвать меня «томатом» или «лобстером».

Я вздыхаю. Вот по этой самой причине я ни с кем не откровенничаю о своей личной жизни.

Правильнее сказать, об ее отсутствии.

– Но тебе уже тридцать с лишком! – восклицает Маркус.

– В точку! Перед тобой девственница тридцати одного года от роду. Зови меня Девой Марией.

Моя попытка разрядить обстановку Маркуса ничуть не веселит. Он продолжает моргать, демонстрируя крайнюю степень недоумения.

– Вау! – выдавливает он наконец. – Впечатляет! Но это большая редкость. Подожди… Ты хочешь сказать, что у тебя с твоим бывшим не было… ничего такого?

Я отвожу глаза.

– Мы кое-как справлялись. Но секса… не было.

– Ну и дела! – Маркус делает глоток вина и смотрит на пустой экран телевизора. Видно, что он потрясен.

Я кусаю губу.

– Это будет проблемой? – После этого моего вопроса мы оба молчим. Я бы и не смогла говорить – слишком бухает сердце.

К моему облегчению, Маркус в конце концов переводит взгляд на меня. Уголок его губ чуть приподнимается.

– Нет, – отвечает он тихо. У меня спазм в животе.

Волна приязни подталкивает меня к нему, я беру в ладони его лицо.

– Спасибо. – Я заглядываю ему в глаза. – Спасибо за понимание. – Я пытаюсь поцеловать его в губы, но он отстраняется.

– Полегче! Я не думаю, что это хорошая идея, а ты?

– Ты прав, – смущенно соглашаюсь я и отодвигаюсь в дальний угол дивана.

Нам надо поговорить

Среда

«Ваш звонок переведен на голосовую почту номера 0798…»

Я огорченно прерываю звонок. С воскресенья от Маркуса ни звука. После того как мы поняли друг друга, он немного перевел дух – спасибо красному вину, – и мы стали смотреть кино; два часа он обнимал меня за плечи.

И вот я стою в Пекхэме перед кафе Costa, жду Джо-Брайана и в который раз пытаюсь пробиться в голосовую почту Маркуса. Как мы умудрились дойти до такого?

– У вас не найдется мелочи?

Я отрываюсь от телефона и вижу мужчину с усталыми запавшими глазами, в длинном пальто.

– Извините, у меня нет мелочи.

Бездомный шаркает дальше, а меня окатывает волной стыда. Я роюсь в сумочке.

– Вот, возьмите! – Я догоняю его и протягиваю батончик Yorkie.

Его щербатая улыбка наводит на мысль о клавишах пианино.

– Спасибо. – Он берет шоколадку.

– Как вас зовут? – спрашиваю я, не давая ему отвернуться.

Он смотрит на меня так, словно ему никогда в жизни не задавали этот вопрос.

– Томас. – Он щурит в улыбке глаза.

– Томас… Знаете, мне всегда нравилось это имя. Вы слышали о мероприятии для бездомных сегодня вечером?

– Мероприятие?.. – непонимающе переспрашивает Томас.

– Да, каждую среду и четверг с семи вечера на уличном помосте около Пекхэмской библиотеки. – Я заглядываю в телефон. – Вам повезло, они только-только начали. Ступайте туда! Там кормят и поят, и там много дружелюбных людей.

Томаса не приходится уговаривать, он хлопает меня по руке.

– Благослови тебя Господь!

Я беру его за руку. От его искренней благодарности у меня в горле встает ком.

– Знаете, как туда идти? – спрашиваю я.

Томас очень удивлен.

– А как же, милая! Это Пекхэм, любой знает, где здешняя библиотека.

В Costa столпотворение. Джоанна и Брайан сидят в углу на кожаном диванчике, рядышком. Я иду к ним. Кто это? Нана?

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, обнимаю всех троих и сажусь на стул рядом с ней.

Нана не отвечает, и я чувствую, что это неспроста.

– Нам надо поговорить, – цедит она.

– Нам? – Я оглядываюсь. Джоанна опустила глаза, Брайан возит пальцем по столу.

– Мы переживаем за тебя, Инка, – говорит он.

– Что за дела? – смеюсь я. – Почему здесь ты, Нана?

– Я здесь потому, что ты изменилась, – отвечает она. – И не в лучшую сторону.

Я трепещу ресницами.

– Снова-здорово?

– Она нам рассказала, – выдавливает Джоанна. – Про твой план, про несвойственное тебе поведение…

– Несвойственное мне поведение?.. – Я качаю головой. – Не могу поверить, Нана, что ты обратилась к моим друзьям у меня за спиной. Джоанна, Брайан, вы же поздравляли меня с присоединением к Tinder!

– Мы не всё знали, – говорит Брайан. – Оказывается, ты уязвима, ты в плохом состоянии. Нана живет с тобой и все видит. Она все нам рассказала.

Я откидываюсь на стуле.

– Что это, если не вмешательство в чужие дела? – Я непроизвольно кошусь на свой телефон. Будь ты проклят, Маркус!

Джоанна почесывает себе щеку.

– Инка, ты наврала Нане, что ходишь к психотерапевту…

Я поворачиваюсь к Нане и отчаянно придумываю оправдание.

– Мы за тебя беспокоимся, Инка.

Эти слова Брайана почему-то вызывают у меня смех.

Нана показывает кивком на мой телефон.

– Ты должна удалить Tinder. Дай-ка мне свой телефон. – Она тянется за ним, я не даю. – Лучше дай, Инка.

– Ребята, вы что?!

Мы возимся, Брайан стучит по столу.

– Отпусти! – рычу я.

Телефон начинает вибрировать, Нана роняет руку. Я смотрю на экран. Маркус – в самый неподходящий момент!

– Привет, Маркус. – Я отворачиваюсь от Наны. Надеюсь, мой тон достаточно небрежен и не выдает, что я чуть не подралась с лучшей подругой. – Куда ты подевался? Я звоню, звоню… Раз пять пыталась дозвониться.

– Пятнадцать, – поправляет он. – Пятнадцать раз.

– Потому что телефон полагается брать, – говорю я раздраженно. Нана спрашивает у меня за спиной ДжоБрайана: «Кто это?»

– Я беспокоилась за тебя, – говорю я обиженно, теребя свой парик. – У тебя все хорошо? Ты потерял телефон?

Маркус дышит так, словно пропускает воздух сквозь стиснутые зубы.

– Перестань мне названивать, – говорит он сердито. Я удивленно моргаю.

– Знаю, я звонила тебе целых пятнадцать раз…

– ПЯТНАДЦАТЬ РАЗ?! – вскрикивает Нана.

– Но это от беспокойства! От тебя ни слуху ни духу…

– Не беспокойся, – обрывает меня Маркус. – Просто перестань мне звонить. Вообще никогда больше не звони.

– Извини? – у меня чувство, что мне врезали под дых и я сейчас скончаюсь. – Почему?

– У нас ничего не выйдет. – Маркус говорит раздраженно, таким я его не знаю. Наверное, я в нем ошиблась.

– Маркус… – Я слышу, как у меня дрожит голос. – Ты меня бросаешь? Подожди, это из-за того, что я тебе сказала?

Маркус утомленно вздыхает, как будто я надоедаю ему по телефону уже не один час.

– Мы не пара, Инка. Пойми, мужчина не может ждать ТАК долго. Это старомодно. Честно говоря, я зол, что ты не сказала мне правду гораздо раньше.

– Не сказала правду? Ну так ступай на все четыре стороны и живи припеваючи: я ни для кого