Чура - Ольга Богатикова

- Откуда ты знаешь?

- Про тетку? Она сама мне сказала. Честно говоря, раньше я не придавал вашей встрече значения, но вчера все-таки решил уточнить, кто именно доложил ей, что рядом со мной появилась анатари. А о сотрудничестве Феди с Самойловым мне сообщил сам Вадим. Все рассказал, без утайки. Удивительно, каким разговорчивым становится человек после точного удара в челюсть.

Я хихикнула. Репьевский погладил меня по щеке.

- Собственно, после этого пазл сложился окончательно. Знаешь поговорку о том, если хочешь что-то спрятать, нужно положить это на самое видно место и вести себя, как ни в чем не бывало? Федя действовал по этому же принципу. Ежику понятно, что именно ему было бы проще всего украсть перстень, да и тебя он передал волкам практически с рук на руки. Однако никто его ни в чем не заподозрил. А если и заподозрил, то посчитал это слишком невероятным.

Сева устало потер виски, а потом качнулся и уселся на пол.

- Мне вчера с переменным успехом хотелось напиться и свернуть Федору шею.

- А потом ты немного подумал и решил жениться.

- Точно, - хохотнул Всеволод. – Но напиться я все еще хочу. Оказывается, это очень больно – разочаровываться в столь близких людях.

Я соскользнула со стула, нежно обняла его за шею.

- Ты поэтому его отпустил, да? В память о дружбе?

Он кивнул.

- Думаешь, стоило отправить его отдохнуть в травматологию, как Вадима?

- Нет, - покачала я головой. – Пусть идет себе с Богом.

Муж приподнял мой подбородок, ласково коснулся губ своими губами.

- Музейщицы тебя не простят, - заметила я, потершись носом об его нос. – Они Федю полюбили, а ты его уволил.

- Вообще-то он уволился сам, - возразил Сева. – И за дело. Не переживай, любимая, с музейщицами я как-нибудь разберусь.

Я потянулась и чмокнула его в шею.

- Как думаешь, что Полевой будет делать теперь?

- Наверное, уедет из города, - пожал плечами Всеволод. – По крайней мере, я на его месте поступил бы именно так. Есть вариант, что он попытается найти себе анатари. Хотя это и бессмысленно. Хозяйка у янтарей может быть только одна.

- А если ему повезет, и он все-таки встретит анатари? Вдруг ему придет в голову вернуться и отомстить?

- За что? – удивился Репьевский. – За то, что я не сдал его правоохранителям?

- За то, что был с ним великодушен. За то, что оставил ему артефакт. За то, что ты получил, что хотел, а он нет.

- Считаешь, Полевой мне завидовал?

- А разве нет? У тебя было все, о чем он мечтал. Сильный зверь, успешный бизнес, хороший банковский счет…

- Зато у него теперь есть волшебный артефакт, - Сева пожал плечами. – И мне все равно, как он им распорядится. А по поводу мести я сомневаюсь. Федя, конечно, парень хитрый и расчетливый, но, по сути, не злой. Не бойся, маленькая. Если что-то случится, на нашу защиту встанут сразу три медведя – я сам, твоя чура и хранитель моего рода.

- Я не боюсь, - прошептала в ответ. – С таким стражами мне ничего не страшно.

ЭПИЛОГ

Звонок в дверь раздался в тот самый момент, когда напольные часы пробили шесть вечера.

- Ты кого-то ждешь?

- Нет, - худенькая рыжеволосая женщина положила на стол поварешку и, вытерев руки о кухонное полотенце, направилась в прихожую. - Наверное, это Кири. Опять пришла за солью или за маслом.

К ее удивлению на пороге вместо докучливой соседки оказался незнакомый долговязый парень в курьерской фуражке.

- Служба доставки DLH Express, - важно представился он. – Посылка для Ирины Лавриной.

- Это я, - удивилась женщина.

- Распишитесь здесь и здесь.

Дождавшись, когда Ирина поставит подпись в квитанциях, парень вручил ей небольшой пластиковый пакет и сразу же откланялся.

- Кто приходил? – раздался из кухни голос мужа.

- Курьер посылку доставил, - отозвалась женщина, закрывая входную дверь.

- Посылку? От кого?

- Сейчас узнаем.

Она принесла пакет в гостиную и, вынув из ящика комода ножницы, осторожно его вскрыла. Под пленкой обнаружилась коробочка, тщательно обмотанная плотной тканью. Ни записки, ни карточки с адресом отправителя не было. Распутав тряпичный узел, она извлекла на свет маленькую бархатную шкатулку. Стоило приоткрыть ее полукруглую крышку, как лицо женщины побелело, а сердце пропустило удар.

- Витя! – неожиданно охрипшим голосом позвала Ирина. – Скорее иди сюда!

- Что случилось? – обеспокоенно спросил муж, появляясь у нее за спиной.

- Смотри, - выдохнула она и протянула ему шкатулку.

Виктор вздрогнул – внутри на синем бархате лежал золотой перстень с крупным желтым янтарем.

- Витя, - ошарашенно выдохнула Ирина, - это же… тот самый…

- Вижу, - серьезно сказал ее муж. – Кто прислал?

- Не знаю. В пакете было только это…

Он взял упаковку в руки, понюхал, а потом осторожно извлек из нее небольшую глянцевую фотографию. На ней на фоне заснеженных деревьев и маленькой аккуратной церковки весело смеялась хрупкая рыжеволосая девушка в пышном свадебном платье и белой пушистой шубке. Ее талию с трогательной нежностью обнимал высокий темноволосый мужчина. На обороте незнакомым почерком было написано «Всеволод и Анна Репьевские».

- Анютка, - тихонько пробормотала Ирина, заглянув мужу через плечо.

- Такая красивая, - грустно улыбнулся Виктор. – Ты знаешь, когда она вышла замуж?

- Папа писал, что свадьба была назначена на 15 декабря.

Виктор задумчиво покивал головой.

- Фото нужно увеличить, - сказал он, рассматривая дочь и новоиспеченного зятя. – И повесить на стену.

- Витя, - жена осторожно тронула его за рукав. – А с перстнем что делать?

- Выброси, - ответил Виктор, не отрывая взгляда от снимка. – Эта цацка не принесет нам ничего, кроме неприятностей. Плевать, кто прислал ее из России в Израиль. Мы с тобой горя уже хлебнули. Хватит.

- Ладно, - кивнула Ирина. – Куда выбросить-то?

- В море. Как стемнеет, пойдем на пляж и избавимся от этой гадости.

Ирина согласно кивнула.

На улице белым матовым светом горели фонари. Ветви