Забвение Миров - Мирослава (Мира) Кулеш

— Хотел бы я на это посмотреть, — захохотал Павел.

— Это сейчас смешно, — улыбнулась Кира. — А тогда было безумно страшно. Он ещё у меня в животе был, а уже обращался. Очень не любил УЗИ, благо я могла посмотреть его сама. Только чувствовал сканер, сразу же перекидывался и хвост свой мне между рёбер засовывал, непередаваемые ощущения. Нормальные дети пальцы засовывают, а наш хвост! Подумать только. Он, когда подрос, стал общаться с Алисой, и, видимо, эта девочка поумерила его пыл, он стал больше времени проводить в облике человека. Самое странное, что в облике Дракона он понимал меня лучше, чем будучи человеком. Потом он научился говорить, а не только кричать и извергать пламя, мы стали много заниматься. Он делает успехи, его контроль над собой становится более крепким и осознанным.

— Милая, он Дракон, у него инстинкты, с этим тяжело спорить, — парировал Павел.

— А что, лучше было бы, если бы он обернулся на людях? — Кира подняла брови.

— Нет, конечно, — сразу же ответил Павел, понимая свою оплошность. Это на Арксе можно оборачиваться без риска до смерти перепугать простых обывателей. — Ты невероятная умница. Справилась с ним сама. Прости, что меня не было рядом.

— Я привыкла, — грустно произнесла Кира, опуская глаза.

— Я кретин, — Павел поднялся со своего места, подошёл к Кире и встал перед ней на колени. — Прости меня.

— Это не твоя вина.

— Моя. Я обещал быть с тобой всегда, сделать всё для тебя, защищать, оберегать, а сам ушёл и решил не возвращаться. Пойми меня, я не могу уйти, здесь от меня больше пользы.

Драконья сущность разрывала его сердце буквально пополам. Он любил жену, хотел увидеть сына, но и также хотел остаться на Арксе, здесь он мог быть полезным, мог сражаться, стоять стеной между Землёй и мертвецами. Что было лучше? Сражаться? Или уйти на Землю и прожить жизнь с любимой и сыном? Что выбрать?

— Конечно, — Кира стёрла большим пальцем непрошенные слёзы. — Нам плохо без тебя, — прошептала она.

— Прости. Если ты хочешь, я пойду с тобой.

— Я не знаю, — пробормотала она, сквозь слёзы.

— Прости.

Утешая жену, Павел и представить не мог, чем всё обернётся впоследствии. Он так давно её не видел, так давно не чувствовал её запах, тепло её тела. Он приподнялся и поцеловал её, она ответила на его поцелуй, нехотя, но всё же ответила. Она отвыкла от него, от его прикосновений. Для него прошло семь месяцев, для неё — семь лет. Он скользил ладонями по её голеням, поднимаясь от лодыжек к коленям. Она сбросила его руки, пытаясь оттолкнуть. Он привстал на коленях и принялся сцеловывать её слёзы. Он был виноват в них, только он, больше никто, и её обида была обоснована. Если бы он тогда не вышел из себя, если бы ему удалось удержать контроль, они бы воспитывали и растили сына вместе. Да, им бы пришлось прятаться, постоянно переезжать, жить под чужими именами, но они были бы вместе.

— Прости меня… Я виноват. Накричи на меня, закати скандал, я это заслужил, только не молчи…

Но она молчала…

После ужина Кира обложилась книгами и начала изучать историю Драконов, а также возможность открытия портала между мирами. Павел еле загнал её в постель, ей необходим был отдых. Впервые за долгое время он, обнимая жену, почувствовал покой. Только рядом с ней он чувствовал себя цельным. Он не может отпустить её, снова оставить одну, но он уже сделал это. Горечь от предательства, которое он совершил, билась болью в висках. И тогда он дал себе обещание: он сделает так, как она скажет, выполнит любой каприз, лишь бы она была спокойна и счастлива.

Кира забылась беспокойным сном. Она видела сына, который, обернувшись в Дракона, скрылся в небесной выси, оставляя Алёну посреди пустынной дороги. Кира пыталась не упускать сына из вида, проследить его полёт, но он скрылся в небесах. Она всё вглядывалась в небо, но никак не могла его найти, отчаяние, что она потеряла его, завладело её сердцем и мыслями. Из глаз покатились слёзы. Она больше не увидит его. Боль потери росла, как сказочное чудовище, грозившее разорвать. Сердце матери не было готово к разлуке с сыном. Что чувствовала её мать, когда отправляла дочь на Землю? Было ей больно? В её видении небо заволокло грозовыми тучами, чёрными и зловещими, где-то вдали гремел гром и била молния. Сквозь тучи пробивалось золотое сияние… Кира присмотрелась. Огромный золотой Дракон вынырнул из туч и стал приближаться к земле. Он был настолько огромен и прекрасен, что Кира едва узнала в нём собственного сына. Она снова увидит его взрослым. От этого стало ещё больнее.

— Кира, — Павел будил плачущую жену. — Проснись.

Она резко открыла глаза. Павел принялся вытирать её слёзы, прижимая к себе.

— Я не вернусь, не вернусь, — шептала она, захлёбываясь рыданиями.

Комментарий к Глава 29. Камелия.

*Аркс (Arx) — в переводе с латыни Крепость.

**Самри — является смесью фольклорной музыки и танца родом из Саудовской Аравии. Включает в себя пение стихов под звуки барабана, часто в то время как два ряда мужчин, сидящих на коленях, раскачиваются и хлопают в такт. Своеобразное единение общины в общем порыве. В тексте использовано, как единение общества Драконов, связанных ментально и общей целью, как и единение танцоров и музыкантов Самри.

========== Глава 30. Портал. ==========

Кира стояла посреди поля, на котором оказалась, когда попала на Аркс, и водила рукой по пространству перед собой, периодически сверяясь с книгой, которую держала открытой в другой. Павел сидел по-турецки неподалёку с книгой в руках. Эхо ворчал, что они уже вытоптали всю едва взошедшую пшеницу, приходя на поле, как к себе домой. Изумрудная поросль и правда страдала от метаний Киры и частых приземлений Павла. Эхо начинал тихо ненавидеть золотого Дракона и его неуёмную женщину.

Большинство учёных древности, что написали толстые талмуды о порталах, сходились на том, что в каждый из соседних миров цепочки ведёт по два смежных портала. Значит, на Землю ведут два портала и два других — в мир захватчиков. Местонахождение одного портала на Землю известно, через него на Аркс прибыли Павел и Кира, и находился он на этом самом злополучном поле. Зато это объясняло непреодолимую тягу Драконов к этому месту. Эхо грозился переехать и подарить эти «проклятые» земли Павлу и Кире, вот только пшеница вызреет и сразу же переедет. Ещё один портал находился высоко в небесах и вёл в холодный мир завоевателей. А точно