Книга Лета - О. Зеленжар

— Да, конечно, я переведу, если это не шифр, — сказала Кьяра, справившись с удивлением.

“В конце концов, как раз из-за крови он мог не учить его из принципа”, - решила она.

— Калар полагает, что Аманис не остановился на достигнутом и продолжил исследования, а в письмах может быть ключ, — добавил белобрысый, протянув ей ровную стопку исписанных листов. — А может и ответ, что с ним стало. Он ведь просто исчез. Калар говорит, что сложил их в порядке получения.

Тифлингесса приняла стопку и пробежалась глазами по первому листу. Почерк как у глабрезу с похмелья, придется попотеть, а чернила бурые. Уж не кровь ли?

— Зариллон в курсе или это только между тобой и Каларом? — обронила девушка, не отрывая взгляда от писем.

— Только между нами… Мало ли, что там может всплыть. Может, такое, о чем знать и не захочется.

Кьяра снова рассеянно кивнула. Она бы предпочла подключить умную голову к разрешению этой загадки, но семейные тайны — есть семейные тайны.

— Мне приступить прямо сейчас? — спросила девушка.

Кьяра готова была поклясться, что эльф на секунду замялся.

— Мне любопытно, но это не срочно. Просто просьба.

“Так я и поверила”, - хмыкнула про себя тифлингесса.

— Тогда я приступлю к переводу, а вы настройтесь, пожалуйста, на кольцо.

Она достала артефакт и вложила прямо ему в ладонь, и не отвела взгляда, пока не удостоверила, что он его надел. Эльф устроился на кушетке, а Кьяра села за письменный стол и приступила к расшифровке почерка загадочного волшебника. Процесс оказался таким увлекательным, что девушка потеряла счет времени и просидела за письмами дольше, чем планировала. Она очнулась, когда Эридан, все это время сидевший недалеко, прервал молчание:

— Устала? Тебе необязательно так усердствовать. Иди отдыхать.

Вздрогнув от его голоса, девушка ответила:

— Хорошо пошло, вот и увлеклась.

— Что-то уже разобрала?

Тифлингесса развернулась на стуле и протянула эльфу черновики перевода двух первых писем. Эридан принялся с интересом читать.

«Добрый день, мой старый друг. Прости, что давно не писал тебе, но там, где я сейчас обитаю, нет налаженного почтового сообщения. Ха-ха! Ненавижу гитиянки. Они вечно норовят убить меня. Помнишь, какой у них скверный нрав? Отправляю немного сувениров. Помню, ты хотел в коллекцию.

Однако большую часть времени я провожу на Лимбо, в цитадели Ал-Ча-Кар. Нет ничего сложного в том, чтобы придавать порядок хаосу, а эти гитцераи считают это особенностью, достойной восхищения. Знали бы они, что знаю я. Они надоедают своим фатализмом. Когда я сказал, что хочу сделать, пялились, словно я сказал им надругаться над Зертимоном. Да, кстати. Я решил, что если не могу ничего сказать или написать, то, может, смогу показать? Уже работаю над новой формулой, но пока секрет.

Ненадолго вернулся домой забрать ингредиенты и отправить тебе письмо. Ответ отправь в Эйлевар. Только заколдуй его как-нибудь, чтобы мой дурак-сын его не сжег или еще как не изничтожил. Он все никак не изменится… Если все выйдет!.. Ох, предвкушаю!»

«Добрый день, вечер! Фоморово ухо, вообще неважно! Я вернулся, цел, и, главное, преуспел! Калар, прости, меня переполняют эмоции, и эти голоса все время перебивают. Теперь могу рассказать, над чем работал. Я смог открыть портал сквозь время и пространство. Это безумно сложный процесс, и необходима подпитка из Лимбо. Достичь его стабильности составило большого труда. Знаешь, куда я решил заглянуть? Посмотреть на Ао [1] , на рождение богов. Это было так волнительно, но я чуть не умер. Пишу левой рукой, прости за почерк. Принес оттуда сувенир. Помнишь сказку про божественную эссенцию? Она существует. Точнее, существовала. Давно. Я украл немного. Надеюсь, боги не сильно в обиде. За все годы работы со мной так и не заговорил ни один! Досадно. А ведь как здорово было бы поболтать с богом за бокалом вина.

Ой, я отвлекся. Я провел эксперименты. Она работает! Три дня сидел в лаборатории и экспериментировал так и этак. Сын шарахается от меня как от чудовища. Я не писал тебе, что он женился, пока я путешествовал? Если он думал, что меня заденет, что я не был приглашен, то сильно ошибается. Надеюсь, жена умнее его. Хотя от меня шарахаются и слуги. Это раздражает. Приходится бегать за ними по коридорам. Кажется, они совсем все отупели и не понимают, что я говорю. В общем, можно создать такие невероятные, немыслимые комбинации жизненных форм! Я еще поэкспериментирую и после напишу, что еще можно выжать из этой крошки. И да, я получил твое письмо. Но что за тарабарщину ты пишешь? Только не говори, что выжил из ума, старый негодяй!»

Оставив Эридана наедине с письмами, Кьяра удалилась переодеться в халат, а когда вернулась, застала его с ошарашенным выражением лица.

— Не могу поверить, что он действительно мог делать то, о чем писал, — сказал он, покачав головой. — Это не укладывается у меня в голове.

— А я не понимаю другого, — призналась Кьяра, присев на кушетку. — Я тут подумала… есть же заклинания, позволяющие понимать чужую речь, в том числе и письменную. С помощью такой магии я понимаю эльфийский язык, и мне слабо верится, что Калар не настолько искусен, как Зариллон…

Эридан кивнул, обдумывая эти слова.

— Калар не просто так взял письма с собой на коронацию, — поделился он своей мыслью. — Не таскает же он их у сердца каждый день, — он поморщился вдруг от нахлынувшей усталости. — Лучше дайте мне врага и направление до него, а загадки оставьте себе.

Тифлингесса потянула его в спальню, находу задув свечи в канделябре:

— Я бы тоже так хотела. Знать, кто враг, и не думать, а просто биться. Когда азарт заставляет забыть обо всём. Даже когда не на жизнь, а на смерть, и надо быстро соображать….Это я умею, — остановившись у кровати, с нежностью погладила его по плечу. — А ты, поди, эти дни не спал?

— Тут уснешь, конечно, — горько усмехнулся эльф, распуская шнуровку на рубашке. — Зариллон сварил нескольку зелий для бодрости, так что развлекался. А сейчас еще и мысли мешают. Но ты ложись, я тоже постараюсь заснуть, — он потянул рубашку, стягивая, через голову.

Они легли отдыхать, и девушка быстро погрузилась в усталый сон. Спустя несколько часов эльф неосторожно потревожил ее, когда вставал с постели.

— Спи, еще рано, — шепнул он, погладив по плечу, и она вновь уснула.

Кьяра проснулась от запаха свежих гренок и чая с ягодами. За аркой спальни доносились тихие шаги слуг, которые накрыли переносной столик для завтрака прямо у постели. Эридана не