Книга Лета - О. Зеленжар

— Найдется, — кивнул жрец. — Надеюсь, этого хватит. Зариллон должен сделать еще, но когда? А что отравили — плохо. Может ведь и повторить, особенно, если неизвестно, кто…

Пока он говорил и копался на полках в поисках лишней баночки, Кьяра подумала, что по нему, такому мудрому и наивному одновременно, она тоже будет скучать. Губы сами собой сложились в грустную улыбку. Когда Арум передал ей мазь, задержал взгляд на ее лице.

— Что-то не так? — тихо спросил он, не сводя глаз с ее грустного лица. — Ты собираешься уйти? Поверить не могу…

Она пожала плечами:

— Не знаю, но обдумываю этот вариант.

— Должно быть, случилось что-то серьезное, раз ты задумалась об этом… — пробормотал Арум, глаза его тоже стали грустными. — Скучаешь по дому? Что?

“Если бы я сама знала”, - подумала чародейка. Правда, почему она хочет уйти? Потому что эльф назвал ее собственностью, накричал и сломал пару стульев? Злость на него же поутихла. Нет, не поэтому. Тоска по Мыше и Эрте? Может быть, но она была и раньше. Почему сейчас? Боязнь слишком привязаться и потом страдать, когда вышвырнут вон? Вновь стоять перед красивыми дверями и чувствовать себя жалкой, униженной, ненужной? Лучше уйти самой, как кошка.

— А что Эридан сказал? — спросил драконид.

— Он не в курсе, и не говори ему.

— К чему такие секреты? — удивился жрец. — Думаю, он не поймет, если ты просто исчезнешь.

— Он поймет, я так думаю, — ответила тифлингесса, но сама сомневалась в этом.

Жрец вздохнул:

— Что ж, это твое решение. Не могу повлиять на него. Не буду уговаривать… А боги? — внезапно спохватился он, но через секунду пробормотал. — Наверное, можно и оглохнуть к их призыву. А за Эриданом я присмотрю.

— В этом я не сомневаюсь, — с теплой улыбкой ответила девушка.

Она направилась к Зариллону. Надо было поделиться разговором с Каларом и спросить, что такое трансцендентность. Некромант, колдующий над алхимическим аппаратом, выслушал девушку, а потом, откинувшись на спинку кресла, начал свой рассказ.

— Эльфы стареют иначе, — сказал он. — Внешне они могут совершенно не отличаться от молодых, но чем старше эльф, тем дольше и глубже становится транс, пока они не начинают проводить в таком состоянии почти все время. Это и называют трансцендентностью. Однажды эльф больше не возвращается, а его душа отделяется от тела и отдыхает до повторного цикла перерождения. То, что ты рассказала про Калара… Никогда не слышал о таком. Это нетипично для эльфа, но и для исчадия тоже. Судя по сказанному, он знает очень многое. Другое дело, захочет ли он поделиться этим знанием.

Увидев во взгляде эльфа знакомый заинтересованный блеск, Кьяра поспешила предупредить:

— С ним надо быть очень аккуратным. Ещё вопрос, кто у кого получит информацию. Либо он вообще не тот, за кого себя выдает. Не видела у эльфов клыки, как у меня.

Зариллон подпер голову кулаком и сказал заговорческим тоном:

— Бывают эльфы-вампиры, эльфы-оборотни… Почему бы и не быть эльфам-тифлингам? Никогда не слышал о таком, но кто знает. Этот дом боятся, и он имеет огромное теневое влияние не только на Летние Земли, но на всю Страну, однако информации о нем почти нет. Ни имен, ни генеалогического древа… Вероятно, эти двое — первые, вышедшие на свет за бес знает сколько веков.

Девушка задумалась. Ей никогда не приходило в голову, что кровь исчадий могла смешиваться не только с кровью людей, но и других рас. Обдумывая услышанное, она прогулялась до волчьего загона. Сегодня волк был игривым и бодрым, радостно носился вокруг девушки, облизал с ног до головы. Тифлингесса засмеялась и принялась бегать вокруг загона, вместе с пушистым компаньоном, и грустные мысли на некоторое время отступили. Запыхавшись, наконец, она остановилась и потрепала белый загривок. “Скаг не пропадет, о нем позаботятся”, - еще раз подумала она.

Полдня она просто бродила по дворцу, рассматривая комнаты и галереи, искусственные пруды и сады, разбитые прямо посреди жилых этажей. Все-таки очень красивое место, может быть, она будет скучать по его цветам, запахам и звукам. Проскользнув в тронный зал, она увидела Эридана, беседующего с несколькими представителями великих домов. Такой деловой и серьезный. Кьяра немного понаблюдала за ним, не попадаясь на глаза. Они с ним из разных миров, и в прямом, и в переносном смысле, и этим мирам не стоит соприкасаться.

Она заперлась в комнате, еще немного обдумала свой уход. Кьяра решила провести ревизию в зельях и артефактах, что таскала в своей сумке. Многие были взяты из сокровищницы, и она хотела вернуть их на место. Раньше бывшая беспризорница прикарманила бы их, не задумываясь, и выгодно продала. Да тому же Виару. Девушка оставила себе только те предметы и украшения, что были в том подаренном Эриданом сундучке. Она заботливо написала подробную инструкцию к нескольким пузырькам, которые, как она считала, будут полезны Эридану. Без описания этот дурачок точно не разберется. Кьяра поднялась в сокровищницу положить зелья и несколько вещей в сундуки, заодно понаблюдать за работой слуг. Они неплохо справились, за несколько дней упорядочили, посчитали много золота, поэтому пол в сокровищнице больше не напоминал барханы калимшанской пустыни. И здесь прекрасно обходятся без неё. Не такая уж она незаменимая. Кьяра хотела было уйти, но ее заинтересовало их воодушевление по поводу чего-то, что она не видела за их спинами. Расчистив часть пола, эльфы обнаружили небольшой люк. В дверце зияла причудливая замочная скважина. Глаза у тифлингессы радостно загорелись. Давно она не практиковалась.

Слегка отодвинув слуг, она склонилась над скважиной. Мда, под какой-то хитрый ключ, но и не такое вскрывали. Немного повозилась, подбирая нужную отмычку. Наконец, раздался долгожданный щелчок, сердце девушки возликовало. Она потянула на себя латунное колечко, открывая дверцу.

Бабах! — Кьяру снесло мощным магическим взрывом. Звуковая волна разметала сундуки, отдавшись в ушах пронзительным звоном. Как же больно!

“ Дура! Мало тебя Аскаир бил! — ругалась на себя тифлингесса. Так увлеклась вскрытием замка, что даже и не подумала проверить тайник на предмет магических ловушек, и теперь распласталась на полу, как выброшенная на берег морская звезда. Она слегка повернула голову в сторону слуг. Они лежали на полу и не шевелились. Живы ли? Кьяра попыталась подняться, и все завертелось перед глазами, к горлу подкатила тошнота, и она