Я признала хаос - Катти Карпо

Никто ведь не захочет иметь под боком оживший труп.

Разве только безрассудный и аморальный Император всех Иммора.

* * *

Вареное мяско, соленые огурчики, несколько видов мелко порезанного сыра. Щедро накидываю на длинную мягкую булочку ингредиенты и заботливо укрываю их красивым листом салата. Улыбчивый продавец помогает сдобрить все это роскошное дело соусами и передает мне упакованный шедевр.

‒ Угощаю! ‒ заявляю я и величавым жестом укладываю упакованный бутерброд на стол перед Роки. Рядом уже стоит стаканчик с чаем.

В середине буднего дня в торговом центре не слишком людно, поэтому нам без труда удается отыскать свободный столик в уголочке, уставленном вазонами с сочной растительностью.

В какой-то момент нашей прогулки меня вдруг накрыла ностальгия по нашим с Тамарой зависаниям в магазинах. Я ни черта не смыслила в шопинге и просто тянулась за подругой, ожидая, что в один прекрасный день вдруг и правда превращусь в обычную человеческую девчонку, а воспоминания о ничтожном детстве ограничатся прекрасными снами о Четыреста пятой.

В порыве вдохновения я просто потащила Роки за собой, и мы оказались в торговом центре. И о чем я только думала? Парням явно не по вкусу подобное времяпровождение.

Что ж, ура, я и правда становлюсь обычной девчонкой, подтупливающей на пустяках.

‒ Спасибо. ‒ Роки, с интересом наблюдавший, как я увлеченно сооружаю ему съестную конструкцию у прилавка, теперь, приподняв верхнюю булочку, с не меньшим любопытством изучает выбранные составляющие. ‒ Похоже, очень вкусно получилось.

‒ Я старалась. ‒ Сжимаю собственный стаканчик с чаем и лучусь гордостью, хотя и радоваться особо нечему.

‒ Тогда и я для тебя создам что-нибудь вкусное.

Мои отказы не принимаются, и через минуту на столе оказывается вторая упаковка с бутербродом.

‒ Половина овощей, половина мяса. Для восстановления здоровья.

Его быстрый, но обстоятельный подход к приготовлению бутерброда ‒ за минуту он успел слегка умучить продавца расспросами по поводу продуктов ‒ меня крайне насмешил. И умилил.

Из-за того, что он так старался, не могу признаться, что у меня проблемы с поглощением пищи, не пребывающей в жидкой форме.

‒ Прости, что приволокла тебя сюда. ‒ Шуршу упаковкой и вооружаюсь бутербродом. Надеюсь, не сдохну от его поедания. ‒ Коротенькая у нас экскурсия получилась.

‒ Главное, быть вместе. ‒ Роки неспешно принимается за свой бутерброд. ‒ Я не против находиться здесь.

Надо же, и ест аккуратно. И милые вещи без всякого смущения говорит. Образцовый юноша.

Возникает шкодливая мысль сделать провокационную фотку с обнимашками и отправить ее Тамаре.

Интересно, у тридцатилетних возникают подобные мысли? А то лично мои не сильно прогрессируют от тех, что были в мою первую жизнь.

Ну, и ладно. Я здесь для того, чтобы чуть-чуть расслабиться.

‒ Как поживает твоя тяга к знаниям?

‒ Ты про то, что я ‒ фанат конспиративных личностей? ‒ Откусываю большой кусок бутерброда и, прикрывшись на всякий случай рукой, принимаюсь жевать. Получается с трудом, но я стараюсь. Из-за крайней сосредоточенности не удается прочувствовать вкус еды.

‒ И это тоже. ‒ Роки радует меня своей чудесной улыбкой. Устроив локоть на столе и удобно прижав к кулаку щеку, он смотрит на меня так, словно ожидает нечто замечательное просто от одного моего присутствия рядом.

Чтобы отвлечься от мыслей о привлекательности друга, вспоминаю о предположении, что Роки ‒ поклонник Виви и его деяний.

Вот же! И тут в моей голове главенствует один лишь белобрысый гад.

Следующая фраза вылетает сама:

‒ Мне больше нравится Криспин Шимоза, чем Вацлав Люминэ.

Роки прищуривается и выдает иной вид улыбки, которую до этого успешно прятал в своих запертых на тысячу замков эмоциональных запасах. Мягкое едва ощутимое отражение одобрения, сокрытое в уголках дернувшихся губ и в плавном движении бровей.

‒ Как ты можешь испытывать такие чувства к Иммора, личность которого тебе не известна?

Вопрос не особо вяжется с выражением, которое только что удерживало его личико. Разве он не хвалил меня за выбор, хоть и делал это молча?

Настает мой черед прищуриваться. Может, я напортачила со считыванием его эмоций? Трудная персона и ужасно противоречивая.

‒ Шимоза не показушничает, в отличие от Люминэ, ‒ даю ответ и продолжаю наблюдение.

Но, к слову, с кем еще поругать известных личностей, если не в беседе с приятелем?

‒ Считаешь, Вацлав Люминэ красуется на публику, открыто участвуя во всех этих урегулированиях конфликтов?

Хитро сформулированный вопрос. Ну, точно фанатеет от Виви. Защищать его удумал?

‒ Полезное дело он, несомненно, делает. ‒ Откусываю еще кусок от бутерброда, но челюсть отказывается работать с пищей, поэтому приходится на время оставить недожеванное за щекой. ‒ Но лезет буквально во все трещины и щели. Его семье наверняка несладко приходится из-за его длительных отсутствий и поездок. Заставляет всех волноваться без веской на то причины.

‒ Говоришь так уверено, словно не сомневаешься ни в одном своем утверждении. ‒ Роки ловит каждую мою фразу. ‒ Часто общаешься с детьми Люминэ? Они скучают по отцу?

Внимание, угрожающие моему спокойствию вопросы!

Сама виновата, что затронула опасную тему.

Ух, что-то меня повело. Несу полную чушь.

Кошусь на свои сжатые в кулаки пальцы и про себя еще разок проговариваю то, что только что вывалила на Роки.

Ну и убожество. Если бы кто-то следящий со стороны и знающий о нашей с Виви настоящей связи послушал мой бред, мог бы решить, что это я тут схожу с ума от беспокойства, пока его Высокомерное Величество разруливает ситуацию с доверчивым человечеством.

‒ Не, я уже давненько не виделась с малявками Люминэ. ‒ Мои пояснения сопровождаются остервенелым жеванием листа салата. ‒ Но, полагаю, они по нему скучают. Или как там в полноценной семье