Божественный рассвет - Мирэйн Дэниэль

— А если бы с тобой что-то случилось?.. — Пробормотал Су Сянь, уткнувшись в широкую грудь.

— Какой же ты глупый. — Цин Лун покачал головой, отстранив ребёнка. — Со мной ничего не случится.

Су Сянь улыбнулся, взяв руку Цин Луна в свою, и снял с запястья ленту.

— Хорошо поешь и приходи во дворец главы ордена. Тебя ждёт сюрприз. — Мальчик подмигнул, собрав со лба и висков волосы и перевязав лентой.

Цин Лун посмотрел на еду. Его взгляд зацепил два красных, переплетённых узелка с бусиной, на поясе ребенка, что он когда-то сделал для защиты от Бугарда.

— Почему у тебя два узелка, если я дал всего один. — Учитель указал на талисманы. — Джи Шао отдал тебе свой?

— Нет. Один из них всегда был со мной. — Усмехнулся мальчик, щёлкнув пальцем по бусине. — Я дорожу тем, что дарит учитель.

Су Сянь покинул комнату, оставив Цин Луна наедине со своими мыслями. Ему приснился по-настоящему чудовищный кошмар, где Су Сянь стал демоном и надсмехался над его прошлым. Можно ли это считать правдой?

Цин Лун обнял ноги, положив голову на колени. Его белые одежды по краям рукавов и подола начали медленно темнеть, будто пропитываясь чернилами. Мысли юноши метались так быстро, что он потерял связь с реальностью.

Су Сянь занимал все его мысли и сердце. С каждым ударом ему становилось все тревожнее, но в то же время окутывала пелена нежности. Мальчик первый, кто за триста лет проявил к нему такую безграничную заботу и любовь. Зачем это демону, если, конечно, он не преследует какой-то свой план?

Юноша прикрыл глаза, сжавшись в комочек. Перед глазами мелькали фрагменты из сна. Как лента стягивает его руки, как глаза ребёнка загораются демонические свечением, как он надсмехается над ним, выплескивая правду, слово за словом. И бесконечный смех.

Этот ребёнок не мог быть таким умный. Это же не может быть в самом деле? Никто из богов до сих пор ни о чем не догадался, но как он смог все понять?

— Почему я чувствую такой страх. — Едва слышно прошептал Цин Лун, опустив взгляд на еду. — Может это все в моей голове? Я не встречал в своей жизни никого, кто мог бы читать меня, как открытую книгу. Если только не я сам.

— Цин Лун? — В комнату вошёл Ван Чэн. Увидев мужчину, с отреченным взглядом, ученик сразу понял, что что-то случилось. — Цин Лун, тебе нездоровится?

Юноша сел перед учителем, взяв его холодную руку в свою. Цин Лун поднял опустошенный взгляд и выдавил жалкую улыбку.

— Я просто устал. Слишком много воспоминаний.

— Ты знаешь, кто убил девушку? — Оживился Ван Чэн, сжав руку юноши. — Значит, она больше не причина нам вреда?

— Всё не так просто. — Цин Лун поднял вторую руку и раскрыл ладонь. Голубая жемчужина переливалась и горела как светлячок. Это была душа, что поймал и отдал Су Сянь. — Боюсь, я огорчу тебя. Но ни сказать правду не могу, хотя бы ради Чжоу Сюнь.

— Чжоу Сюнь? — Переспросил парень. — Так завали призрака?..

— Да. — Раздался холодный голос. Он обрушился на мужчин, как ушат ледяной воды.

Су Сянь вошёл в комнату, скрестив руки на груди.

— Ван Чэн, я просил не беспокоить учителя. Почему ты здесь?

Ученик поднялся, бросив на подростка хмурый взгляд.

— Я пришёл спросить о здоровье Цин Луна. Твоя выходка могла унести ваши жизни.

Су Сянь нахмурился. Его высокомерный, тёмный взгляд пробирал до мурашек. Мальчик был ниже, но казалось, что это он возвышается над всеми.

— Всё было под контролем от начала и до конца. — Су Сянь холодно улыбнулся, посмотрев прямо на учителя. — Не нужно бояться.

— В таком случае, глава ордена и учителя ожидают тебя в главном дворце. — Бросил на ходу Ван Чэн и вышел.

Су Сянь перевёл хмурый взгляд от двери на нетронутую еду Цин Луна. Он недовольно поджал губы, присев рядом со своим учителем.

— Понимаю, еда на вкус, как помои, но повар уверял, что в твоём состоянии она полезна.

— Дело не в еде. — Юноша качнул головой и слабо улыбнулся. — Просто, не до конца отошёл от случившегося. Бедняжка Чжоу Сюнь пала жертвой моего клинка. Не понимаю, откуда он мог взяться? Все семь мечей были запреты во дворце Верховного Бога. И если один у нас, то, что с остальными?

— Цин Лун, ты так часто винишь себя. — Рассмеялся Су Сянь. Ребёнок взял гребень и стал аккуратно расчесывать длинные, каштановые волосы. — А тебе когда-нибудь приходило на ум, что во всех твоих бедах виновен кто-то другой?

Цин Лун нахмурился, сжав палочки для еды.

— Ч-что ты имеешь в виду? — Пробормотал, обернувшись на ребёнка. — Эти мечи были созданы мной. Я заточил в них Пожирателя Мира. И это я запер их во дворце Верховного Бога.

— Да, шестьсот лет назад. — Кивнул Су Сянь и улыбнулся, покрутив в руках золотую шпильку в форме дракона. — Смотри. Это подарок. В твоём имени есть дракон, так что она придётся к лицу.

Учитель хмуро перевёл взгляд с мальчишки на шпильку и обратно. Дорогая, золотая заколка в виде дракона в воздушных узорах и крапинками самоцветов, в самом деле, была красивой. А так же дорогой. Цин Луну даже не хотелось спрашивать, откуда она, что бы ни слушать целую тираду лжи.

— Ну, что ты так на меня смотришь? — Су Сянь развернул голову юноши, продолжая осторожно собирать волосы с висков и затейливо закрутил, проткнув пучок шпилькой. — Да, прошло много времени. Тебя не было на Небесах триста лет, а на троне сидит какая-то мямля.

— Тай У не мямля! — Оскорбился Цин Лун, бросив в ученика грозный взгляд. — Как ты можешь говорить подобное по отношению к Небесному Императору.

— Для меня ты единственный император. — Су Сянь счастливо улыбнулся, расправляя длинные пряди шелковистых волос.

Учитель замер, выронив из рук палочки для еды. Слова Су Сяня были осмысленными и шли от самого сердце. Мальчик продолжал улыбаться, увлечённо перебирая волосы своего учителя.

Цин Лун никак не мог понять, почему ребёнок из сна смеялся над его прошлым, а сейчас возносит до Небес. Он хотел вновь обратиться к своему маленькому ученику, но Су Сянь его опередил:

— Если ты не голоден, то давай поспешим и вернёмся в главный дворец главы. Эти старики давно ждут нас.

Цин Лун кивнул и отодвинул еду. Аппетита не было ещё с того момента, как он проснулся. И только поднявшись, юноша заметил, что его одежды полностью окрасились в чёрный. За все столетия, что он носил подарок прошлого Верховного Бога, волшебные