Каттер - Стейси Борел

Ригли пожал плечами и подошёл, чтобы обнять меня. Я заметила, что он стал практически как Камден. Выглядя немного по-мальчишески: что-то среднее между старшеклассником и настоящим мужчиной. Его челюсть стала гораздо более угловатой, и его каштановые волосы были коротко подстрижены. У него были голубые глаза точно такие же как у Доджера, но во всём остальном он был похож на Камдена.

— Ты видишь это, мама? — Доджер указал на меня и Ригли. — Они делают эту штуку, которая называется объятия.

Она посмотрела на Фостера и вздохнула.

— Ради Бога, не мог бы ты подойти сюда, обнять меня и прекратить жаловаться.

Он подошёл и обернул свои руки вокруг её талии.

— Разве не идеальный маленький человечек, как думаешь, мам?

— Вы сделали хорошего парня.

— Позвольте мне взглянуть на нового члена семьи, — произнёс Ригли.

Донна повернулась, так чтобы ему стало видно. Ригли улыбнулся, и сунул свой палец в сжатый кулачок Фостера. Сынок спал, но дети хватаются за всё даже, когда дремлют.

— Симпатичный малый, — беспечно сказал он. — Вылитый Мейси.

Доджер ударил его кулаком по руке.

— Это дитя Бруксов. Подожди пока он не проснётся, и ты не увидишь его глаза.

— Эй, — я посмотрела на Доджера. — Некоторые из этих генов тоже мои.

Он притормозил, когда понял, что возможно, обидел меня. Хотя на самом деле — нет. Он был прав. Фостер выглядел, как Доджер в детстве, и я нормально к этому относилась.

Ригли наклонился и сказал:

— Похоже, Доджер сегодня будет тем, кто испытает на себе данки панч[12], так ведь, Мейс? — он истерично рассмеялся собственной шутке.

Донна нахмурила брови и спросила:

— Что такое «данки панч»?

— Я собираюсь убить тебя, — зарычал Доджер на младшего брата.

— Поищи это в словаре сленга, ма.

Я вставила свои пять копеек.

— Нет! — качая головой. — Поверьте мне, Вы не захотите этого знать. Ригли, клянусь Богом!

— Похоже, это не для публичного обсуждения, — она впилась взглядом в своего сына.

Он поднял руки в поражении.

— Это шутка.

— Какая шутка? — спросил Камден.

Киган вошла на кухню и помахала всем, приветствуя, затем направилась прямо к Фостеру. Мне пора было привыкать к этому. Теперь Фостер — был центром внимания.

— Что-то о данки панч, — сказала Донна, совсем не обращая внимания на своих мальчиков.

Камден начал смеяться.

— Реально здесь происходит кое-какое забавное дерьмо.

— Ага. Только для вас мужиков, — я закатила свои глаза. — Ригли, возможно, если ты будешь меньше времени проводить, выискивая грубые вещи в словаре сленга, ты сможешь найти настоящую девушку.

Он покачал головой.

— Кто сказал, что я хочу найти девушку?

— Что насчет Хэдли? Она милая, — я попыталась посеять зерно интереса, если он всё ещё не заметил ее.

— Хэдли? Живущая ниже по улице? Она просто друг.

— Хм, возможно тебе следует пересмотреть дружеский статус. Она милашка.

Он странно посмотрел на меня. Что-то подсказывало мне, что он уже задумывался о статусе их отношений. Я подниму этот вопрос опять, когда увижу его на летних каникулах. И, возможно, скоро мы будем видеть их вместе гораздо чаще.

* * *

Независимо от того, как прошел обед в тот день, я уже ждала другого выхода в свет. Это быстро стало одной из моих любимых вещей, находиться в доме его семьи или моих родителей с сыном. Любви и обожания, которые они дарили, оказалось намного больше чем я предполагала.

— Я собираюсь пойти сменить подгузник Фостеру и переодеть его. Не торопись с кофе, и мы выйдем, когда ты будешь готова.

— Хорошо.

Когда он вышел, я подвернула под себя ноги, обхватив двумя руками кружку. Я смотрела на то, что когда-то было стеной, а теперь представляло из себя одну большую открытую комнату. Улыбаясь, я думала о том дне. Я была такой сумасшедшей. Приезжал Пол, чтобы помочь Доджеру залатать дыры, и он перенес провода.

— Эй, детка, ты можешь подойти сюда на минутку? Я думаю у Фостера сыпь от подгузников?

Я встала из-за стола и пошла в детскую.

— Снова? Серьезно, последняя ведь только прошла, — простонала я.

Доджер стоял над пеленальным столиком, на котором лежал Фостер. Я как раз подошла к ним, когда он отступил в сторону, пропуская меня. Какого чёрта? У ребёнка даже не был снят подгузник. Вместо этого, я увидела вышитую надпись на белом комбинезончике:

«Мамочка, ты выйдешь замуж за моего папочку?»

Моему мозгу было трудно догнать, что происходило. Как будто мои глаза видели это, и я могла прочитать слова, но всё ещё не улавливала их смысл. Рука рядом со мной обхватила мою. Я повернулась к Доджеру лицом. Он стоял на одном колене с ошеломляющим бриллиантовым кольцом и ослепляющей улыбкой.

— Мейси Роузвуд, — он сделал паузу и глотнул. — С того момента как ты постучалась в дверь квартиры моего брата, я был абсолютно сражен тобой. Ты боролась со мной на каждом шагу, ты бросала мне вызов самыми разными способами. Мы не всегда сходились во взглядах, но без сомнения, я всегда знал, что ты моя. Даже когда мы были не вместе, твоё сердце принадлежало мне. Я же отдал тебе своё, в тот момент, когда ты улыбнулась мне своей потрясающей улыбкой. Бог создал тебя для меня. Я никогда не найду кого-то более подходящего чем ты. Ты — любовь всей моей жизни, мать моего ребенка, и женщина, с которой я хочу провести остаток жизни. Не окажешь ли ты мне честь стать моей женой?

Мои щёки стали влажными от слёз. Я была полностью сражена, даже отдаленно не ожидая этого. Все произошло именно так, как я и хотела. Я хотела быть уверенной, что мы сможем пройти через трудные времена. Должна была знать, что он — моя родственная душа, и я останусь с ним навсегда. Я всегда это знала, иначе, почему больше ни с кем не встречалась, когда мы расстались? Но теперь мы жили в нашем доме, с нашим сыном, наполняющим нашу жизнь безграничным счастьем, о котором я только могла мечтать. Те вещи, что называют жизненным опытом всегда изменчивы. Я управляла своей судьбой, даже когда она была полна больших сюрпризов.

Сильно кивая, я закричала:

— Да! Да, конечно я выйду за тебя замуж!

Доджер одарил меня свой сексуальной улыбочкой и поднялся на ноги, подхватывая меня на руки и приподнимая. Мои ноги оторвались от пола, и я рассмеялась.

— Ты — моя Мейси. Всегда была и навечно останешься.

— Мне и не нужно ничего другого.

Он страстно целовал меня, пока