Чёрное пламя - Марго Айсли

Молодая луна только взошла на небосклон, освещая небольшой уютный огородик. Около клумбы с цветами на деревянной скамеечке сидела женщина лет сорока и пила чай. Поверх хлопковой ночной рубашки был накинул тёплый вязаный халат, а распущенные белые волосы чуть доставали ей до лопаток. Подув на напиток, она сделала глоток, откинулась на спинку стула и, поёжившись, получше закуталась в халат.

Со стороны дома послышались шаркающие шаги, и через минуту на освещённый лунным светом огородик вышла старенькая бабушка в пуховом платке и чепце на шапке седых волос, больше напоминающих пух. С трудом перебирая ногами, она подошла к незнакомке.

— Милочка, — прокряхтела старушка, — далече собралась-то?

Женщина окинула пришедшую грустным взглядом и сделала ещё глоток.

— Я думала, что вы уже спите, — проигнорировала она вопрос.

— Да вот куры что-то закудахтали, — пожаловалась бабушка, — чай хорь какой залез, выхожу, а в пороге сумка. Нехорошо так уезжать, Фель.

— Так будет лучше для вас всех, поверьте.

— Нашли тебя? — понимающе закивала старушка, а женщина сощурилась.

— С чего вы решили, что меня кто-то ищет?

Старуха улыбнулась беззубым ртом и присела рядом на лавочку, кутаясь посильнее в платок.

— Вечер сегодня прохладный, — посетовала она, — как бы рассада прижилась.

— Спасибо вам за всё, — сказала женщина, — благодаря вам я прожила лишнее десятилетие.

Незнакомка допила чай и встала.

— Я уеду до рассвета, — сообщила она бабуле, — никому ничего не говорите, для вашего же блага, иначе вас просто убьют.

Старуха окинула её на удивление ясным взглядом и кивнула. Женщина зашла в дом и проследовала в небольшую комнату с застеленной кроватью. На стуле висела простая походная одежда, а у порога стояли протёртые дорожные ботинки. На квадратном столе горела масляная лампа, а рядом лежало открытое письмо, в котором тонким ровным почерком было выведено «Беги, он скоро узнает, где ты. Езжай в родовое поместье, он там уже был. И прости…».

Женщина взяла пергамент, подожгла от огонька пламени, бросила в железную миску с остатками хлеба и пошла переодеваться.

Я запрыгала я на месте, словно выиграла приз. Но на вопросительный взгляд вампира ответила, что расскажу по дороге обратно. Но только пересказав своё видение, я вдруг осознала, что никуда толком и не продвинулась. Хотя… я видела её в относительной молодости, и лицо показалось мне смутно знакомым. Может, всё-таки видела портрет в книгах? Нужно будет посмотреть в библиотеке.

Солнце почти ушло за горизонт, окрасив небо в фиолетово-синие оттенки. Мы медленно ехали по просёлочной дороге, и я переваривала всё увиденное и услышанное.

— Что за вампир мог её искать?

— Да любой, — пожал плечами Маркус, — кроме меня и Алистера.

— Да, круг сильно сузился, — буркнула я.

— Мы не поедем по всем остальным деревням, сразу говорю. Скоро ночь, а до Тирры несколько часов пути. Тем более ты знать не знаешь, о каком поместье речь, и где оно.

Я вздохнула, но возразить было нечего. По дороге домой я замёрзла, и далее ехала в плаще Маркуса. Он был настолько мне велик, что я опасалась, что он просто с меня слетит под копыта коня. Небо выдалось звёздное и показалась молодая луна, освещая окрестности мягким серебром. Почти как та из видения, такая же ясная и холодная. В город не хотелось совершенно. Как же хорошо было побыть вдалеке от этой ежедневной придворной возни и не думать о проблемах.

Уговорив вампира на небольшую остановку на берегу речки, я слезла с коня и размяла затёкшие конечности и мышцы спины. Сбросив ботинки, я прошлась по мягкой траве, намочив ноги капельками выступившей росы. Расстелив кожаный плащ, мы расположились на берегу реки, вдыхая свежий воздух. Вокруг оглушающе квакали лягушки, а в кустах мигали огоньки светлячков. Вдалеке на удалении друг от друга мерцали фонарики окон в небольших селениях, постепенно затухая. Они тухли одни за другим, погружая деревни в ночную темноту.

В воде иногда слышались всплески, и вокруг воцарялась тишина, но через некоторое время лягушки снова начинали квакать, как ни в чём не бывало, да ещё и громче после каждом такой паузы. Ночной пейзаж действовал умиротворяюще. Я так мало видела мир, что не успела насладиться его красотой, а сейчас просто не могла оторвать глаз от потрясающей природы. Вот только от сырости вблизи речки стало зябко. Хорошо, что Маркус всегда тёплый и можно погреться, запустив свои холодные руки под рубашку.

— А давай не поедем, — страдальчески вздохнула я, наблюдая за далекими огоньками, — вернёмся в Мортвуд, и гори оно всё огнём.

— Твои подружки с ума сойдут.

— А я им письмо напишу.

— Да без проблем, поехали, — согласился он, — только тебе осталось всего лишь подписать договор, а далее можно не скрываться.

Я шумно вздохнула, легла на спину и уставилась на мерцающую россыпь звёзд.

— Хотелось бы, но… не могу. Придётся ехать во дворец, а то Ларминия без меня развалится. Только давай еще немного побудем тут. Так красиво… Я никогда не была за городом просто вот так… чтобы просто лежать на земле и смотреть на звёзды. Вот только если бы не эта прохлада..

— Могу тебя погреть, — предложил вампир, его губы изогнулись в ухмылке, а взгляд сразу стал опаляющим.

Я хитро улыбнулась, а щёки мои загорелись. Не думала, что процессу обогрева способствует стягивание одежды.

Обратно мы вернулись почти в полночь. Несмотря на позднее время, народу на улицах было очень много. Некоторые всё ещё пели и танцевали на улицах, кто-то переместился в кабаки и таверны. Торговцы всё ещё продавали товары, а вокруг них толпились зеваки. Стражники пытались утихомирить пьяных, тогда как иные мирно спали в клумбах и в проулках между высокими домами. На нас вообще никто не обращал внимания. А вот в королевском крыле меня ждала катастрофа.

— Да как так можно исчезать! — снесло меня криком Нии, грозно трясущей опасно тяжёлым учебником по анатомии, — мы думали, что с тобой что-то случилось!

— Ты думала, — возразила ей Ирмис, — Алистер сказал же, что…

— Да мало ли, что там Алистер сказал, хоть бы предупредила! Кошмар, что за отношение!

Рыжая состроила недовольную гримасу и ушла в комнату, громко хлопнув дверью.

— У тебя трава в волосах, ты чем занималась? — поинтересовалась Ирмис, вынув несколько