Сливово-лиловый - Клер Скотт

Роберт разговаривает с Мареком. Каждый чертов рабочий день. Уже две недели. Марек появляется перед дверью моего кабинета, я звоню Роберту, Роберт отсылает его. Если у Роберта есть время, он поднимается со мной наверх, и Марек сваливает без особых разговоров.

— Вернись ко мне, и ты обретешь покой, — говорит он. — Я буду ждать тебя в моей квартире в субботу, в 13:00.

— Она не придет. Ни в эту субботу, ни в следующую. Уходи, Марек, — говорит Роберт в один из таких случаев, и все же Марек возвращается каждое утро.

Поскольку Мареку тоже нужно на работу, утреннее интермеццо длится недолго, но Роберт запретил мне пересиживать это в кабинете. Я звоню ему и покидаю свой кабинет в направлении туалета. Всегда, когда Роберт перезванивает мне, Марека уже нет, и я, наконец, могу начать работать. «Как будто мне больше нечего делать», — думаю каждое утро, когда, как дура, торчу в одной из дамских комнат, ожидая, когда Роберт скажет, что горизонт чист.

Уже спустя всего несколько дней он так раздражен Мареком, что постоянно ломает голову над решением проблемы.

— Он не сдастся, — говорит Роберт однажды ночью в постели, — и он действительно начинает дико бесить меня.

— Он изматывает нас. Это его тактика.

— Угу. Но у меня есть идея. Я думаю, что она великолепна.

— Какая?

— Пока рано говорить об этом. Позволь мне сначала уточнить несколько деталей.

* * *

Несколько дней спустя, когда абсолютно ничего не изменилось — Марек гнет свою линию третью неделю — Роберт однажды утром просто проезжает мимо моей фирмы.

— Роберт, ты должен меня высадить, — говорю я, указывая пальцем на небоскреб, где находится мой офис.

— Мы едем в другое место, — усмехается он и кладет руку мне на бедро.

Через несколько минут он паркует машину перед офисом «Фишер и Грау».

— Выходи, моя красавица. Мы на месте, — говорит он, пока я, хмурясь, смотрю на него.

После того как я выхожу, Роберт берет меня за руку и тянет к входной двери. Внутри он идет прямо к себе в кабинет, садится за компьютер и указывает на кресло для посетителей.

— Садись. Это займет еще несколько минут. Мы слишком рано.

Я слышу, как открывается входная дверь и раздается несколько женских голосов. Офисные дамы и администраторы прибыли.

— Я сварю кофе, — говорит одна из девушек, а другая спрашивает:

— Кто-нибудь уже пришел, или уборщица опять не заперла после того, как закончила?

— Я уже здесь! Доброе утро, дамы! — сообщает Роберт через приоткрытую дверь и получает «Ага!» в ответ.

— Доброе утро, Роберт! — кричит кто-то, и три или четыре других голоса присоединяются к нему.

Снова хлопает входная дверь, и я слышу, как девушки приветствуют Арне.

— Ты очень послушная, — голос Роберта отрывает меня от подслушивания. — Ты не сказала еще ни слова, даже не спросила, почему ты здесь. Ты просто приняла это, как должное.

Его голос мягкий, нежный, а взгляд преисполнен любви.

— Уроки усвоены, верно? — спрашивает он, и я киваю. Да, они усвоены. Я чувствую, что Роберт все более и более прочно обосновывается в моей душе, что иногда я абсолютно автоматически реагирую на его голос, и мне все легче отпустить себя, принять то, что он дает мне. Именно из-за того, что Марек беспокоит меня так сильно, последние несколько дней Роберт очень усердно уделял мне время, пытаясь укрепить доверие между нами, чтобы поставить его на устойчивую основу. Ему это удалось. Я слепо доверяю ему. Он добился того, чего хотел. Любые сомнения в нем пресечены на корню, и я принадлежу ему. Как я всегда хотела. Так, как он этого хотел. Его воля — это мое Царство Небесное. В этот момент я признаюсь себе, что, в сущности, не была вне «зоны» в течение уже нескольких дней. И, несмотря на все давление, которое Марек оказывает на меня, я никогда не чувствовала себя лучше. Роберт расширил «зону». Это было предсказуемо. Так получилось по, своего рода, молчаливому соглашению.

— Ты мне доверяешь?

— Да, Роберт.

— Ты веришь, что я хочу только лучшего для тебя и желаю, чтобы ты была счастлива?

Через дверь проникает громкий смех девушек и распространяется запах кофе.

— Да, я верю.

— Хорошо. Рад слышать.

Улыбаясь, он подходит ко мне, огибая стол, и целует меня. Когда отрывается от моих губ, стучат в дверь, и Роберт выпрямляется и говорит:

— Да, пожалуйста?

— Я готов, Роберт. Начнем?

— Охотно. Пойдем, Аллегра.

* * *

Я встаю и следую за Робертом по коридору в кабинет Арне.

— Доброе утро, Аллегра, — говорит Арне, обнимая и целуя меня в обе щеки, — садись. Хорошо, что ты здесь.

Я присаживаюсь и слышу, как Роберт покидает кабинет и закрывает за собой дверь. Что, черт возьми, здесь происходит?

Арне удобно откидывается на спинку кресла и закидывает ногу на ногу.

— Как у тебя дела?

— Хорошо, спасибо, — отвечаю я, глядя на совершенно расслабленного мужчину, чей день рождения обосрал мне Марек. Арне всегда очень дружелюбен, терпелив и открыт. Он мне нравится. Большую часть времени он позволяет Роберту быть самим собой и всегда остается на его стороне. «Босс мечты», — думаю я. Когда я думаю о своем шефе…

— Я хочу сделать тебе предложение, Аллегра, — начинает Арне, улыбаясь мне.

— Ах, да? — спрашиваю я и выгляжу, наверное, не очень умной. Еще больше мужчин, делающих мне непрошенные предложения, мне уж точно сейчас ни к чему.

Глава 32

Арне улыбается и наклоняется вперед, чтобы взять бумаги со своего стола.

— Следующее: Джанин покинет нас через две недели, Хелена беременна и, кроме того, собирается переезжать, поэтому она не вернется. Таким образом, у меня есть две вакансии, и я хотел бы немного оптимизировать процессы, внести немного больше структуры в этот полуанархический бардак.

Арне усмехается, но я знаю, что на самом деле он действительно любит этот «бардак».

— Хорошо… — говорю я, выжидающе глядя на него.

— Я хотел бы предложить тебе вновь образовавшееся место в качестве офис-менеджера, в дополнение к этому я хотел бы, чтобы ты была ассистентом руководителя, то бишь моей доброй феей.

Ого, я думаю, что это… даже не знаю, что это такое. Невероятно. Идея Роберта — однозначно. Он хочет, чтобы я работала здесь, у него, с ним. Тогда мы виделись бы почти круглосуточно. Это сильно.