Танцующая с волками - Сёстры Нолан

— Мне это не мешает.

— Ну-ну, вижу я, в голове твоей только одна мысль и крутится, а сердце ей вторит.

Тэлута покачала головой, наполнила кружки, а после, бубня себе под нос, подошла к книжной полке и принялась выискивать среди старых книг в потёртых обложках нужную.

— Девчонке не место в стае. Чужая она. Не примут.

— Я сам буду решать, кто будет жить в моей стае, — недовольно процедил Альфа, сжимая кружку.

— Много гонора, да мало прав, — ухмыльнулась волчица, перелистывая хрустящие полупрозрачные листы. — Не ты правила кровью писал, не тебе их и менять. Вот, гляди.

Пыльный фолиант опустился на стол, и Тэлута ткнула жилистым пальцем в одну из страниц.

— Три пути только есть, чтобы примкнуть к стае. Ни Альфа, ни Лунные Боги не в силах этот завет нарушить. — Волчица присела на скамью, наблюдая за встревоженным вожаком.

— Я обещал Лив дом и безопасность, и от своего слова не откажусь, — прошипел Ульрих, захлопывая книгу.

— Смотри, мой мальчик, благосклонность ликантов легко потерять, а ты так долго к ней шёл, — потрепала она парнишку по волосам. — Закон девяти стай не обойти, как бы ты этого ни желал. Придётся сделать выбор.

* * *

Глухие удары эхом разносились по огромному помещению спортзала. Джеб, хук, кросс, снова джеб — Оливия лупила по груше, выплёскивая ярость, клокотавшую в груди, но та, казалось, только росла с каждым новым выпадом.

Долбаный Мэтьюс! Как она могла купиться на красивые слова этого самовлюблённого павлина?

Ещё один кросс, джеб и хук справа. Она не чувствовала усталости, не видела, что на правой руке размотался плохо закреплённый бинт. Она обрушивала всю свою злость на незримого соперника, чьё лицо в её мечтах уже превратилось в кровавое месиво. С такой физиономией он не смог бы заигрывать с другими девушками у неё на виду.

Был бы жив Ульрих, он точно не спустил бы Дейву такого отношения. Оливия упёрла кулак в гладкую поверхность боксёрского мешка и закусила губу, сдерживая противный зуд в переносице. Прошло уже больше двух лет, а она так и не смогла справиться с навалившимся на неё одиночеством.

Даже Анна отдалилась в последние дни, предпочитая проводить всё свободное время в городе с новым парнем. Оливия ненавидела мерзкое, разъедающее внутренности чувство ревности и искренне желала подруге счастья, но сейчас ей очень хотелось, чтобы рядом был тот, кто мог бы выслушать и поддержать.

Недолгую тишину вновь разорвал удар о плотный бок груши. Оливия застучала по снаряду с новой силой, чувствуя, как в венах закипает гнев. Она не станет распускать сопли из-за подобной ерунды. Настоящий охотник должен быть собран и хладнокровен, а потому она больше не позволит себе расслабляться.

Увлечённая тренировкой, она не замечала ничего вокруг. Все звуки слились в единый монотонный гул, вторивший ритмичному дыханию и чётким движениям. Оливия не слышала, как скрипнула дверь спортзала, однако стоило знакомому голосу окликнуть её, наваждение тут же схлынуло, заставив замереть на месте.

— Какого хрена ты здесь делаешь, Бейли?

Поморщившись, она закрыла глаза и медленно выдохнула, стараясь успокоиться.

«Тебя только не хватало», — пронеслось в голове.

Оливия обернулась и с недовольством уставилась на Джилроя, который стоял в дверях, облокотившись на косяк.

— Мне нужно закрыть зал. Выметайся. — Он махнул рукой, но она, пожав плечами, отвернулась и, наконец заметив размотавшийся бинт, принялась методично его заворачивать.

— У тебя проблемы со слухом? — раздражённо бросил Рой и двинулся вперёд, явно намереваясь вывести её силой.

Внутри зародилось странное будоражащее предвкушение. Она ждала, что ещё скажет Рой, и не спешила отвечать, желая взбесить его так же, как он поступал с ней не раз. Боковым зрением Оливия видела — он стоит прямо за ней, но не поворачивалась, всем своим видом показывая, что не намерена его слушаться и собирается продолжить своё занятие.

На пару минут воцарилась тишина. Она чувствовала на себе пристальный взгляд Джилроя и боролась с порывом повести лопатками, чтобы стряхнуть его.

— Что, решила поиграть в молчанку? — раздалось за спиной. — А мне это даже нравится. Так приятно, оказывается, не слышать твой голос.

Оливия стиснула зубы, едва сдерживаясь, чтобы не ответить нахалу. На этот раз она не даст ему и шанса вывести её из себя. Нужно просто сосредоточиться на боксе.

Она резко выдохнула, встала в стойку и уже успела замахнуться, когда Рой вдруг шагнул к ней вплотную и тихо произнёс над самым ухом:

— Спорим, промажешь?

От его голоса по спине скользнули предательские мурашки. Кулак прошёл по касательной; Оливия с трудом удержалась на ногах и чуть не налетела на боксёрский мешок. Оттолкнувшись от него, она порывисто обернулась, уже не скрывая раздражения.

Рой, казалось, только этого и ждал. Поймав её полный ярости взгляд, он ухмыльнулся ещё шире и дёрнул бровями.

— Ну я же говорил.

— Пошёл ты! — выплюнула Оливия и что есть силы пихнула Джилроя в грудь.

От неожиданности тот отступил и споткнулся о разложенные на полу маты. Реакция охотника заставила ухватиться за плечо Оливии, отчего она пошатнулась, потеряла равновесие и рухнула прямо на него.

— Слезь с меня, идиотка! — сдавленно прошипел он, пытаясь спихнуть её с себя.

— Сам отвали, придурок! — прокряхтела Оливия и завозилась ещё сильнее, пару раз неудачно заехав ему локтем в бок и плечо.

Зарычав от очередного болезненного тычка, Рой рывком сел, так что Оливия оказалась у него на коленях. Не успев осознать, что происходит, она хотела было выругаться, но осеклась, заметив, как близко находятся их лица друг от друга. Странное оцепенение обрушилось на неё. Не в силах пошевелиться, она надеялась, что он не слышит, как оглушительно стучит её сердце в тишине полутёмного спортзала.

Ладонь Роя случайно легла на обнажённую полоску её спины, заставив обоих вздрогнуть, как от электрического разряда. В его глазах мелькнула растерянность, и Оливия судорожно выдохнула через нос, чувствуя, как от недостатка воздуха начинает кружиться голова.

Не отдавая себе отчёта, Рой вдруг подался вперёд и завладел её губами.

Оливия невольно приоткрыла рот, позволяя углубить поцелуй, вцепилась в его плечи, но Рой, решив, что она хочет отстраниться, запустил пальцы в растрепавшиеся волосы, стряхнув с них мешающую резинку, и чуть надавивил на затылок. От его напора путались мысли, поясница горела под твёрдой рукой, которая прижимала ближе, и Оливия отпустила разум, позволив себе плыть по течению.

С каждым мгновением ласки становились грубее, требовательнее. Он покрывал её щёки смазанными поцелуями, прикусывал подбородок, словно хотел