Шрамы Анатомии - Николь Алфрин

Открыв свою папку и положив её на колени, она пролистывает конспекты, решая, с чего начать.

Чувствуя себя игривым, я хватаю её скрещенные икры и притягиваю её ближе, пока наши колени не соприкасаются.

Она издаёт лёгкий визг, ахая.

— Бронкс, — говорит она с намёком на предупреждение в тоне.

— Вот. Лучше, — улыбаюсь я.

Она смотрит на меня, прежде чем снова посмотреть на свои конспекты.

— Хорошо, я думала... — Она замолкает, отмечая страницы. — Мы можем пройти эти разделы сегодня для лабораторной. Я могу назвать несколько костей, а ты скажешь мне, где они примерно расположены.

Она смотрит на меня из-под ресниц, ожидая подтверждения.

— Конечно. Звучит неплохо. — Я снова сцепляю руки за головой, устраиваясь поудобнее.

Мы занимаемся около десяти минут, она перечисляет кости, а я показываю их на собственном теле. Пока мне не надоедает.

Внезапно в голову приходит блестящая, но полу-опасная идея.

— Акром́ион, — говорит Оливия.

Почувствовав смелость, я наклоняюсь вперёд, прижимая губы к кончику её плеча.

Она тихо ахает, глаза широко раскрыты.

— Бронкс, что ты делаешь? — спрашивает она, в голосе звучит лёгкая дрожь.

Я пожимаю плечами, уверенный.

— Я был прав, не так ли? — спрашиваю я невинно.

— Да, — очаровательно запинается она, явно смущённая.

Я смотрю, как её горло работает при глотке, пока она ёрзает, нервно заправляя прядь волос за ухо. — Надкол́енник, — говорит она, отказываясь поднять взгляд от своих конспектов.

Я ухмыляюсь, наклоняясь вперёд, чтобы поцеловать её согнутое колено, одетое в джинсы.

— Полул́унка, — пищит она.

Аккуратно взяв её за руку, я притягиваю её к себе, чтобы нежно поцеловать верхнюю часть запястья.

— Плечевáя кость. — Её голос становится мягче, более прерывистым.

Я целую её в верхнюю часть руки.

— Ключи́ца.

Я целую её ключицу, прикрытую свитером.

— Грудинно-ключично-сосцев́идная мышца.

Я делаю паузу, на моём лице расплывается ухмылка. Наклоняясь вперёд, я позволяю губам скользнуть по стороне её шеи. — Это даже не кость, Финч, — хриплю я ей на кожу, всё равно прижимая туда поцелуй с приоткрытым ртом.

Она резко вдыхает, её рука ложится мне на колено.

— Че́люсть.

Я скольжу губами вверх, слегка покусывая её челюстную кость, видя, к чему она ведёт.

— Ушная до́ля.

Перемещая губы выше, я слегка касаюсь языком кожи прямо под её ухом, прежде чем поцеловать её мочку.

Она вздрагивает, её голос звучит дрожаще.

— Щека́.

Медленно, мучительно, я скольжу губами к её мягкой щеке, оставляя там нежный поцелуй.

— Куда дальше, Финч?

Она отстраняется на дюйм, эти карие глаза замирают на моих, затуманенные. Её взгляд на мгновение скользит к моим губам, затем она смотрит на меня с неуверенностью и очарованием.

— Скажи, Финч, — мягко, отчаянно подталкиваю я её.

Я наклоняюсь, пока кончики наших носов не соприкасаются, наши губы в считанных дюймах друг от друга. Я наклоняюсь ещё дальше, задерживаясь, пока наши губы почти не касаются друг друга, дразня.

— Скажи, — шепчу я, желая, чтобы она была той, кто добровольно заполнит промежуток между нами.

Она делает прерывистый вдох, и вместо того, чтобы использовать слова, она наклоняет голову в сторону и притягивается, чтобы прижать свои невероятно мягкие губы к моим.

Вот и всё. Я пропал. Каждый дюйм моего тела горит огнём.

Я беру её лицо в ладони, углубляя поцелуй, стараясь быть нежным с ней. Но, чёрт возьми, как же трудно не влюбиться полностью. Не выцеловать из неё весь здравый смысл. Поглотить её. Но вместо этого я делаю это медленно, наслаждаясь ощущением её губ на моих. Потому что будь я проклят, если я спугну её слишком быстро.

Это не похоже ни на один поцелуй, который у меня был раньше, и Оливия определённо не похожа ни на одну другую девушку, которую я целовал.

Прежде чем я слишком увлекусь, я замедляю темп, чмокаю её в губы, перед тем, как вовсе отстраниться, улыбаясь.

Открыв глаза, я наблюдаю, как её красивые глаза распахиваются, её губы подёргиваются вверх, а щёки приобретают очаровательный оттенок розового.

— Наконец-то, — вздыхаю я, прислонившись лбом к её лбу.

Глава 29

Поверь мне

Я иду в научный корпус, чувствуя себя так, будто парю в воздухе, улыбаясь во весь рот. Все, кто проходит мимо меня, должно быть, чувствуют моё хорошее настроение — в неделю перед экзаменами, надо же — и бросают на меня долгие, косые взгляды.

Когда я вхожу в лекционный зал, мои глаза автоматически находят лицо Оливии. Её внимание сосредоточено на Делайле, но ей требуется всего несколько мгновений, чтобы почувствовать мой взгляд, и её глаза находят мои.

Она смущённо улыбается, очаровательно краснея.

Моя ухмылка расширяется.

Перепрыгивая через две ступеньки, я подбегаю к нашему ряду и встаю рядом с ней. Она наклоняет голову назад, чтобы посмотреть на меня, демонстрируя длинные, гладкие линии своей шеи. Её глаза замирают на моих, глубоко в них затаился намёк на вопрос и тоску.

С радостью, без колебаний, я наклоняюсь и прижимаюсь губами к её губам в коротком, но многозначительном поцелуе. Когда я отстраняюсь, она безумно краснеет, улыбка на её лице соответствует моей.

— Привет, — шепчу я, чмокая её в губы ещё раз, прежде чем сбросить рюкзак и сесть. — Из-за чего ты краснеешь? — дразню я, положив руку ей на бедро.

Её румянец усиливается, и она смущённо отворачивается, пожав плечами.

— Ничего.

Ухмыляясь, я наклоняюсь, прижимая лоб к её лбу.

— Это потому, что я могу целовать тебя теперь? Когда захочу, — низко шепчу я.

— Может быть, — шепчет она с игривым подтекстом. — Это, и то, что все смотрят.

Я хмурюсь, отстраняясь, чтобы оглядеться по классу и обнаружить людей, глазеющих на нас. Особенно Делайла.

Лицо Делайлы из-за плеча Оливии почти комично. Её глаза широко раскрыты за толстыми очками в оправе, челюсть практически на полу. Я изо всех сил стараюсь не засмеяться.

— Чт. ты и ты... — запинается она, пытаясь всё это переварить, её глаза быстро переключаются между мной и Оливией. — Ты мне не сказала! — выпаливает она, её гневные, обвиняющие глаза устремляются на Оливию.

Оливия морщится.

— Мы только что пришли, а ты говорила о дискуссионном клубе! — пытается она защититься.

— Дискуссионный клуб, шмискусссионный клуб! Это намного важнее! — настаивает Делайла, подаваясь вперёд, полностью заинтересованная. — Расскажи. Мне. Всё.

Оливия оглядывается на меня с неуверенностью. Я киваю, давая ей полное разрешение рассказать подробности своей лучшей подруге. Она начинает медленно, Делайла внимает каждому её слову, но потом они обе превращаются во взволнованных школьниц, улыбаются и говорят возбуждённо, оживлённо, всё время стараясь говорить тихо, заставляя меня усмехнуться.

Вскоре после этого в